Глава 12

Резкой трелью дверной звонок вспорол тишину квартиры, нарушаемую всхлипами Анны. Сразу затихнув, женщина настороженно вскинула голову: «Кто? Хотя… только Алевтина Павловна или соседка».

Размазывая слёзы по щекам, пошатываясь, прошла в коридор, открыла дверь и замерла, ошарашено смотря на визитёра.

Илья сразу обежал Анну цепким, взволнованным взглядом и внутренне выдохнул: «Цела! Главное невредима!». Желание прижать её к себе, успокоить, сразу же задавил на корню и только дёрнул уголками губ в улыбке:

— Ну и видок у тебя.

— Илья? — выдохнула с неверием Аня, — Что ты здесь делаешь?

— Приехал. Захотел увидеть тебя, ты против? — мужчина, бесцеремонно отодвинув Аню в сторону, прошёл в квартиру, закрыл за собой дверь и протянул ей пакеты: — Держи.

— Что… что это? — с недоумением приняла его груз. Хотела заглянуть, но Илья, развернув её за плечи, легонько подтолкнул в сторону кухни.

— Иди, на стол накрой.

— Но…

— Иди, иди, — указал он Ане подбородком направление, снимая куртку и разуваясь.

Убрав одежду во встроенный шкаф, прошёл следом, хмыкнул, увидев початую бутылку коньяка на столе:

— Празднуешь? — спросил с безмятежным видом, забирая из рук застывшей Анны пакеты и доставая купленное.

На стол перекочевали шампанское, конфеты, сыр, фрукты.

— Зачем? — сипло спросила Аня, делая несколько шагов назад. Прикусила губу, с болью осматривая мужчину. Сразу вспомнились взгляды Эллочки и официантки на него, и Аня, сглотнув, приглушённо спросила: — Зачем, Илья? Что тебе нужно от меня? Прошу — мне сейчас непросто, мне нужно… пожалуйста — уходи, — отвернувшись, попросила она уже шёпотом.

— Ты себя в зеркало видела? — спросил Илья и Аня мгновенно перевела на него взгляд.

Ей сразу вспомнился тот же самый вопрос от мужа: «Ты когда в зеркало смотрелась? Ты посмотри — в какую корову ты превратилась!».

— Что, прости? — вырвалось у неё с надрывом, и она прижала ладонь к груди, где болезненно сжалось сердце.

— Ань, тебе бы умыться, — вздохнул мужчина и, сделав пару шагов к Анне, остановился, когда она отшатнулась от него и метнулась в коридор. Сразу послышался звук захлопнувшейся двери.

Аня задыхаясь, пыталась втянуть в себя воздух, когда её взгляд упёрся в зеркало. Истерично рассмеялась, увидев своё отражение — волосы взлохмачены, тушь не то что поплыла от слёз, а размазана вокруг глаз и даже на щеках. Включив душ, Аня разделась и залезла под прохладные струи. Крохотная надежда и мольба, чтобы вода смыла всю боль этого дня, забрала с собой. Судорожно кусала губы при мысли от того, в каком состоянии её увидел Илья.

— Вот так и заканчивается сказка, — сорвалось с губ Анны смешанное с всхлипом.

Илья, тяжело вздохнув, прислушался к шуму льющейся воды и налил в рюмку коньяк. Выпив, рывком выдохнул и осмотрелся. В прошлый раз он не придал значения обстановке маленькой кухоньки. Стандартные, старенькие шкафы, у стены тахта накрытая пледом и к ней придвинут стол, а в углу ещё советский холодильник что-то тарахтит сам себе. Достал тарелки и начал выкладывать на них принесённые с собой продукты. Нашёл и поставил вторую рюмку, а шампанское убрал в холодильник. Только после того, как накрыл на стол, вышел и прошёл в единственную комнату. Всё типовое, советское — стенка, старенький разложенный диван и диссонансом смотрелся современный телевизор.

Илья осматриваясь, вспоминал, как утром, вернувшись из командировки, распланировал встречу с Анной. Предвкушал её, ждал. Когда же Аня не ответила на его звонок — встревожился, второй — и опять тишина. А третий и её всхлип в трубке вызвали растерянность, сменившуюся беспокойством, тревогой.

