Глава 32

- Мам, что произошло? Мне позвонил отец из больницы и рассказал дикую историю о том, как ты зачем-то прострелила ему ногу. Я не понимаю! – стоило мне войти в квартиру, как позвонил взъерошенный и совершенно выбитый из равновесия Илья. Никто не тревожил меня весь день. Вселенная как будто давала нам с Костей время, чтобы присмотреться друг к другу. Я отмахнулась от моих старушек, встречающих меня в коридоре, показывая на трубку. Покрутила рукой в воздухе, обещая доложиться обо всём позднее, и быстренько сбежала. - Илюш, если по существу, то так и есть. Я прострелила ногу Ивану, – со вздохом ответила сыну, забежав прямым ходом сразу в ванную комнату и судорожно раздеваясь. Врубила горячую воду, ухнула в неё полпачки ароматической соли, бухнула пены, не жалея и, присев на бортик ванной, смотрела, как под струёй воды рождается и расширяется облако крошечных пузырей. Растёт и оседает, встретившись с прохладным воздухом. Хотелось просто отбросить трубку и не разговаривать ни с кем ещё тысячелетие… - Мам. Перестань, – тем временем взволнованно говорил Илья, — Откуда у тебя ружьё? Да и не представляю, чтобы ты смогла выстрелить в живого человека. Расскажи мне подробно, как и что произошло. Я попробую связаться со службой безопасности отца. Хотя там давно уже работают совсем другие люди — Настиного папаши приятели… Илья был по-настоящему взволнован и говорил непривычно много слов. Мой, обычно молчаливый сын на этот раз не мог остановиться и просто засыпал меня вопросами. Но как же не вовремя! Пока он говорил, я включила телефонный аппарат на громкую связь и, сдерживая стон, загрузила своё измученное тело в облако горячей пены. Блаженство! Вода, обжигая, взбодрила. А миллиард крошечных пузырёчков, щекоча, побежали по моей спине, вызывая непроизвольный стон. - Я давно уже занимаюсь спортивной стрельбой. Из пистолета. У меня есть свой, разрешённый, травматический револьвер-наган. – спокойно начала объяснять сыну, регулируя температуру воды, — утром я поехала в клуб, что находится за городом, чтобы пострелять по тарелочкам. Это стендовая стрельба. Очень отвлекает от проблем, знаешь ли… Помолчала, шевеля пальцами, и продолжила пересказывать свои приключения. - Машину Ивана я заметила только при выезде на Ленинский. Нужно было сразу позвонить в полицию или ещё куда-нибудь. Но я рискнула. Надеялась оторваться по посёлку. В общем, он меня догнал. Разбил боковое стекло. Я, защищаясь, выстрелила. Приехала полиция. А ещё за твоим отцом ехала его служба безопасности. Четверо мордоворотов. Илюш, я очень устала и перенервничала. Давай завтра всё? – попросила я Илью и нырнула под воду с головой. - Мам! Какой, завтра! – Услышала встревоженный вопль Ильи, выныривая, — Нужно сегодня, сейчас утрясать проблемы с полицией. У этих людей везде связи! Они тебя в тюрьму укатают! Что за глупости – стрелять! Мам! Не ожидал от тебя! - Лучше бы, конечно, если бы меня похитили и прикопали в лесочке, – не выдержав, резко ответила я и добавила, смягчая, — Не паникуй, Илья. У меня тоже связи. Всё нормально. Сын замолчал. Только было слышно, как тяжело он дышит в трубку. Наверняка, он сейчас вышел на пробежку и разговаривает со мной так, чтобы не волновать свою жену. Я улыбнулась, вспоминая, с какой заботой он относится к Алине, и уже хотела успокоить сына, но он заговорил первым: - Отец совсем обезумел с этим завещанием. Мам, отдай ты ему – пусть подавится. Тебе же проще будет жить. Ты не представляешь, насколько отец погряз в делах тестя. Он без этих денег пропадёт. Проклятое завещание! - Приезжай завтра и поговорим. – Предложила я Илье и добавила, — привози Алину с детками. Бабушкам на радость. И жена развеется немного. Всё же не в четырёх стенах ей сидеть. Илья помолчал и заговорил уже своим, обычным, сухим тоном: - Ты уверена в своих знакомых? Я всё-таки попробую разузнать по своим каналам, что там и как. Не лишнее будет. Как зовут твои связи? И, ждите. Завтра с утра мы приедем всем семейством. Только, мам… - Не волнуйся, я не буду Алине ничего рассказывать, и при ней тоже. Как ты скажешь, – перебила я сына, успокаивая. И добавила: - Мой друг, что помог мне сегодня – Константин Валерьевич. Или Владимирович. Рыков или Росков… Я не помню точно. Он из ФСБ. Вероятно, в чинах. Огромный такой. На медведя похож. - Мама! – я вновь вывела своего уравновешенного сына на эмоции, и он, помолчав, добавил, явно подбирая определение потактичнее, — Ты сильно изменилась за эти годы на юге! Я улыбнулась и, простившись с Ильёй, снова нырнула под воду. Ты даже не представляешь, родной, как сильно я изменилась! - Алла Андреевна, голубушка, вспомните, Илья Иванович не оставлял мне ничего? Письмо? Пояснения? Хоть что-нибудь? Какие-то бумаги? – взмолилась я после того как меня накормили ужином и напоили обязательным чаем. - Я не знаю, Нилочка. Нужно глянуть в сейфе. Придётся вернуться в дом, – ответила задумчиво Алла Андреевна и, посмотрев в потемневшее окно на улицу, предложила, — завтра? - Завтра к нам приезжает Илья с женой и детьми. Думаю, что удобнее их встретить здесь. Квартира большая. И в неё сложнее попасть посторонним, – ответила я и задумалась. Мне нужно куда-то отправить на время старушек. Чтобы не волноваться и не оглядываться на них постоянно.