Глава 12

Маша

– Кажется, кто-то уехал, – я высвобождаюсь из рук Бориса.

– Да пусть хоть все разъедутся, спокойнее будет, – отвечает он. – Хотя все – это вряд ли. Вроде твой знакомый выехал.

Угу, по-английски, не прощаясь. Неужели Славникова таки застукали с Елизаветой на каком-нибудь нарушении приличий? Я совершенно не собиралась ссорить Витасика с женой, это только всё усложнит. Впрочем, Вита, Елизаветы и Ольги Дмитриевны вообще не видно и не слышно, хотя машина на месте.

– А остальные где? – я напряжённо прислушиваюсь.

Борис включает на телефоне музыку погромче.

– Скорее всего, на втором этаже, – он пожимает плечами. – Виталик мог просто увести Лизу и маму от тебя подальше.

– Раньше это надо было делать! – с досадой бросаю я.

Оставил меня разбираться со своими косяками и сбежал до приезда Бориса. А ведь мог бы чем-то занять жену и Ольгу Дмитриевну.

– Думать надо было раньше вам обоим, причём головой, – в голосе Бориса проскальзывает раздражение. – Не могли у тебя на квартире посидеть, что ли? Как я теперь вообще буду смотреть Лизе в глаза?

– Ну ты-то ей не муж, – кисло напоминаю я. – И по-моему, тебя всё устраивало, даже предлагал утром поехать к тебе.

– Я и сейчас предлагаю, – серьёзно отвечает Борис. – Только тебя вся эта ситуация не смущает? Ты встречаешься с моим братом, он, как я понял, помогает тебе деньгами…

Смущает, конечно. Я вообще не понимаю, что теперь делать. Вит разозлился. Что у меня может быть с Борисом – пока непонятно.

– Да, помогает, потому что мне нужны деньги, – говорю я, глядя ему в глаза. – Вернее, помогал. Не уверена, что после этой ночи мы продолжим встречаться.

– И поэтому ты решила сменить одного спонсора на другого, – с лёгкой иронией подхватывает Борис. – С пекарем знакомиться не хотела, а как предприниматель я тебе подхожу.

– Подходишь, – не моргнув, соглашаюсь я. – Мне показалось, ты был совсем не против сыграть роль моего парня. Что сейчас изменилось?

– Хотя бы то, что играть не перед кем, – отрезает Борис. – И думать начал, наверное. Головой.

Ну вот, а так всё хорошо шло, пока у Бориса после посиделок с его кошмарной семейкой не изменилось настроение.

– Может, нам пора уезжать? – хмуро спрашиваю я. – А то в этом доме атмосфера какая-то нездоровая. Я вообще-то только из-за тебя до сих пор здесь остаюсь.

– Будет очень странно выглядеть, если мы сбежим отсюда до полуночи, – говорит Борис.

Я краем глаза вижу, что экран моего телефона на столе светится. Приглядываюсь – звонок от Витасика. Интересно, откуда звонит? В туалете, что ли, спрятался? Нет уж, сейчас я не собираюсь ему отвечать. И так ясно, что не услышу ничего хорошего.

– Будет странно выглядеть, если мы прекратим изображать пару, – отвечаю я. – Как вариант, можем после полуночи уйти в какую-нибудь отдельную комнату. Спальня тут только одна?

– Решила окончательно выбесить Виталика? – Борис хмыкает. – Спальня тут одна, для хозяев дома.

– Ну а гостям где размещаться? – интересуюсь я.

– Подозреваю, что здесь, – Борис обводит рукой гостиную.

– На столе? – фыркаю я.

– Где-то был надувной матрас.

– Так и представляю, как на нём лежим ты, я и Ольга Дмитриевна, – я истерически хихикаю.

Ну а куда ещё её могут уложить Виталий и Елизавета? Не к себе же в кровать?

– Очень смешно, – с иронией говорит Борис. – Думаешь, Виталик настолько бессмертный, чтобы предложить матери поспать на надувном матрасе?

– Вряд ли, – соглашаюсь я, пытаясь представить реакцию Ольги Дмитриевны.

– Вообще-то убедила, уедем после полуночи, – решительно говорит Борис. – Тем более там сыплет такой снег, что утром по сугробам можно и не выехать. По дороге и поговорим нормально, не оглядываясь и без лишних ушей.

Музыка на телефоне затихает. Борис берёт в руки мобильник. При взгляде на экран у него недоумëнно приподнимаются брови. А затем на всю комнату звучит голосовое сообщение от Витасика:

– Борька, ты вообще где? Лиза закрыла нас с мамой в спальне. Возьми ключ в серванте в маленькой вазочке и открой дверь.

– Сынок, можешь не сильно спешить, – добавляет на заднем плане Ольга Дмитриевна с угрожающими нотками в голосе.

– Вот кто у вас в семье бессмертный, – хмыкаю я. – Елизавета. Сергеевна, – добавляю, встретившись взглядом с Борисом.

