Глава 8

Таня

Боже, вот спалилась, так спалилась!

Как — это уже не столь важно.

Интереснее другое, как мне из этой непростой ситуации выбираться?

Сашка тем временем делает шаг вперед, приближается ко мне. Я снова чувствую странный душок, который перебивается терпким миндально-вишневым ароматом.

Женские духи.

Я осенью себе хотела купить такие.

Сашка посмотрел на ценник, поставил флакон на полочку и заявил:

— Вонючие! Такими душатся только женщины за шестьдесят, чтобы перебить старческий душок! Не позорься, купи, вон те, Адидас, посвежее…

Однако теперь я понимаю, что это была очередная ложь!

Сашка делает ещё шаг и почти упирается в меня своим лбом.

— Что молчишь? — спрашивает тихим, злым голосом. — Сказать нечего?

Он же… не в адеквате! Рядом с ним быть опасно!

— Сказать? — сглатываю страх, вставший комом в горле. — А мне сказать-то нечего, Саш…

Я делаю шаг назад и показываю ему свои ноги.

— Как думаешь, Саш, почему я в весенних сапогах в начале февраля?

— Какие, на.… сапоги?! О чем ты?!

— О том, Саш… Тебе же надо, Саш… Тебе же срочно надо подписать что-то! Вот я и сорвалась, приехала… Сюрприз тебе хотела сделать!

— Сюрприз? Не многовато ли сюрпризов в последнее время?!

— Я тоже так думаю, Саш. Вот умерла бы я сегодня, был тебе сюрприз!

— Что ты несешь!

— А несу я то, Саш… Что машина, которую ты подарил, меня чуть не угробила! Педаль через дно провалилась, я затормозила…. В ограждение!

— Что за бред?

— Ах, бред!

Я выхватываю телефон и быстро нахожу номер эвакуаторщика, который оттащил ржавый форд.

Ставлю на громкую связь.

— Здрасьте! Вы мою машину на платную стоянку оттащили, адрес не подскажете, я не записала. Форд….

Мужчина явно пытается вспомнить.

— У которого дно сгнило, — подсказываю.

— А…. Та ржавая консервная банка! На Коммунаров, шесть.

— Спасибо, — сбрасываю вызов. — Поехали, Саш. Коммунаров, шесть, это совсем неподалеку! Своими глазами убедишься!

***

Немного позднее

— Ну, что? — спрашиваю у Сашки. — Убедился?

Он залез, проверил, что дно дырявое. Боже, там вообще после транспортировки часть дна отвалилась!

Потом он увидел мятый бампер.

— Ладно, — говорит неохотно. — Решим это. Так… Если ты здесь, сейчас юристу позвоню и…

Сашке просто плевать, он стремится поскорее свои грязные делишки провернуть!

— Ты даже не спросил, как я пережила аварию! Нет ли у меня повреждений! — произнесла я со слезами в голосе.

Между прочим, искренними.

Потому что невыносимо было ощущать такую черствость от человека, с которым восемнадцать лет в браке прожили!

Он же с универа за мной бегал. цветы таскал, часами ждал с пар…

Дети у нас.

Бизнес подняли…

Вместе, считаю!

У него за душой было даже меньше, чем у меня!

— Все.

— Ты куда пошла?!

— Не ходи за мной, я на тебя обиделась!

— Таня, не дури! Что ты из-за ерунды обиделась!

— Я могла умереть! Это ерунда?! Все, я обиделась! Поживу пока у подруги.

Задрав нос, убегаю и залетаю в последнюю маршрутку, которая здесь курсирует…

Вроде отбрехалась, но надолго ли?!

***

Василий

До утра я перебирал варианты, как повести дело по разводу Татьяны.

Так-то я давно не семейный юрист, занимаюсь корпоративными делами, но когда-то начинал именно с таких дел, провел несколько громких разводов. Мои истцы все остались довольны результатами.

Татьяна появляется даже чуть раньше назначенного.

— Закажи мне плотный завтрак, — прошу. — И найди мне хороший бассейн. Лучший в этом Засранске.

