Глава 4

Олеся.

Заканчиваю готовить ужин.

Весь вечер я потратила на проработку нового рецепта, чтобы добавить его в меню наших ресторанов. Обычно любимое дело полностью поглощает меня, помогая избавиться от навязчивых мыслей, но сегодня всё идёт не так. Соус получается слишком жидким, овощи – слишком мягкими. Это только добавляет нервозности.

В коридоре щёлкает замок, хлопает входная дверь.

– Олесь! – Раздаётся взволнованный голос Славы.

Быстро вытерев руки о фартук, выхожу из кухни.

– Что? Что случилось?

– Ничего особенного. – Слава взмахивает в воздухе ярким бумажным пакетиком.

– Что это?

Он улыбается шире и протягивает пакет мне.

– Это подарок. Для тебя.

– По какому поводу? – Сую туда руку и извлекаю на свет конверт. В нём путёвка на две недели в Турцию. Всё включено.

– Я просто подумал, что тебе давно уже нужен отдых.

– Ты серьёзно? Хочешь, чтобы я уехала в отпуск сейчас?

– Да! – Он уверенно кивает, сбрасывая ботинки. – Я вижу, как ты устала, Олесенька. Ты столько работаешь, столько на себя берёшь. Тебе нужно перезагрузиться перед тем, как мы… Ну… Заведём ребёнка.

Я смотрю на путёвку, потом на Славу. Внутри всё бурлит от неожиданности.

– А как же контракт? – осторожно спрашиваю, изучая лицо мужа.

Слава вдруг становится серьёзным.

– Забудь о контракте, малыш. Я подумал, что гораздо важней, чтобы ты была счастлива. Деньги мы всегда сможем заработать.

Медленно подхожу вплотную к Славе и обнимаю за шею, крепко прижимаясь к его груди.

– Спасибо.

Слава держит меня в объятиях, но я чувствую, как он напрягается, словно готовится сказать что-то важное. Выпрямляюсь, глядя на него в ожидании.

– Олесь, я знаю, что между нами что-то происходит в последнее время. – Его голос удивительно серьёзен, без единой нотки привычной лёгкости. – Какое-то недоверие. Я… Я ведь не слепой, я всё это вижу. Ты думаешь, что я чурбан бесчувственный, но я чувствую. Да. Я просто… Не умею показывать это, наверное, так, как нужно.

Мой рот приоткрывается, но я молчу, давая ему продолжить.

– Да, – он кивает, словно соглашаясь с самим собой. – Я действительно очень много работаю. Постоянно эти дела, цифры, планы. Пашу, чтобы наш бизнес рос, чтобы у нас с тобой было всё, что мы заслуживаем. Но знаешь… Кажется, я забыл, ради чего это всё создавалось. – Он делает паузу, и его глаза смотрят прямо на меня, серьёзные, но тёплые. – Благополучие нашей семьи должно быть на первом месте.

Эти слова проникают глубже, чем я могла ожидать. Чувствую, как отступает напряжение, которое копилось во мне все эти дни. Недоверие и обиды вдруг ослабляют свою хватку.

– Слав… – начинаю я, но он перебивает.

– Дай мне сказать, малыш, – делает шаг назад, чтобы лучше меня видеть. – Я ведь понимаю, как ты себя чувствуешь. Ты ждёшь чего-то большего, хочешь ребёнка, а я всё время откладываю. Наверное, это ужасно тебя разочаровывает.

Слова, которые я хотела сказать, застревают у меня в горле.

Мой муж всегда был человеком дела, но такие откровенные разговоры давались ему тяжело. И сейчас этот момент кажется чем-то новым, будто Слава вдруг сбрасывает свою броню.

– Я ведь не только ради денег работаю, солнце. Я всё это делаю ради того, чтобы у нас было лучшее будущее. Но я понимаю, что за всей этой гонкой упустил тебя. Упустил нас.

– Слав, ничего не упущено.

Он отводит взгляд на секунду, словно набирается смелости, а затем снова возвращает его ко мне.

– Ты думаешь, что я не замечаю, когда ты огорчена? Я вижу это, Олесь, и это убивает меня! Реально! Я чувствую это напряжение между нами. Просто иногда не знаю, как с этим справиться.

– Ты никогда мне этого не говорил. Я думала, ты поглощён работой и телефоном.

– Да, в последнее время я весь в этой штуке! – Улыбается он, вытаскивая из кармана телефон. Небрежно отбрасывает его на комод. – Если честно, я договаривался насчёт тура. У тебя не просто путёвка, а путёвка с персональным гидом, который объездит с тобой за две недели пол Турции. Прости за эти тайны, я лишь хотел сделать тебе настоящий сюрприз.

– Сюрприз? Господи, я уж решила…

– Что?

– Ничего, – отмахиваюсь. – Просто навыдумывала себе всякого. Я ужасно ревную тебя к телефону.

– Малышка-глупышка моя! Ну как ты можешь во мне сомневаться, а? Знаешь, Олесь, извини, что я начал действовать лишь тогда, когда наши отношения уже пошатнулись. Просто мне всегда казалось, что нужно работать больше, стараться больше, и всё как-то само собой решится. Но теперь я понимаю, что ошибался.

Он берёт меня за руку, медленно подносит её к губам и оставляет на коже лёгкий поцелуй.

– Ты для меня важнее всего, – говорит он, сжимая мои пальцы. – И я не хочу, чтобы между нами было это недоверие. Я хочу, чтобы ты знала, что я всегда на твоей стороне. Даже если иногда кажется, что это не так.

– Спасибо, что сказал мне…всё это.

Держась за руки, уходим в гостиную и заваливаемся на диван.