– Есть всё-таки предел человеческому терпению, даже Лизиному, – невозмутимо отвечает он. – Странно, мне казалось, что в спальне должен быть ключ.

– Зачем вообще делать на двери спальни замок, который без ключа не откроешь? – спрашиваю я, глядя, как Борис неспешно перебирает вазочки в серванте. – И прятать этот ключ так, что любой грабитель его найдëт?

– За тем же, зачем обустраивать маленький гараж в доме, – усмехается Борис. – Странно, что их не слышно. По идее, Виталик сейчас должен стучать в дверь ногами.

– Странно, что не слышно его жену, – замечаю я.

С найденным ключом мы поднимаемся по лестнице. Похоже, Елизаветы в доме нет. Неужели умотала куда-то вместе со Славниковым? Ноль процентов осуждения в этой ситуации, но Ольга Дмитриевна точно не простит ей запирания в комнате и побега из семейного "гнëздышка".

По второму этажу разносится голос матери Витасика. Она что-то довольно резко высказывает, Вит мямлит в ответ.

– Ну наконец-то! – выпаливает он, как только Борис открывает дверь. – Вы чем там занимались? Почему ты не брал трубку? – смотрит он при этом на меня.

А что я? Сам же придумал выдать меня за девушку брата. А звук на телефоне я выключила, чтобы не отвлекаться от своей роли. Подозреваю, что Витасик звонил не только Борису, но и мне. Ну, посидел немного взаперти, пообщался с мамой – ничего страшного с ними обоими не случилось.

– Тебе какая разница, чем они там занимались? – рявкает Ольга Дмитриевна. – Лучше о своей семье подумай! Жену теряешь – а тебе хоть бы что!

– Мам, ну чего в семье не бывает, – примирительно нудит Витасик. – Лиза надумала себе непонятно что, сорвалась. Успокоится, мы поговорим, и всё наладится. Пойдёмте лучше к столу, скоро полночь…

– Хочешь, чтобы мы поздравили тебя с наступающим разводом? – ехидно подхватывает Ольга Дмитриевна. – Ты действительно думал, что Лиза поверит в твои сказки? Вы оба с ума сошли? – она переводит взгляд на Бориса. – Один притащил прямо в дом любовницу, другой весь вечер с ней обжимается. Тьфу!

А вот теперь мне особенно сильно захотелось домой. Можно даже к родителям на скучный праздник с телевизором. Хватит с меня этого экстрима!

– Значит, так, – командует Ольга Дмитриевна. – Сейчас же звони Лизе, езжай за ней, извиняйся, в общем, возвращай жену домой. Если не получится, я сама к ней съезжу.

Я подавляю неуместный смешок. Вряд ли Елизавета будет рада, если свекровь явится к ней решать семейные проблемы.

– Лиза вообще-то не одна уехала, – напоминает Витасик.

Честно говоря, на месте Елизаветы я в такой ситуации тоже уехала бы, не задумываясь. Правда, перед этим закатила бы бурный и громкий скандал. Но супруга Вита – женщина интеллигентная, так что обошлось без криков и битья посуды.

– Даже если она уйдет в загул с этим студентом – откуда он только взялся? – в этом будешь виноват ты! – шипит Ольга Дмитриевна. – Вот уж кобелиная порода – что отец, что сыновья. Ладно, этот неженатый, – она кивает в сторону Бориса. – Но ты… Притащил какую-то девку прямо в дом… Кстати, что она тут до сих пор делает? – взгляд Ольги Дмитриевны упирается в меня.

– Мам, не знаю, что там случилось у Виталика с Лизой, – вмешивается Борис, – но не надо срываться на мою девушку.

– Ещё скажи, что она ни при чëм, – фыркает Ольга Дмитриевна. – Боря, пироги у тебя замечательные, а вот актёр ты очень плохой.

Могу только мысленно согласиться – актёр из Бориса никакой.

– С меня хватит, – резко говорю я. – Боря, отвези меня домой или вызови мне такси. Я сюда ехала не на ваш семейный скандал.

– Я могу отвезти, – поспешно встревает Вит. – Всё равно поеду в город.

– Ооо, – Ольга Дмитриевна закатывает глаза. – Боренька, сынок, увези эту девицу. У тебя, смотрю, с детства осталась дурная привычка – забирать игрушки после старшего брата. Даже те, которые надо просто выбросить на помойку.

– Мама, – возмущённо и почти хором начинают братья.

– Эта тема закрыта! – перебивает она. – Боря, ты ещё здесь? Поторопись, пожалуйста. А мы с Виталиком ещё кое-что обсудим.

Я молча плетусь с Борисом к лестнице, ругая себя, Ольгу Дмитриевну и обоих братьев Калининых последними словами. Сама виновата, конечно. Чуяла же, что не надо сюда ехать. Теперь запомню этот Старый Новый год на всю жизнь.

