ГЛАВА 15

Кирилл покачал головой, и его губы растянулись в снисходительной улыбке. – Нет, Света. Это не сработает. Дело не только в алиментах. Анна права – детям нужна стабильная семья, а не мать-одиночка, которая едва сводит концы с концами. – У меня есть работа! – Которую ты получила две недели назад, – парировал он. – И что это за работа? Мелкая дизайн-студия, где ты делаешь эскизы для кафешек? Смешно. Я могу дать детям лучшее образование, частные школы, репетиторов. А что можешь дать ты? – Любовь. Время. Внимание, – я смотрела ему прямо в глаза. – То, чего ты никогда им не давал. – Не драматизируй. Я отличный отец. – Который появлялся дома после десяти вечера? Который пропустил их первые шаги, первые слова, школьные утренники? – Я зарабатывал деньги для семьи! – А теперь хочешь забрать у меня то, что я создавала, пока ты «зарабатывал»? Кирилл откинулся на спинку стула, изучая меня холодным взглядом. – Ты изменилась, Света. Стала… агрессивной. Это плохо скажется на детях. – Я стала бороться за своих детей. Если это агрессия – пусть так. – Посмотрим, что скажет суд, – он встал. – И ещё, Света. Прекрати копаться в моих делах. Это может плохо для тебя кончиться. – Это угроза? – Это совет. От человека, который знает тебя одиннадцать лет. И знает все твои… слабости. Он ушёл, оставив меня в недоумении. Что он имел в виду? Какие слабости? На выходных я собиралась на дачу к детям. Паковала подарки – новые книги для Маши, конструктор для Максима. Телефон зазвонил – Николай. – Светлана, добрый день. Помните, я говорил про дочку? Она всю неделю пристаёт – когда поедем знакомиться с девочкой, которая любит Толкиена. Вы же на дачу собираетесь? Я замерла с футболкой в руках. С одной стороны, дети сейчас уязвимы, новые знакомства могут их расстроить. С другой… – Николай, я не уверена, что сейчас подходящее время. – Понимаю. Просто подумал… Лизе одиноко, у неё мало друзей. После развода она замкнулась. Может, общение с ровесниками пойдёт на пользу всем? Что-то в его голосе – не просьба, а искренняя забота о дочери – заставило меня передумать. – Хорошо. Но если дети будут не в настроении… – Конечно! Мы уедем сразу же. Спасибо, Светлана. Лиза будет счастлива. В субботу утром Николай заехал за мной. Его дочь оказалась миниатюрной брюнеткой с огромными карими глазами и застенчивой улыбкой. В руках она сжимала потрёпанный томик «Хоббита». – Здравствуйте, – прошептала она. – Папа сказал, ваша дочь тоже любит Толкиена? – Да, Маша большая поклонница. Уверена, вы найдёте общий язык. Всю дорогу Лиза расспрашивала о Маше – какие книги любит, в какие игры играет. Николай вёл машину и изредка поглядывал на нас в зеркало заднего вида, улыбаясь. На даче нас встретила мама. Увидев Николая, она вопросительно подняла брови, но я покачала головой – потом объясню. – Маша! Максим! – позвала я. Дети выбежали из дома и бросились ко мне. Обнимая их, я почувствовала, как напряжение последних дней отпускает. – Познакомьтесь, это Лиза. Она тоже обожает книги про Средиземье. Маша сразу оживилась. – Правда? А какая часть больше нравится? А фильмы смотрела? Через пять минут девочки уже щебетали без умолку, а Максим показывал Николаю свою коллекцию жуков. Мама подошла ко мне. – Кто это? – шепнула она. – Мой начальник. И друг. Просто друг, мам. Она скептически хмыкнула, но промолчала. День прошёл удивительно спокойно. Дети играли, мы с мамой и Николаем пили чай на веранде. Он рассказывал о своём детстве, о том, как сам зачитывался Толкиеном. Было так… нормально. Словно не было развода, судов, угроз. К вечеру, когда мы собирались уезжать, Маша подбежала ко мне. – Мам, Лиза такая классная! Мы можем ещё встретиться? – Конечно, солнышко. – А дядя Коля смешной. Он рассказывал про архитектуру, оказывается, это так интересно! Уже в машине, когда уставшая Лиза задремала, Николай тихо сказал: – Спасибо. Давно не видел дочь такой счастливой. – Это вам спасибо. Дети отвлеклись от… от