13

Аппетит пропал еще когда я ехала домой, боясь задать тот самый вопрос мужу. До колик в животе не нравится мне это место, новая квартира, новые знакомые и то, как изменился Рустем. Раньше всё было по-другому. Раньше он не флиртовал со всеми подряд и не говорил, что это нормально. А может быть я не замечала? Ничего не понимаю. Ничего не знаю. Запуталась окончательно.

Мою руки, а сама думаю о том, что нужно сделать и как попросить, чтобы вернуться к нам домой. В Германию. К Таське, старым знакомым, а не вот это все...

Телефон в кармане вибрирует. Вытираю руки, достаю его и провожу пальцами по экрану. В соцсети, которую я веду, но редко, новое уведомление, которое указывает на то, что Дмитрий Ратников подписался на мои рассылки. Он не унимается, и это меня злит. Неделя только началась...

Блокирую телефон, убираю в карман и вновь направляюсь в кухню, где меня ждёт муж. Он уже накрыл на стол и ждет. Не знаю с него начать, поэтому молчу. Глупо, наверное, но так мне легче. Лучше промолчать, чем спровоцировать на новую ссору.

— Я думал, что здесь все будет намного лучше, чем там... — говорит Рустем, накручивая пасту на вилку, и я тяжело выдыхаю.

— Признаться, я тоже об этом думала. Думала, что здесь нашему браку ничего не будет угрожать, как и дома, но оказалось, что нет...

— Прекрати обвинять меня в том, чего я не совершал.

— Ты сам сказал, что флирт для тебя не измена. Для меня измена даже этот, как там сказал твой друг?! Безобидный флирт. Конечно, потешить свое эго, по типу: «Гляньте на меня, я весь такой из себя, но не подходите, я же женат на старой дуре, которая будет думать, что я ей верен, но все мужики изменяют!».

Рустем хлопает ладонью по столу, и я вздрагиваю. Он никогда прежде так не делал, и мне становится до боли обидно. Отодвигаю от себя тарелку, поднимаюсь из-за стола и ухожу в комнату. Не хочу ни с кем разговаривать, просто потому что... я и без того переживаю стресс: новая страна, новый круг общения и... другой муж. Моего Руса будто бы подменили.

Вечно в напряжении, хмурый и совершенно не такой, каким был дома. Раньше в наших отношениях было больше нежности, и теперь мне этого не хватает.

Рустем приходит в спальню спустя пару минут. Я делаю вид, что занята чтением книги, но буквы все разлетаются по разным концам книги, и я только лишь пытаюсь поймать их бесчисленный поток.

— Послушай, Аль... ты же понимаешь, что в нашем браке наступил небольшой кризис. — Начинает Рус, и у меня ледяные мурашки бегут по спине. — Многие пары этого не замечают, а те, которые замечают – видят это уже слишком поздно. Нам нужно спасаться... Главное вовремя это сделать!

— Хочешь сказать, что наш брак изжил себя?

— А ты не видишь?!

— Это потому что у нас нет детей...

— Это потому что нам скучно друг с другом! Мы же... мы придираемся друг к другу без повода! Ты ищешь измену с моей стороны, а я... я не знаю что еще ты придумаешь, чтобы вывести меня на эмоции!

— Я не собираюсь выводить тебя на эмоции! — сразу же реагирую я, на что Рус разводит руками.

— Ты сама только что во всем призналась. Нас стало скучно друг с другом!

— Это, видимо, только тебе стало скучно со мной... — кидаю книгу в сторону и хмурюсь, скрещивая руки на груди.

— Аль, просто признайся, что все стало обыденностью!

— И что ты предлагаешь?! Развестись? Давай! Давай, брось меня... я же заслужила этого!

Рустем проводит рукой по лицу и выдыхает. Пытается не ругаться, но кажется, вот-вот сорвется. Никогда не срывался, но теперь на грани. Возможно.

— Аль, нам просто нужно разнообразие, понимаешь? — не понимаю к чему он клонит, но мне это уже не нравится. — Хотя бы кивни, что поняла.

Качаю головой, потому что ничего не понимаю. Кажется, что Рус говорит, а я ничего не слышу. Как во сне все.

— Стой... ты хочешь изменить мне? Попробовать другую женщину? Так разнообразить что ли? — наконец-то что-то начинает проясняться, и у мужа в глазах мелькает страх, что выдает его. — Нет! Я не разрешаю... я не... как ты можешь?!

— Аля, прекрати! — останавливает мою начавшуюся истерику Рустем, но я не могу даже представить, что творится в его голове.

Я не узнаю собственного мужа.

— Я не об этом. Я просто хочу сменить обстановку, попробовать что-то новое, а не... то, к чему мы привыкли! Эксперименты в постели – это не значит, что я хочу другую женщину. Но практика открытого брака в девяносто процентов случаев помогает семьям сохранить целостность.

— Ясно. — Поднимаюсь с постели и направляюсь к шкафу, чтобы собрать вещи, но Рустем вновь на грани срыва.

— Аль, я хоть что-то предлагаю! Мы устали друг от друга! Мы просто устали от этого всего! — он переходит на крик, и я понимаю, что устала от этого. Уже устала.

Пока мы были на расстоянии все было лучше. Мы мечтали друг о друге, но когда воссоединились – все стало совершенно другим. Это делает мне больно, но в то же время говорит о том, что Рус прав, но открытый брак... это верх безумства. Кто узнает – засмеет. Разрешить мужу и себе рушить брак таким образом – мерзко.

— Да, мы устали друг от друга, но когда люди устают друг от друга – они разводятся! — говорю я, после чего оборачиваюсь и провожу руками по лицу. — За что ты так со мной?! Какой к черту открытый брак? Какие эксперименты, Рус?

Он тяжело выдыхает, поднимается с постели и подходит ко мне, обнимая так, как делает только он.

— Аль, ты цепляешься только за то, что тебе не нравится, но является правильным.

— Это неправильно...

— Неправильно – ругаться каждый день из-за ерунды. Неправильно – ревновать на пустом месте. Неправильно – не доверять друг другу.

— Думаешь, что после измены все станет лучше? А если... если это только разрушит то, что у нас есть? Рус, давай возьмём ребенка из детдома, а? Ну это же тоже будет разнообразием!

— Аль, давай... давай хотя бы попробуем то, что предлагаю я.

Отталкиваю его от себя, потому что мне безумно противно от одной только мысли, что он согласен отдать меня чужому мужчине.

— Ты предлагаешь только то, что тебе будет хорошо! А может быть ты уже во всю живёшь этим открытым браком, а я, как дура, не замечаю?! Видеть тебя не хочу! Забирай подушку, одеяло и уходи в гостиную! — прохожу к постели, хватаю подушку и бросаю ее на пол, следом летит и одеяло, после чего ухожу в ванную, чтобы не видеть человека, который настаивает на том, чтобы разрушить нашу семью.