Ему не составило труда понять — где была Анна. Её рассказ о себе, откровения брата — о предстоящем разводе Анны и о том, что муж живёт в другом городе. Картинка быстро сложилась, вызывая сопереживание. Сам прошёл через развод, который дался ему эмоционально тяжело.

Илья, выключив в комнате свет, сел в кресло. Вспомнился их поцелуй — жаркий, страстный. То как у Ани срывались тихие, робкие стоны, которые он пил, возбуждаясь ещё больше. Губы сами растянулись в предвкушающей улыбке, когда Илья представил, что сейчас появится Аня. После душа — разгорячённая, с маленькими капельками воды на коже, которые он слижет. Сразу нахмурился, когда подумал, что Аня может до сих пор любить мужа, но тут же покачал головой: «Не смотрела бы на меня таким будоражащим взглядом, словно я секс-символ года, а не обычный мужик!»

Размышления мужчины прервал звук открывшейся двери.

Аня, сжав в кулаке ворот халата, вышла из душа и остановилась, прислушиваясь. В квартире царила тишина. Свет в комнате и на кухне выключен и только коридор освещён. Опустив голову, застыла на пару минут, горько сожалея, что Илья пришёл к ней так не вовремя, что у неё в жизни всё идёт кувырком. Прикусив губу, обречённо пошлёпала в комнату, щёлкнула выключателем и, услышав шорох, подняла голову.

— А-а-а! — закричала и шарахнулась обратно в коридор.

— Твою ж мать! Аня!

Илья выскочил следом и сразу прижал к себе, застывшую у стены, подрагивающую от шока Анну.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Ну, ты чего? — поглаживал её по спине, чувствуя как она, всхлипывая, успокаивается.

— Ты… ты что тут делаешь? — наконец смогла спросить и вскинула голову вверх.

Илья удивлённо вздёрнул брови:

— Ты же сама меня впустила. Ань, ты …

— Да! — прервала его. — Да, я помню, но…

— Что — но? — Илья провёл ладонью по её спине, отмечая что под халатиком ничего нет. Рука его поползла ниже, огладила женскую ягодицу, на что Аня, вздрогнув, немного отстранилась.

— Я думала, ты ушёл, — опустила она голову. Хотела выпутаться из мужских объятий, но Илья не позволил — опять притянул к себе. Склонился и тихо выдохнул в ухо, отчего у Ани пробежали по телу мурашки:

— А почему я должен был уйти?

Илья сделал шаг вперёд, вынуждая Аню прислониться к стене, провёл кончиками пальцев по её щеке, прихватив подбородок, приподнял его и встретился с потемневшим серым взглядом.

— Я…я… — мысли у Ани разбежались, и ни одну она не могла ухватить за кончик. Только желание, безумное, острое — поцелуй. Губы Ильи так близко и воспоминания такие сладкие. Аня вдруг вспомнила слова мужа о том, как она выглядит и что на неё у нормального мужика не встанет.

Горечь сразу затмила возбуждение, и Аня затрепыхалась в объятиях Ильи. Отпустив её, он опять вынудил посмотреть на него:

— Ну что случилось?

Увидев в его взгляде беспокойство, Аня, прикусив губу, вывернулась и, поплотнее запахнув халат, прошла в тёмную комнату.

— Ты не понимаешь, — тихо проговорила она. — Илья, не думаю, что… — не договорив, рвано выдохнула, когда мужчина прижал её спиной к своей груди. И опять наклонившись — в самое ухо прошептал:

— Понимаю, Нют. Всё понимаю. И ещё хочу тебя, — сказал и прижал её крепче к своему паху так, что бугор в штанах лёг между женских ягодичек.

Женский стон, запрокинутая голова Ани и Илья, рывком развернув её к себе, впился в мягкие податливые губы поцелуем. Он набросился на губы Ани, вжимая в своё тело, чувствуя, как её руки лихорадочно оглаживают его плечи, как она цепляется за него в попытке удержаться, не упасть от этого жаркого шторма. Разорвав поцелуй, стянул с себя водолазку и вновь накрыл губы Ани, прикусывая их, лаская и врываясь в рот языком.