всего. – Светлана, можно личный вопрос? Я напряглась, но кивнула. – Ваш бывший… он адекватный человек? Просто Лиза рассказала, что Маша упомянула – папа приезжал с какой-то тётей, и это было неприятно. Я вздохнула. – Кирилл… сложный человек. Особенно сейчас. – Если нужна помощь… – Вы и так помогаете. Больше, чем можете представить. В воскресенье вечером, когда я вернулась домой, позвонил Кирилл, с яростью в голосе он сказал: – Какого чёрта ты водишь к нашим детям посторонних мужиков?! – Кирилл, это мой начальник, он приехал с дочерью… – Мне плевать, кто он! Максим сказал, что вы весь день провели вместе! Ты решила найти детям нового папашу? – Не смей! Это ты приволок к ним свою пассию через неделю после нашего расставания! – Анна – моя невеста! – А Николай – мой друг. И его дочь подружилась с Машей. Детям было хорошо. – Детям? Или тебе? Решила показать, что тоже можешь найти замену? – Я никого не ищу, Кирилл. В отличие от тебя, я думаю о детях. – Вот и думай! А если я расскажу суду, что ты таскаешь к детям первых встречных? – Попробуй. Заодно расскажешь, как сам приехал с Анной, довёл Машу до слёз. – Это другое! – Да, другое. Потому что дети прекрасно провели время с Лизой, а от твоей Анны плакали. Он бросил трубку. Я устало опустилась на диван. Ещё один козырь в его колоде – теперь он будет говорить, что я вожу к детям мужчин. Но почему-то страха не было. Только усталость и решимость. Пусть говорит что хочет. Правда на моей стороне. Телефон пискнул. СМС от Николая: «Надеюсь, всё в порядке? Лиза не замолкает про Машу. Спасибо за чудесный день.» Я улыбнулась. Да, день действительно был чудесным. И что бы ни придумал Кирилл, такие дни стоят борьбы. Понедельник начался со звонка Игоря – того самого друга Лиды, который обещал покопаться в делах Кирилла. – Светлана, нам нужно встретиться. Есть информация. Серьёзная. Мы договорились на обеденный перерыв в небольшом кафе недалеко от студии. Игорь выглядел ещё более неприметным, чем в прошлый раз – серый костюм, обычное лицо, которое забудешь через минуту. – Ваш бывший муж интересный человек, – начал он без предисловий, доставая планшет. – Его бизнес… скажем так, не совсем чист. – В смысле? – Уклонение от налогов. Не в крупных размерах, но достаточно, чтобы налоговая заинтересовалась. Серые схемы с субподрядчиками, липовые договоры. Вот, смотрите. Он показывал документы, объяснял схемы. Я понимала половину, но суть была ясна – Кирилл играл с огнём. – И что мне с этим делать? – Пока ничего. Это запасной вариант. Если он будет давить – намекните, что знаете. Но аккуратно, чтобы не подумал, что вы настучите. Просто… пусть знает, что вы не беззащитны. – Я не хочу его сажать, он отец моих детей. – И не надо. Но он должен понимать – война может быть обоюдоострой. В студии меня ждал сюрприз. Артём, владелец кафе, привёз бутылку шампанского. – Светлана! Вы не поверите – ещё даже не открылись, а уже три человека спрашивали контакты дизайнера! Ваша работа – лучшая реклама! Мы отметили в узком кругу. Николай поднял бокал: – За Светлану! За талант, который не убьют никакие жизненные передряги! Глядя на счастливые лица коллег, я впервые за долгое время почувствовала – у меня есть будущее. Есть работа, которую я люблю. Есть люди, которые в меня верят. Вечером позвонила Марина Сергеевна. – Светлана, есть новости. Суд назначен через месяц. Готовьтесь морально. И ещё – адвокат вашего мужа запросил характеристику с вашей работы. Это хороший знак – значит, они нервничают. – Почему? – Если бы были уверены в победе, не интересовались бы вашим трудоустройством. Кстати, про ту информацию о девице – я навела справки. Два её бывших готовы дать показания о её методах. Правда, за определённую плату. – Сколько? Марина Сергеевна назвала сумму. Не космическую, но ощутимую для моего бюджета. – Я подумаю, – пообещала я. Легла спать с тяжёлыми мыслями. Месяц до суда. Месяц, чтобы подготовиться к битве за детей. Смогу ли я? Хватит ли сил?