Глава 38

За порядком в квартире Ксения следила с фанатичностью. Мама с детства внушала: пыль на мебели — пятно на репутации хозяйки. Но сегодня она с особым усердием навела порядок, расставила милые безделушки по местам и привела в порядок давно не цветущие орхидеи, вымыв и протерев их плотные зеленые листья.

Пирог с яблоком удался на славу. Ксения испекла не просто «Шарлотку», а ее усложненный вариант со взбитой сметаной. Так называемый «Цветаевский яблочный пирог» получился не просто аппетитным. Это было произведение кулинарного искусства.

Чем ближе приближалось назначенное время чаепития, тем больше волновалась Ксения. И сама не знала, почему. Ведь они не раз сидели со Стасом, пили тот же чай или кофе и у него дома, и у нее. Так отчего же ее сердце бьется так неровно, отчего замирает при каждом шорохе на лестничной площадке?

Ровно в семь вечера пришел Стас. В руках он держал пакет и три розы удивительного цвета — белые с красными краями. Стас неловко протянул их Ксении.

— Спасибо, — она понюхала упругие цветы. — Как нежно пахнет. Обожаю этот запах.

— Это хорошо, — довольно кивнул Стас. — Я принес лукум с розовым маслом. Но на случай, если тебе не понравится, взял еще и классические шоколадные конфеты.

— Вот зачем ты столько всего набрал? — упрекнула его Ксения и с интересом заглянула в фирменный бумажный пакет. — Ой, а это что? — взяла она в руки коробочку.

— Это смесь разных орехов.

— А это? — извлекла Ксения очередную коробочку. — Финики?

— Да, в глазури. Люблю восточные сладости.

— Я их тоже люблю. Наверное. Как-то не увлекалась раньше, — Ксения понимала, что говорит ерунду и не знала, как это исправить.

— Очень рекомендую. Вкусно и полезно. Хотя кому-то кажется приторным.

— Они хорошо подойдут к чаю или кофе без сахара. Но ты зря столько всего принес. Мы это просто не съедим.

— Постепенно съешь. Не обязательно делать это за один день.

— Если только ты мне будешь помогать.

— С удовольствием помогу. Ты же меня будешь приглашать к себе?

— Буду, — улыбнулась Ксения, включая чайник. — А пока оцени мой пирог. Вроде бы такой пекла поэтесса Марина Цветаева. Но, возможно, это просто легенда.

— Это не важно. Выглядит он просто роскошно.

Ксения чувствовала, что Стас тоже напряжен. Он едва не опрокинул чашку, расплескав содержимое на скатерть.

— Я сегодня страшно неуклюжий, — виновато промокнул он бумажной салфеткой мокрое пятно. — Как слон в посудной лавке.

— На работе устал? — надо было как-то снять возникшую неловкость. Ксения не понимала, почему она вообще возникла. Что не так? Ведь не первый раз Стас пришел к ней.

— Да, немного, устал, — как-то слишком оживленно ответил он.

Повисла неловкая пауза. Да что же это такое? В чем дело? Ксения не находила ответа. Она положила на тарелку кусок пирога и протянула Стасу.

— Спасибо, — кивнул он.

Они молча пили чай.

— Знаешь, у меня сегодня весь день все идет наперекосяк, — призналась Ксения.

— У меня тоже, — Стас откусил пирог. — Думаю, это именно то, чего мне не хватало сегодня. Божественный вкус. Ничего подобного не пробовал.

— Да ладно, — отмахнулась Ксения. — Это просто «шарлотка».

— Очень вкусно. Я хотел поговорить с тобой, — Стас отодвинул чашку и тарелку. — Но все как-то неудачно сложилось. У тебя отличный брат. Вот только наше знакомство с ним началось не лучшим образом. И я теперь понятия не имею, как мне вести себя с тобой. Ты можешь все не так понять.

Видимо, причина напряжения, витавшего в воздухе была как раз в этом.

— Филипп не придет на ужин. Он мне звонил. Ты ему понравился. И вообще, он одобряет наше общение.

— Правда? — обрадовался Стас.

— Да. Филипп сказал — я не умею выбирать себе мужчин. Он прав. Нет, это он не про тебя… — поправилась Ксения. — Ты ему как раз понравился. Антон оказался кобелем, Марик наркоманом. А вот ты серьезный, делом занят. Филипп удивился, как ты со мной общаешься. Я легкомысленная, взбалмошная.

— Ты доверчивая, а не легкомысленная, и уж тем более не взбалмошная.

— Да, ты говорил. Все меня убеждают, что не все потеряно, что все наладится. Брат и мама очень переживали за меня последнее время. Скандал на свадьбе — это же кошмар. У меня все не как у людей. Как меня вообще угораздило влюбиться в Антошу? И его родители на меня косо смотрели. Я ему не пара и все это понимали. Кроме меня. Тем не менее я упорно мечтала выйти замуж за Антона. По любви, что самое ужасное. Только недавно поняла, какой была глупой.

— Мы влюбляемся вопреки здравому смыслу. Теперь мне тоже странно, почему я выбрал Анну. А вот глядя на тебя, я понял, каким был дураком. Красивая девушка — это отлично. Но если нет души, то кому эта красота нужна?

— Я совсем не похожа на Анну? — погрустнела Ксения. Конечно, до Анны ей далеко. Даже сменив имидж она не стала такой красоткой.

— И хорошо, что не похожа. Ты лучше ее. Красивее. Красота бывает разной. Яркой, вульгарной, нежной.

— Неброской, — вздохнула Ксения. — Это про меня.

— Да, и такой тоже бывает. Но у тебя красота нежная. И вообще, я совсем не это тебе хотел сказать. Когда ты позвонила мне ночью с завода, я испугался. Я вообще не думал, что можно так сильно испугаться за кого-то. Страшно боялся, что с тобой что-то случиться. И понял, что… — Стас замолчал, подбирая слова. — В общем, я в тебя влюбился.

Ксения верила и не верила своим ушам. Счастливая глупая улыбка расплылась на ее лице.

— Стас… — только и смогла выговорить она. — Стас…

Он взял Ксению за руку, притянул к себе и осторожно коснулся губами ее губ. Ксении показалось — это крылья бабочки затрепетали на ее коже. От поцелуя кружилась голова, сердце сладостно щемило и в груди стало тепло.

— Ты такой… Ты самый-самый-самый! Хороший, добрый. Я уже тебе это говорила. Но неважно, повторю еще, — Ксения обняла Стаса за шею и прижалась к нему. — Ты необыкновенный!