Поначалу Аня всё же засомневалась в желании Ильи, принимая его внимание за жалость к ней, но он быстро убедил её в обратном. Не в силах сдерживаться, она с пылом отвечала ему и та снежинка, что своими острыми, колючими гранями рвала душу, сейчас таяла в огне его страстных поцелуев. С тихими стонами, Аня гладила его восхитительно рельефные руки, поднялась выше, а когда ладони Ильи накрыли холмики её груди, сжали, Аня, боясь упасть, вцепилась в мужские плечи, выгибаясь ему навстречу.

Халатик полетел в сторону.

— Блядь! — сорвалось с мужских губ, и тугую вершинку соска Анны накрыл влажный плен мужского рта.

— Ооох, — протяжно выдохнула Аня, и задрожала всем телом, реагируя на острую ласку.

Илья целиком втянул в рот сосок вместе с ореолом, пососав, выпустил и прикусил твёрдую вершинку, сатанея от ощущения дрожи женского тела, от Аниных тихих стонов.

Мужская ладонь скользнула вниз, огладила мягкий животик и нырнула ниже, к развилке ног. Его пальцы скользнули между складочек, а там влажно, там горячо и бархатисто и явно ждут его.

— Нюта, — сорвалось с хрипом.

— Илья-а-а, — выстонала Аня, когда мужские пальцы, огладив узелок клитора, скользнули внутрь её тела. — Боже! Илья-а-а, — двинула бёдрами навстречу его поступательным движениям.

Больше терпеть он не мог. Оторвался от Анны и мягко толкнул на диван, стоявший позади. Тишина нарушалась их тяжёлым частым дыханием. Несколько мгновений, во время которых они застыли, смотря друг на друга — Анна, лежавшая на диване и застывший рядом Илья.

— Нюта, не смотри на меня так, — хрипло вытолкнул Илья, втягивая в себя сквозь стиснутые зубы воздух. Взгляд Ани, блуждая по его торсу, был обжигающим, она опять словно облизывала его.

— Как? — задышала чаще, потому что Илья, не сводя с неё взгляда, достал из кармана квадратик из фольги и дёрнул пряжку ремня.

— Не… не надо презерватив, — вытолкнула Анна рвано.

— Ты на таблетках? — спросил Илья, и когда Аня медленно кивнула, отбросил упаковку от презерватива я в сторону.

Вжикнула молния, и джинсы вместе с боксёрами одним резким движением были сдёрнуты вниз. Илья встал, чтобы раздеться полностью и не смог сдержать надсадного выдоха.

Аня, широко распахнув глаза и приоткрыв рот, осматривала его с таким восхищением, что кровь разом устремилась к члену, отливая от мозга. Не удержался, обхватил свою плоть ладонью, провёл по всей длине, и вниз. Чуть сжал, наблюдая, как часто вздымается женская грудь, как полыхает серый взгляд Ани безумным желанием.

С её губ сорвался тихий стон, а у Ильи в глазах потемнело.

— Хочу тебя, Нюта, — хрипло выталкивал, нависая над женщиной и без усилий раздвигая женские ноги в стороны. — Так, чтобы кричала и искры из глаз сыпались, — головкой члена провёл по влажным складочкам, задевая клитор и сразу, целенаправленно лаская набухший узелок своей плотью.

— Да! Да! Пожалуйста! — чуть хрипло просила Аня, выгибаясь и двигая бёдрами навстречу. Стиснула в кулаках простынь:

— Пожалуйста! Не могу больше! Не мучай меня, прошу! — шептала, едва не поскуливая от сводящей с ума потребности в нём.

— Хочешь? — Илья чуть ввёл член в желанное, влажное для него лоно и сразу отступил.

— Да! — громко вскрикнула Аня и, уже задыхаясь, вытолкнула: — Да, да, ещё!

— Аня, Анюта, — простонал Илья, одним ударом врываясь, тараня её. Он просто вломился в женское тело, испытав лёгкую боль и закрыв ртом губы Анны, выпил её вскрик. Остановился, чтобы она привыкла к его размеру, но она, всхлипывая, начала сама вскидывать бёдра, оплела его торс ногами.

Больше Илья не медлил. Выпрямился, накрыл одной ладонью грудь Анны, другой удерживая её за бедро, начал двигаться мощно, быстро, погружаясь сразу на всю длину.

