Глава 26
Чувствую себя героиней фильма, которая играет роль математического гения. Только у меня перед глазами не сложные формулы, а варианты ответа. Авито, сарафанное радио, объявление в местной газете…
На самом деле, покупатель на ноутбук нашелся через специальную группу в соцсети, где люди продают всякий хлам. Я там даже первые формочки для воска покупала у одной барышни, которая после нескольких месяцев попыток заработать на этом деле, решила, свечи это все-таки не ее.
Но показывать мужу переписку с ни в чем не повинным мужчиной мне не хочется. Поэтому я неопределенно киваю и неуверенно протягиваю:
— Кажется, да. Ты же знаешь, у меня все эти сайты — главный канал сбыта свечей, попробуй упомнить где я что продала.
Илья на этом, естественно не успокаивается и все равно настаивает на том, чтобы я предоставила ему доступ к своему профилю. Что ж, мне не жалко, там сам черт ногу сломит. У меня больше ста объявлений и в три раза больше сообщений. Пусть ищет сколько угодно.
И он ищет. Скрупулезно просматривает все объявления и найдя нужное, с триумфом кликает на него.
— Не понял, а как посмотреть кто купил?
— Понятия не имею, — успешно маскирую страх раздражением. — Ты же знаешь, я в этом не разбираюсь. Тот мужчина позвонил, задал кучу вопросов о технических характеристиках и потом просто приехал.
— И ты вот так просто назвала адрес какому-то левому чуваку? — возмущается Илья. — А если бы он был грабителем?
— И решил поживиться за счет богачей, которым пришлось продать старый ноутбук, чтобы оплатить взнос по ипотеке?
— Он мог быть маньяком, — не унимается муж.
— Ага, — киваю, с трудом скрывая презрение. — Вполне мог бы. Но я воспользовалась твоим советом, дорогой. Помнишь его? Если не доверять людям, то нечего лезть в бизнес, который так или иначе связан с прямым контактом с людьми.
Именно так он мне и сказал, когда я шла относить заказ первому клиенту, который откликнулся на мое объявление. До сих пор помню, что ту девушку звали Тамарой и она покупала набор свечей на новоселье своей подруге. Говорят, так бывает с каждым “первым разом”. Ты запоминаешь его на всю жизнь… Искренне надеюсь, что это неправда. Потому что Илья стал моим “первым” в очень многих аспектах и мне хочется верить, что после развода мне удастся с легкостью забыть все эти моменты и создать много других. Не пропитанных ядом предательства и гнилью.
Илья морщится, но вслух ничего не говорит. Продолжает щелкать мышкой, как заведенный и дышит так часто, что я некстати вспоминаю каким было мое собственное дыхание каких-то полчаса назад. Правда, в моем случае дело было совсем не в злости. Еще тридцать минут назад я была безумно возбуждена от всего того, что проделывал со мной Матвей. Да что там… от одного его присутствия рядом.
А сейчас я вынуждена оправдываться за то, что якобы по моей вине интимная переписка мужа попала в руки шантажиста. Мерзкий контраст, если честно. Неприятный. Подсвечивает все то, о чем я старалась не думать эти дни. А именно, о том, какой жалкой стала моя жизнь.
— Я устала и пойду спать, — объявляю, понимая что опасность миновала. Илья хоть и продолжает злиться, но меня не подозревает. А значит у меня все еще есть шанс довести месть до конца.
Интересно, кто его надоумил найти старый телефон? Неужели он так запросто обсудил свои проблемы с друзьями в сауне? Так, между делом, на обычный вопрос как дела, ответил что-то вроде: прикиньте, пацаны, какая-то паскуда угрожает, что расскажет о любовнице моей жене!
Уверена, парочка человек из их компании даже не осуждала бы его. Тот же Шувалов, например. Этот человек-праздник, который не гнушается ни алкоголем каждый день, ни чем покрепче, никогда меня не любил.
Но есть там и другие ребята. Те, которых я всегда считала нормальными. Не только друзьями мужа, но и своими собственными. Неужели они все были в курсе о том, что Илья мне изменяет? Каждый раз при встречах улыбались мне, строили планы на майские праздники, приглашали к себе домой, а сами в душе смеялись с моей наивности? А ведь они и Людку знали! Не все близко общались, но на той же даче мы несколько раз собирались большой компанией. Помню, Леша Вариков даже пытался пару раз к ней подкатить. Интересно, Илья тогда ревновал? Или может, как раз после этого и рассказал друзьям, что подруга его жены под запретом ибо он сам ее пользует от случая к случаю…
Подонок. Какой же мой муж все-таки подонок.
— Устала? — удивленно спрашивает он. — Ты в кино была, а не на работе. И кстати, чего трубку не брала? Ни ты, ни Юлька твоя. Массовая глухота напала?
— Мы отключили звук на время сеанса и потом забыли включить, — пожимаю плечами. — Ты же обычно редко из сауны так рано возвращаешься, я и не подумала, что ты можешь звонить. Что-то случилось, кстати? Судя по бардаку, что ты успел устроить, пришел ты домой давно.
Илья на секунду отводит взгляд, пытаясь подобрать альтернативу правде и измученно выдает:
— Да желудок из-за твоих дурацких коктейлей с ума сошел!
— Это хорошо, милый, — выдаю с улыбочкой. — Так и надо, значит организм чистится, не переживай.
Оставляю его у компьютера и иду переодеваться. Душ принимаю дольше, чем обычно. И не потому что пытаюсь смыть с себя запах Матвея, а потому что вновь думаю о нем. Смакую каждое его слово во время ужина, вспоминаю его взгляд и главное, все то, что произошло после в машине.
Направляю струи душевой лейки на те участки кожи, которых он касался и пытаюсь воскресить в себе те же ощущения. Однако, насколько бы приятными ни были теплые потоки воды, они не идут ни в какое сравнение с тем, что дарили прикосновения Рокотова. Я буквально таяла в его руках. Сгорала от нетерпения и желания. Стыдно признаться, но если бы не фары того авто на парковке, я бы вряд ли его остановила. Даже если бы господин прокурор попытался трахнуть меня в своей чертовой тачке, я бы не стала препятствовать. Наплевать, что в своих же собственных глазах стала бы после этого распутной шлюхой. Но тогда мне было все равно. Вся та гамма чувств, что он заставлял меня чувствовать, стоила того, чтобы утонуть в сожалениях после. Потому что уверена, “до” было бы просто ошеломляющим.
В себя прихожу только тогда, когда понимаю, что горячие струи воды опаляют уже не плечи и грудь, а промежность. Резко выключаю воду и до боли растираю разгоряченную кожу полотенцем. Нет, я не ханжа. И считаю, что нет ничего зазорного в том, чтобы доставить себе удовольствие в душе. Но… если у ж меня так торкает от Матвея Рокотова, то и удовольствие пусть доставляет именно он. Было бы кощунственно забирать это право у него, верно?
Жаль, что муж мой так не считает. Потому что стоит мне выйти из ванной, он резко срывает с меня полотенце и с каким-то звериным рыком толкает на кровать, навалившись сверху.