Глава 3

В зал влетел запыхавшийся Антон, поправил галстук и обвел взглядом гостей, словно пытаясь понять — успела Ксения рассказать об увиденном, или еще нет. Глаза Ксении метнули в него молнии. Антон глупо улыбнулся и помахал ей рукой. Ну не дурак? Хочет представить все как невинную шутку?

За Антоном неспешно вплыла Анна, встала у стены и скрестила руки на полной груди, ожидая дальнейшего развития событий. Ксения уже шагнула в сторону Антона, как ее остановила тамада.

— Дорогу торту новобрачных! — торжественно провозгласила ведущая, оттесняя Ксению в сторону.

Официант выкатил на сервировочном столике многоярусный трот, утыканный кремовыми розочками и бантиками. По углам торта сверкали фонтаны-фейерверки, вздымая вверх снопы огненных искр.

Ксеня смотрела на торт, и не понимала, что происходит. Зачем все это? Что она тут делает? Выходит замуж за мерзавца, который только что изменил ей?

— Торт воспеть не хватит слов, какая ж свадьба без тортов? — начала читать очередные стихи тамада. — На свадьбу торт пекла невеста, жених старался, делал тесто. Дайте вы кусок друг дружке, да выпейте скорей по кружке. Не воды, само собой, а шампанского открой.

Бред. Торт заказали в этом же ресторане. Какое тесто, какие куски? Шампанское в кружке? Почему-то сейчас Ксению больше волновали нестыковки в самодельных стихах, чем ее дальнейшая судьба.

— Ксеня, что случилось? — брат осторожно взял ее за локоть и вывел из ступора.

— Антон изменил мне. Вот с ней, — кивнула Ксения на Анну. — Прямо в коридоре. Я видела… — на ее глаза навернулись, наконец, слезы.

— Она все не так поняла, — залебезил Антон, подскакивая к ним. — Это был невинный прощальный поцелуй.

— С расстегнутыми штанами? — взорвалась Ксения.

Мимо нее просвистел тяжелый кулак брата и врезался в глаз молодожена. Антон взмахнул руками, опрокинул тележку со свадебным тортом и плюхнулся задницей на его обломки.

Фонтаны-фейерверки валялись на полу и продолжали рассыпать вокруг себя огненные искры.

Сладкое семейное счастье разлетелось на куски.

Взвизгнула теперь уже бывшая свекровь. Закричала Анна. Загалдели гости. Ведущая носилась вдоль кусков торта как курица-наседка, внося еще больше сумятицы.

— Что случилось, дочка? — подскочила к Ксении мама. — Вы что, поссорились с Антоном.

— Козел он, — отмахнулась Ксения. — Ни минуты тут не останусь. Филипп, отвези маму домой. Нам тут больше делать нечего.

— А ты куда? — ринулся за ней брат.

— Сама до дома доберусь, — и повернулась к мужу: — Не провожай, Антоша, — одарила она изменника оскалом. — Кобель ты блудливый!

Антон пытался подняться, но руки и ноги скользили по крему, и он никак не мог принять вертикальное положение. Официант с радостной улыбкой смотрел на Антона.

— Чего ты стоишь столбом? — заорал на него Михаил Кузьмич. — Помоги!

Официант потоптался на месте, поднял опрокинутый сервировочный столик, стряхнул с него куски свадебного торта и укатил из зала.

Злость и обида мешались в душе Ксении. Она гордо покинула зал, а по холлу уже бежала как сумасшедшая. Прочь отсюда, дальше, дальше от изменника, от скандала, который наверняка начнется с минуты на минуту, от шалавы Аньки. Ничего этого Ксения видеть не желала.

Она выскочила на крыльцо и замерла. Ей сейчас хотелось только одного — очутиться подальше отсюда. Она сбежала с крыльца, судорожно замахала руками, пытаясь остановить несшиеся мимо машины. Но они пролетали дальше, не обращая внимания на растрепанную невесту со сбившейся набок фатой.

На крыльцо выскочил Антон. Без пиджака, с пятнистыми от крема на брюках и живописным синяком под глазом.

— Так нельзя, вернись! Ты что творишь, Ксения? Родители в шоке. Гости не понимают, что случилось.

— Вот и объясни им, — прорычала оглянувшись через плечо Ксения.

— Твой брат избил меня!

— Я бы добавила!

— Ксения, не усугубляй скандал, — Антон скатился с крыльца и ринулся к невесте. — Вернись! Я тебя прощаю.

— Да пошел ты, — она зло сорвала фату и отшвырнула прочь.

Антон схватил ее за руку.

— Ну, не дуйся. Ты все не так поняла. Это был просто порыв.

Ксения зло вырвала руку:

— Ты меня за дуру держишь? Катись к своей Аньке. Не смей ко мне прикасаться.

— Дура! Истеричка! — заорал Антон.

Ксения взглянула в искаженной злобой лицо Антона.

— Гад и мерзавец, — прошептала она.

На крыльцо высыпали гости. Ксения видела, как Филипп успокаивает маму. Она с испугом смотрела на происходящее. Филипп сможет ей все объяснить. Он всегда умеет найти нужные слова. Вот только Ксению не смог убедить, что она полная дура и зря выходи замуж за козла Антона.

Рыдала на плече мужа Ирина Игнатьевна. Тот важно надувал щеки и хмурился.

Три подружки Ксении притулились на краю площадки. Ни их лицах читались удивление и испуг.

Словно злая колдунья чуть поодаль ото всех в черном блестящем платье стояла Анна, гордо вздернув подбородок. Ветерок трепал ее светлые волосы. Алые губы кривила торжествующая улыбка. Какая же она стерва!

Ксения побежала вдоль дороги, завернула за угол ресторана. Она слышала за собой тяжелые шаги Антона. Ксения подобрала юбку и прибавила скорость. Рядом с ней затормозил автомобиль. Распахнулась передняя дверца:

— Садись!

Ксения плюхнулась на сиденье, автомобиль рванул с места. Ксения перевела дух и откинула со лба выбившиеся из растрепанной свадебной прически пряди волос.

— Куда едем? — спросил водитель.

— Подальше от этого дурдома, — попросила Ксения. — И побыстрее, пожалуйста.