Яркий фейерверк довольства, странного мужского тщеславия взорвался в груди Ильи, когда Аня после нескольких глубоких толчков выгнулась и, вскрикнув, задрожала всем телом. Остановившись, Илья хрипло, надсадно дышал, чтобы не сорваться вслед за её оргазмом, хотел продлить удовольствие. Стоило Анне немного обмякнуть, не дал ей остыть. Заставил перевернуться и встать на колени. Надавил на женскую спину ладонью, от чего ягодицы Анны приглашающе вздёрнулись вверх, и Илья немедля воспользовался этим. Опять одним мощным толчком погрузился в шелковистую плоть. Несколько глубоких, резких движений и Илья, сжав женские ягодицы, одним пальцем надавил на верхнее колечко.

Аня после испытанного экстаза не могла связно мыслить. Она покорно встала на колени и опёрлась на руки, сразу охнула и протяжно застонала, когда Илья мощно погрузился в её тело. Подалась бёдрами ему навстречу и, подтянув подушку, вцепилась в неё зубами, заглушая стоны удовольствия. Удар, ещё один, глубоко, до звёзд в глазах, до скулежа от блаженства, которое скручивало её внутренности. Молнии наслаждения пронзали её тело. Ещё чуть-чуть, ещё движение и Аня сорвалась бы в пропасть оргазма, который отступил, стоило ей ощутить на анусе мужской палец и мягкое, неглубокое проникновение.

Аня дёрнулась вперёд, избегая неправильной для неё, ранее не испытанной ласки, но Илья, поняв, что с желаниями переборщил, и Анна к подобному не готова, сразу отступил и резко дёрнул её назад:

— Куда? — вытолкнул надсадно и, огладив ягодицы, толкаясь медленно, мягко, продолжил предвкушающим голосом: — Нюта-а-а, держись, я тебя сейчас реально трахать буду.

— Илья-а-а-а, — вытянула Аня, задыхаясь от удовольствия, когда он начал вбиваться в её тело. Жёстко, мощно, с крохотной ноткой боли, которая смывалась подступающими судорогами дикого наслаждения.

Илья держал её плечи и, нависнув над Аней, резко двигал бёдрами. Звуки их слияния — влажные, звонкие, смешанные со стонами, свели Аню с ума окончательно и она, опять вцепившись зубами в подушку, приглушённо закричала. Её колотило от сладко-острого оргазма, и Илья сорвался следом за нею.

— А-а-а, — проревел он. Ругаясь сквозь стиснутые зубы, Илья содрогался от накрывшего его наслаждения и по инерции всё ещё двигал бёдрами. Остановился, пытаясь отдышаться.

— Пиздец, — сорвалось у него — ноги, руки ходили ходуном, сердце стучало как бешеное, перед глазами плыло.

Он любил жёсткий секс, но всегда подготавливал партнёрш к нему. А с Аней его повело. Он не занимался с ней сексом, он начал действительно трахать её, с остервенением вдалбливаясь в женское тело. Не смог сдержаться и нагнувшись, стиснул её грудь и когда она затряслась под ним, когда её начала бить дрожь, когда шёлковыми стенками лона сжала его член — у него больше не осталось сил продлевать эту восхитительную пытку. Едва не навалился на Аню, упав рядом, и рассмеялся.

Анне ещё не собравшей плывущее сознание хотелось плакать, рыдать и смеяться, вторя Илье. Её раздирал шторм ощущений — невероятных, фантастических и новых для неё. Она не могла бы вспомнить — когда в последний раз испытывала обычный оргазм, а такого феерического наслаждения у неё не было ни разу. Всхлипнув, упёрлась лбом в мужское плечо и счастливая улыбка коснулась губ, когда Илья притянул её к себе, устраивая её голову на своей груди.

— Почему смеёшься? — поинтересовалась шёпотом.

— Я думал, меня кондратий хватит. Нюта, это пиздец какой-то — у меня искры из глаз посыпались, — смеясь, добавил Илья и Аня не удержавшись, призналась:

— А меня до сих пор трясёт. И плакать хочется, и смеяться, — добавила, проводя ладонью по мужской, влажной от пота груди. — Это было… у меня слов нет как.

— Охренительно? — усмехнулся Илья.

— Да-а-а, — вторила смехом ему Аня. — По-другому и не скажешь.

Илья блаженно потянулся как кот на солнышке и выдал:

— Я бы сейчас выпил.

