Глава 35

В его золотых глазах плясало пламя. И от камина, но гораздо жарче было пламя от того, что разгоралось между нами. Я чувствовала его дыхание на своих губах. Жар его тела опалял меня, все мысли вылетели из головы. Мне лишь хотелось, чтобы он продолжал сжимать меня в объятьях, смотрел на меня так, что я верила в его любовь и чувствовала себя самой красивой и самой желанной женщиной на всём свете.

Веки закрывались сами собой, и я не могла сдержать стонов, что вырывались из меня в ответ на страсть Вэллиана.

— Посмотри на меня, Алана, — потребовал он, — я хочу видеть твои глаза.

Я послушно распахнула глаза и тут же наткнулась на его взгляде. В котором одновременно закручивались и триумф победителя, заполучившего свою женщину, и голод хищника, поймавшего добычу в сладкий плен. А еще там к моему удивлению я разглядела уязвимость. Он тоже боялся. Боялся, что я откажу. Испугаюсь. Или что передумаю в последний момент.

Я медленно подняла руку и коснулась его лица. Провела пальцами, обрисовывая скулы, коснулась щеки и самого уголка губ.

Вэллиан замер от этого невесомого прикосновения, словно я касалась самой сердцевины его души, а не просто кожи.

— Я не боюсь, — прошептала я, отвечая ему на невысказанный вопрос, — Я буду с тобой, даже если проклятье возьмёт верх над тобой, и ты станешь прежним.

— Не стану, — в его голосе звучала твёрдость, словно он придумал план, который наверняка должен ему помочь.

Он отпустил мои запястья, а заскользил своими пальцами по моим рукам, по плечам, опускаясь всё ниже и ниже медленно, словно старательно восстанавливая в памяти каждый изгиб моего тела.

Я мимолетно коснулась взглядом того места, где должна была быть рана. Шрам уже должен был начать затягиваться. Я провела по нему пальцами, почувствовав в тот же миг, как внутри всё сжимается от воспоминаний.

— Это из-за меня, — вырвалось у меня, прежде, чем я успела подумать о чём-то другом.

— Это ради тебя, ради меня, — поправил он, — и знай, я бы сделал это снова и снова без малейших раздумий.

Он перехватил руку, поднёс к губами и перецеловал каждый палец. Потом поцеловал ладонь и запястье, там где бился пульс. Его губы были не просто горячими, а обжигающими, и от его поцелуев словно разгонялась моя кровь, а пульс ускорялся всё больше и больше.

— Вэллиан… — выдохнула я.

— Тш-ш-ш, — он накрыл мои губы своими, и всё остальное исчезло.

Поцелуй был долгим и нежным. Он не торопился, будто пробовал меня на вкус. Я отвечала, запустив пальцы в его волосы, притягивая ближе к себе.

Его руки скользили по моей спине, я вся обратилась в ощущения его ладоней на моей коже, обжигающе горячих, но таких необходимых мне сейчас.

Он остранился на мгновение, когда его глаза были чёрными и невероятно глубокими от царящего в них желания близости. Он сдерживался изо всех, чтобы не броситься на меня. Ждал, спрашивая моего согласия.

— Ты хочешь? — прошептал он хрипло.

Я кивнула, слова были не нужны.

Он словно облизывал меня своим взглядом, столько восхищения в нём читалось.

Вэллиан вошёл в меня медленно, давая привыкнуть к себе. Я закусила губу, чувствуя, как его тело наполняет моё, как он заполняет пустоту, которую я носила в себе так долго.

Он замер, глядя мне в глаза:

— Так хорошо? — и когда я порывисто кивнула, стиснул меня в своих руках и подался бёдрами вперёд, заставив охнуть: — Ещё?

Он начал двигаться, плавно и ритмично. Каждое его движение было наполнено нежностью и испепеляющей страстью.

Я прижималась к нему, меня сводило с ума ощущение его кожи, скользящей по моей. Его губы целовали меня, руки гладили тело, наши сердца, выбрав единый ритм, бились в унисон.

— Ты моя! — рычал он в мои губы, начав вколачиваться в моё тело с неистовством.

Я не могла говорить от переполнявших меня ощущений. Жар его тела, тяжесть рук, его горячее быстрое дыхание, его хриплый шёпот. Всё это кружило голову, уносило меня выше облаков, и я позволила себе просто быть с ним, быть собой, отдаться чувствам полностью и без оглядки.

Вэллиан тоже не сдерживал себя, все преграды рухнули между нами, мы потеряли не нужные сейчас стыд и скромность. Мы были словно звери, но звери влюблённые.

Именно поэтому я закричала в голос, когда собравшаяся внизу моего живота тугая пружина взорвалась, словно огромная волна накрыла моё тело, заставив меня судорожно выгибаться под тяжелым мужским телом.

Вэллиан прижимал меня к простыням, с удовольствием пережидая пик моего наслаждения. Он на миг перестал двигаться, довольствуясь моими сокращениями, и тем, как я стискивала его внутри своими стеночками туже и туже. Всё внутри меня так отчаянно и сильно сокращалось, что Вэллиан не выдержал, подался глубоко вперёд в меня, вызвав новый спазм удовольствия и мой стон, и тут же сам застонал в приступе оргазма, сотрясающего его тело.

Я даже не поняла, как потом оказалась сверху него. Видимо, когда всё закончилось, он перекатился на спину и уложил меня сверху, пока я летала где-то в небесах от удовольствия.

Я положила голову ему на грудь и слушала, как ровно и мощно бьётся его сердце. Он целовал меня в макушку, и мне казалось, что я никогда ни к кому не испытывала такой близости. И еще я подумала, что наверное это и есть счастье — лежать в его объятьях и наслаждаться тем, что он рядом и не может выпустить меня из своих сильных рук.