Дал же бог название…. Город называется Засланск, но понятно же, что так и тянет назвать его Засранск!

Только в такой тьму-таракани мне и позволили обосноваться.

— Не выйдет. Я приехала сказать, что больше не нуждаюсь в ваших услугах.

Наверное, я просто ослышался.

— Можешь говорить мне ты, когда рядом никого нет. И что за уныние на твоем лице?

— Ничего, Василий Григорьевич. Думаю, мы друг друга неверно поняли, поэтому…. Я не хочу, чтобы вы были моим адвокатом.

От неожиданности я захлопываю папку с делом.

Что за фокусы?

Эта провинциальная дурочка молиться на меня должна, что я взялся за ее дело.

Они тут, что, в своем мухосранске совсем нюх потеряли?!

— В чем дело?

— Ни в чем! — как будто злится. — Думаю, мой развод.… не вашего масштаба поле деятельности. Мелковато слишком. Так что желаю вам другие громкие дела.

Сучка.

Если она навела справки, то явно в курсе, что меня со всех громких дел деликатно выперли.

Теперь мой удел — личное консультирование!

— А как же твой развод?

— Я… Я, в контору к Мормышкину пойду. Месяц в очереди отстою, но зато он точно возьмется и…

— Что за Мормышкин такой?! — злюсь. — Местная знаменитость, что ли?

— Как сказать…. Хулиган. Двоечник. Второгодник. Как только школу закончил, все удивлялись. Даже со мной в одном классе немного учился… А теперь деловой юрист, контора у него… В общем, к нему и пойду. Приятно было познакомиться.

— Ты приехала только за тем, чтобы сказать мне в лицо, что больше не нуждаешься в моих услугах?

Татьяна пожимает плечами, они у нее узкие, с выступающими ключицами и красивой, тонкой шеей — моя персональная слабость в женщинах.

— Нет. Я просто вчера оставила косметичку, а там мои линзы и жидкость для них.

Кивнув мне, Татьяна разворачивается и отправляется прочь.

Через минуту возвращается, и в руках у нее, действительно, косметичка.

Кажется, она всерьёз намерена уйти.

Чёрт.…

Складывается непредвиденная ситуация.

Много лет меня просят заняться их проблемами, а не наоборот.

Давно прошли те времена, когда я, безусый салага, сам обивал пороги и работал за три копейки.

Я могу вообще не работать и жить безбедно ещё несколько десятилетий. Но что это будет за жизнь? Скучная, бесцельная.

Да я сопьюсь или вздернусь.

— Постой, — говорю нехотя. — С чего такие перемены? Ещё два дня назад ты горела желанием поквитаться с неверным мужем! Ты буквально сносила все на своем пути. Все преграды. Ты шантажом вынудила меня согласиться, а меня не так просто уложить на лопатки. И что?! Где та энергичная женщина сегодня? Что с ней стало?

— А ничего, Василий. Ничего… С ней стало то, что вчера я не так просто позвонила. Ясное дело, я подписывать ничего не хотела, лишь просила совета, как сделать так, чтобы не подписать или на что обратить внимание. Но ответ я получила на отвали. Мне все стало ясно. Тебе плевать, ты будешь работать спустя рукава. Это во-первых.

— А во-вторых?

— Во-вторых, Сашка что-то подозревает, он выследил меня вчера. Поэтому я лучше пережду бурю. Месяц… Как раз очередь к Мормышкину подойдет.

— Не глупи, женщина. Ты закапываешь саму себя! И ещё одно… Я никогда не работаю спустя рукава. Сказать так обо мне — это, считай, оскорбление! Я разведу тебя с мужем так, что ему покажется роскошью иметь даже фиговый листок для прикрытия члена! По рукам?

Татьяна задумалась. Но хоть цену себе набивать не стала, это хорошо.

Я так и не узнал ее ответ, потому что кто-то пришел и настойчиво звонил в домофон.

— Наверное, это он. Выследил меня снова! Мне точно конец! — побледнела Татьяна.