— У меня есть коньяк, — напомнила ему Аня, наблюдая за мужчиной из-под прикрытых век, любуясь им.

— Я помню, — усмехнулся Илья поднимаясь. Натянул боксёры и, подмигнув Ане, кивнул в сторону коридора: — Пошли?

Не дожидаясь ответа, направился на выход из комнаты, когда услышал за спиной:

— А-а-а, эм-м… ты так пойдёшь?

Илья остановился, повернулся, с улыбкой смотря на прикрывшуюся покрывалом Аню.

— Ты против?

— Нет! — вырвалось неосознанно у Ани и она, кашлянув, добавила: — Замёрзнешь ведь.

— Ну, а ты согреешь, — парировал Илья и, подмигнув задышавшей чаще Анне, вышел из комнаты.

Вздохнув, Аня нашла глазами халат, быстро накинула его, поплотнее запахнула и пошлёпала вслед за мужчиной. Когда зашла на кухню ошарашено замерла, увидев накрытый стол. Сыр, фрукты, мясная нарезка и разнообразные маленькие пирожные — птифуры, на один укус. Всё это великолепие уже разложено по тарелкам. Подняла удивлённый взгляд на Илью, который уже протягивал её наполненную наполовину рюмку. Молча приняв её, выпила, поморщившись, и взяла протянутую мужчиной дольку лимона. Только прожевала, как Илья уже поднёс к её рту виноградину с маленьким кусочком сыра.

— Открой рот, — улыбнулся Илья и отвёл руку в сторону, когда Аня хотела перехватить угощение. — Не-е-е-т, Нюта. Ротик открывай.

Аня, заворожено смотря в глаза Ильи, наблюдала, как меняется их цвет. Словно тягучий, растопленный шоколад из кофейного оттенка, перетекая, становился гуще и темнел до черноты. Приоткрыла рот, обхватывая сыр с виноградиной, случайно касаясь мужских пальцев, но не отступила — обхватила их губами и, помогая себе языком, забрала угощение под сиплый выдох мужчины.

Зажмурилась, когда сладость виноградины смешалась с терпкостью сыра и едва не поперхнулась от слов Ильи:

— Ты очень соблазнительна Нюта.

С трудом проглотила комочек с мыслью: «Я? Я соблазнительная?!». Неверяще посмотрела на Илью, но он уже вновь разливал по рюмкам коньяк.

— Ты меня споить хочешь? — спросила, часто дыша.

— Может быть, — Илья, лукаво улыбнувшись, протянул ей рюмку и после того как они выпили, прошёл к тахте. Сел облокотившись на высокую спинку, и поманил Аню к себе.

Не отнекиваясь, молча подошла, позволяя Илье усадить себя между разведённых в стороны мужских ног. Прильнула спиной к мужской груди со счастливой улыбкой блуждающей на губах и откинула голову, ощущая, как руки Ильи мягко обнимают её. Это было тихое удовольствие — сидеть в коконе его объятий и слышать мерный стук сердца, только не продлилось оно долго.

— Что у тебя произошло?

Один вопрос и вся нега слетела, развеялась облачком, оставляя горечь воспоминаний сегодняшнего дня.

Аня покачала головой:

— Не хочу об этом говорить.

Но Илья, поглаживая её руки, иногда переплетая их пальцы, не отступал:

— А я хочу услышать, понять. Ты ездила к мужу?

Анна кивнула, вздохнула и через силу ответила:

— Вещи забирала и хотела поговорить насчёт развода.

— И? — не успокаивался Илья.

— Выслушала много нелицеприятного о себе, — Анна запнулась, не желая признаваться, что муж как танк проехался по её внешности.

— Оскорблял?

Анна горько усмехнулась:

— Было дело.

— Сколько вы прожили вместе? — сыпались вопросы от Ильи.

— Тринадцать лет, — не задумываясь, ответила Аня.

— Любишь его? — Илья задал вопрос и замер, даже затаил дыхание.

