Глава 15. Зона комфорта

Шон, сам не понимая почему, вдруг начал извиняться передо мной.

Он стал звонить и писать каждый день.

И почти никогда — по делу.

То пришлёт сообщение:

— Я нашёл отличный новый ресторан. Может, сходим сегодня вечером?

То вдруг предложит:

— А что, если нам съездить во второй медовый месяц? На этот раз на Таити?

А иногда писал совсем о пустяках:

— Смотри, вдоль дороги распустились цветы. Очень красиво. Может, купим домой цветочный горшок?

Он словно превратился в совершенно другого человека.

Я даже начала подозревать, что его кто-то подменил.

Ведь именно такие сообщения когда-то постоянно отправляла ему я.

Я рассказывала о новых ресторанах, предлагала куда-нибудь съездить, присылала фотографии красивых цветов, которые увидела по дороге домой.

А он почти никогда не отвечал.

После того как в его жизни появилась Кензи, наше общение и вовсе практически сошло на нет.

Теперь, оглядываясь назад, я поняла, что Шон просто запаниковал.

Наверное, люди по природе своей эгоистичны.

В конце концов, многое из того, что мы делаем, так или иначе направлено на одно — сделать собственную жизнь удобнее и комфортнее.

Когда я была рядом, Шону казалось, что я скучная.

Его тянуло к Кензи, потому что она напоминала ему первую любовь. Рядом с ней он снова ощущал вкус той далёкой юности, ностальгию, которую так любил.

И от этого ему было хорошо.

Но теперь всё изменилось.

В какой-то момент он вдруг понял, что я действительно могу уйти.

Что я действительно уйду.

И он испугался.

Он не хотел терять женщину, которая когда-то любила его всем сердцем.

Которая столько лет заботилась о нём.

Которая принимала его без условий и оставалась рядом, несмотря ни на что.

И, сравнив нас, он решил, что я для него ценнее.

В конце концов, молодых и красивых девушек вокруг много.

А вот найти такую дурочку, которая будет любить его так, как любила я, гораздо сложнее.

Поэтому Шон захотел вернуться в свою привычную зону комфорта.

Даже если ради этого пришлось отослать Кензи.

Любил ли он меня?

Я не думаю.

Если честно, теперь мне кажется, что он никогда по-настоящему никого не любил. Даже свою первую любовь.

Ведь если бы любил, разве расстался бы с ней только потому, что его мать была против?

Кензи он тоже не любил.

Иначе разве смог бы так легко оборвать их отношения?

А меня он не любил тем более.

Он любил то, что получал рядом со мной.

Уют.

Заботу.

Ощущение безопасности.

Ему нужен был человек, который всегда будет рядом.

Который никуда не уйдёт.

Которого можно не замечать, но стоит только обернуться — и обязательно увидеть за своей спиной.

И только теперь, оглядываясь назад, я с трудом верила, сколько всего когда-то позволяла.

Как он и его мать обращались со мной.

Как раз за разом причиняли мне боль.

И я всё равно оставалась.

Наверное, любовь действительно способна превратить человека во что-то, что уже трудно назвать собой.

Ты терпишь.

Потом терпишь ещё немного.

Вытираешь слёзы и убеждаешь себя, что всё наладится.

Пока однажды слёз не остаётся.

Пока не упираешься в стену, о которую разбиваешься так сильно, что уже не можешь идти дальше.

И тогда остаётся только одно —

Развернуться и уйти.

В последующие дни Шон словно действительно стал другим человеком.

Он почти каждый день появлялся у моего отеля.