– Нет, ты, сыночек, подожди, – звучит за спиной ядовитый голос Ольги Дмитриевны. – Сначала подумай, где будешь искать Лизу, если она не возьмёт трубку. А пока думаешь, расскажи-ка, что у тебя лежит в сейфе, кроме ключа от спальни. Я так понимаю, Лиза не просто так сменила код?

– Из обычной бабской вредности сменила, – огрызается Вит.

– Идиот, – бормочет под нос Борис.

Ольга Дмитриевна повторяет то же определение, только гораздо громче.

Мы с Борисом молча одеваемся, выходим из дома в занесённый снегом двор. Почему-то кажется, что моя сумка стала легче. Странно, вроде ничего тут из неё не доставала, кроме телефона, который сейчас лежит у меня в кармане.

Борис делает шаг с крыльца и проваливается в снег по щиколотку.

– Упс! – вырывается у меня.

О сумке забываю сразу. На мне ботинки на каблуках и капроновые чулки и лазить в этом по снегу совсем не хочется.

– Подожди, – говорит Борис.

Он пересекает двор, снимает с тёмного внедорожника нечто, засыпанное снегом, и распахивает дверь. Вскоре внедорожник тихо фырчит, а Борис сметает щёткой снег с лобового стекла. Я притопываю на крыльце, подумывая, не вернуться ли пока что в дом. Хотя нет, там сейчас такая атмосфера, что лучше уж немного помëрзнуть.

Борис подходит ко мне и неожиданно с лёгкостью подхватывает на руки.

– Я думала, ты злишься, – с облегчением выдыхаю я.

– Правильно думала, – хмуро говорит он. – Но не пойдëшь же ты в таком виде по снегу.

У меня мелькает мысль, что Вита не озаботили бы такие "мелочи". Борис аккуратно опускает меня на переднее сиденье и тут же захлопывает пассажирскую дверь.

В машине ещё прохладно, печка работает недавно, но кресло почти тёплое: Борис включил подогрев.

– Ничего не забыла? – спрашивает он. – Смотри, если уедем, я сюда сегодня возвращаться не буду.

Даже если бы что и забыла, я бы не вернулась. Представляю, какой тайфун "Ольга Дмитриевна" бушует сейчас в доме. Вот уж не подумала бы, что свекровь так ценит Елизавету.

– Варенье забыла, – отвечаю я. – Но за ним возвращаться не надо. Сейчас, подожди, сумку проверю.

Почему-то мне кажется, что я оставляла её в коридоре открытой. А потом, когда видела, она была закрыта, но вокруг происходило столько всего, что я не обратила на это внимания. Да и не могу представить, чтобы кто-то из этой семейки спёр что-нибудь из моей сумочки. Что там вообще брать? Пачку влажных салфеток? Губную помаду? Но сумка определённо стала легче.

Паспорт на месте, косметичка, ключи…

И тут до меня доходит, чего не хватает. Я брала с собой личный учебник Елизаветы, который мне принёс Вит. Старенькая книга с серыми страницами, с пометками, сделанными на полях Елизаветой, и с подписью "Калинина Е. С." на первой странице. Хочется надеяться, что его вытащил и припрятал Вит, но скорее всего это Ольга Дмитриевна или сама Елизавета.

– Ничего не забыла, – я стараюсь, чтобы голос звучал бодро. – Куда поедем?

– Ко мне, – Борис включает фары.

Он молчит, пока мы выезжаем из посёлка. Машина неторопливо ползёт по снегу. Меня так и тянет спросить, не застрянем ли мы по дороге, но удерживаюсь. Во-первых, возвращаться в моём случае – особо плохая примета, а во-вторых, лучше застрять с Борисом на дороге, чем с его мамой в доме со всеми удобствами.

– Что думаешь делать дальше? – ровным голосом спрашивает Борис. – Возвращать Виталика?

– Мне показалось, или мы с тобой недавно целовались и танцевали? – я улыбаюсь. – Ты правда хочешь, чтобы я вернулась к Виту?

– Нет, – после короткой паузы отвечает Борис. Он кладёт руку мне на колено. – Сразу предупреждаю, треугольники – это не моё. Или ты с ним, или со мной.

Хорошенький такой ультиматум! Нет, Борис мне определённо нравится, и химия, о которой столько говорят, между нами есть, но мне-то ещё и материальная помощь нужна. А о ней пока говорить рано.

– С тобой – это как? – осторожно уточняю я.

– Вот это мы и обсудим, – суховато отвечает он. – Чего ты хочешь от отношений? Денег?

Ну что ж, грубо, зато откровенно. И я не собираюсь изображать милую зайку, которой совсем ничего не нужно.

– В том числе и денег, – после короткой паузы говорю я. – Ты мне нравишься, но мне нужна поддержка. Я должна оплачивать универ и на что-то жить.

– Значит, договоримся, – ровным голосом произносит он.

Да, не так я представляла этот разговор. Борис как будто заключает сделку, а не предлагает мне стать его девушкой. Вот тебе и "химия"!