— Люблю? — переспросила и мотнула головой: — Теперь точно знаю — нет. Раньше… Он ведь у меня был первый и единственный. Я сразу после школы за него замуж вышла. Первая любовь, сердечки в глазах и сахарная вата в голове. У нас всё складывалось хорошо, и жили как все, но потом…

Анна вспомнила погибшего сына, как потом долго выкарабкивалась из-под обвалов горя, одна… а Вячеслав был постоянно на работе, либо, закрывшись в кабинете, пил. Ни разу они не говорили на эту тему, не услышала она ни слова утешения, а только… обвинения в том, что не доглядела, что вина смерти сына целиком и полностью на её плечах. Сейчас она отчётливо поняла, что именно тогда и закончилась её любовь, разлетелась на осколки. А вот любил ли её муж или у него была только влюблённость, которая так же пропала — она не знала.

— У нас был… момент в жизни, — после минутного молчания продолжила Аня: — когда чувства не прошли испытания, развалились…

Отвечая на дотошные вопросы и чувствуя внимание мужчины, поддержку, слово за слово куцые, обрывочные ответы сплелись в полноценное полотно её откровений. Умолчала Аня только о сыне и мелких подробностях, да оскорблениях мужа.

— … а я даже не догадывалась, что он мне изменял, — в конце усмехнулась Аня.

Илья, отстранив её немного, потянулся за бутылкой, молча налил коньяк и протянул рюмку Анне.

Она, выпив, закусила и чуть повернулась к Илье:

— Теперь твоя очередь, — чуть улыбнулась и положила голову на мужскую грудь, которая мягко приподнялась под глубокий вздох Ильи.

— В какой-то мере у нас похожие судьбы, — с мрачной усмешкой проговорил Илья. — Тоже ни хрена хорошего не было, ну кроме рождения Маришки. Школа, институт, потом сюда в городок к дядьке приехал и начал работать. В отпуск к родителям мотанулся, там с девушкой познакомился. Погуляли мы с ней, покуролесили и я обратно, сюда вернулся. Через пару недель Ирка позвонила, сказала, что беременна от меня.

Илья зло стиснул зубы, вспомнив слова бывшей жены при том разговоре: «Ну, я так, тебя в известность ставлю. В общем, Илюшка, буду я аборт делать».

— Я и предложил ей выйти за меня, — продолжил он. — Как ты сказала — складывалось всё хорошо, и жили как все? Вот и мы жили нормально, хотя это я так думал. Ирка мне начала скандалы закатывать ещё до рождения Маришки — живём мы бедно, зарплата стоматолога её не устраивает. Уехала она к матери. Не знаю как, но об этом родители мои узнали и отец решил продать значительную часть своего бизнеса. Аргументировал возрастом и всякой хренью, но решение принял и не оступился. Вырученные деньги разделил — бо́льшую половину мне отдал, меньшую часть моей младшей сестре подарил. Она на тот момент только замуж вышла. Вот так я и купил клинику. Ирка вернулась, родила дочь уже здесь, а я днями и едва не ночами пропадал на работе. Это только кажется — есть бабло и всё отлично, на самом деле в такое дерьмо окунулся. Бумаги, инспекции, давление конкурентов — приходилось выгрызать своё место под солнцем.

Илья опять потянулся за бутылкой, налил, выпил, Анна же только пригубила. Она видела — как непросто даётся ему рассказ и, не перебивая, слушала.

— Вернулся один раз домой, на дворе уже ночь, а Ирки нет. Соседка — Мария Борисовна услышала хлопок двери и пришла.

Илья нервно усмехнулся, провёл пятернёй по волосам и взъерошил их.

— Оказывается эта сука, дочь полугодовалую у соседки оставляла, а сама хер знает где шлялась. Маришку забрал, соседку расспросил, а когда жена вернулась, устроил ей допрос. Только она ни хрена извиняться не стала — орать начала. Жить ей так невозможно, устала дома сидеть, молодая ещё, чтобы сопли и говно подмывать. Как тогда не пришиб её — хрен его знает. Ушёл, на работе в кабинете переночевал. Потом помирились ненадолго. Я опять узнаю, что она Маришку оставляет и снова скандал. Через неделю возвращаюсь и вновь дочь у соседки, только в этот раз Ирка пропала на несколько дней. Представляешь? Дочери года нет, а мать загуляла. Я блядь её искал по моргам, больницам, по всем друзьям и знакомым, а её след простыл. Уже заявление в ментовку подал, как эта шалава объявилась — у мамаши своей. Позвонила и потребовала, чтобы я дочь привёз к её матери, а она, видите ли, уже на развод подала, и будет устраивать свою жизнь. Ну, вот с тех пор я и воспитываю Маринку сам, — Илья замолчал, прикрыв глаза.

На кухне повисла тишина нарушаемая пыхтением и бульканьем старого холодильника.

Аня, чувствуя, как напряжён Илья, не стала спрашивать — где теперь его бывшая жена и как у них складываются взаимоотношения.

— Расскажи мне о дочери, — попросила она, и мужские губы сразу изогнулись в мягкой улыбке.

— Ей восемь, но она считает себя уже взрослой, — Аня улыбнулась, когда почувствовала, как Илья расслабился и задышал ровнее. — Поэтому и сложно сейчас найти женщину, которая присматривает за ней, когда меня нет. Раньше тихая была, ластилась ко всем котёнком, а сейчас как ёжик выпускает иголки и ругается то с одной нянькой, то с другой. Только соседка с дочкой и может сладить, но у неё здоровье начало сдавать — давление часто поднимается.

— А что она любит? — Аня заинтересованно вскинула голову.

— Рисовать, — усмехнулся Илья. — Ходит в художку и когда её хвалят, грудь колесом выпячивает. Научилась готовить и начала радовать меня гренками и омлетом по утрам. Теперь вот знаю — с голоду не помру.

Анна неосознанно начала улыбаться. Ей не довелось наблюдать, как её ребёнок взрослеет, радоваться с ним и огорчаться, гордиться им и ругать за плохие оценки и это понимание омрачило возникший доверительный момент. В глазах защипало и она, опустив голову, спросила:

— А сейчас? С кем дочь сейчас?

— С новой гувернанткой. Пока у них отношения неплохо складываются, — Илья вздохнул: — Мне пора, Ань. Маришка вытребовала обещание, что я сегодня буду её укладывать и знаю точно, до сих пор не спит, ждёт меня.

— Ох, — сразу встрепенулась Аня, вскочила: — Конечно! Ты же только сегодня вернулся из командировки, и она наверняка соскучилась по тебе. Я… — Аня отступила на шаг и, бросив взгляд на холодильник, неуверенно продолжила: — Я пирог испекла, с абрикосами. Может, возьмешь с собой, а дочери скажешь что купил?

Анна после поездки к мужу собиралась навестить Алевтину Павловну, чтобы поделиться с ней как всё прошло и угостить пожилую женщину, а тут ей пришла в голову мысль, что пирог может понравиться маленькой девочке лишённой материнской ласки и любви.

Илья удивлённо вздёрнул брови, потом прищурился и, поднявшись, притянул Аню к себе. Его ладони соскользнули на женские ягодицы, вжимая Анну в своё тело.

— Возьму, — не стал отпираться он и наклонился, накрывая женские губы поцелуем. Жарким, но, к огромному сожалению Ани — коротким.

Проводив Илью, Анна, искупавшись, лежала в постели с мечтательной улыбкой. Кончики пальцев то и дело поглаживали ещё припухшие губы, а внизу немного саднило от пережитого, страстного секса. Чуть нахмурившись, попыталась вспомнить — испытывала ли с мужем хоть что-то похожее на тот оргазм, в который её обрушил Илья и поняла, что нет. По молодости муж ласкал её клитор, и только так она достигала разрядки, но это вообще не сравнится с сегодняшним фейерверком ощущений.

Мысли плавно перетекли на образ мужа, портя настроение.

— В понедельник позвоню! — прошептала она, решая, что нужно узнать в суде и что за ересь нёс муж — получил документы и одновременно не получил. — Позвоню и потребую ускорить процесс, найму адвоката, в конце концов! — решила Аня и постаралась отвлечься от неприятных размышлений.

Вспомнила прошедший вечер и рвано выдохнула — внутри всё скрутило от желания повторить. Рассмеялась: «Вот же — дожить до тридцатника, чтобы понять — что такое жаркий секс!». Страстные, бесстыдные ласки и эти пошлые словечки Ильи — всё калейдоскопом всплывало в памяти, заставляя сжимать ноги и поглаживать уже твёрдые вершинки сосков.

— Бли-и-и-н, — простонала, поворачиваясь и утыкаясь в подушку, — Думай о другом, Анька! Вот что надо сделать завтра?

И Анна начала планировать воскресный день и обед, на который должен был прийти Илья.