36 глава

Сознание возвращается медленно, словно продираясь сквозь толщу грязной ваты. Сначала я чувствую холод. Влажный, пронизывающий, идущий от камня подо мной. Потом — запах. Затхлость, сырость, гнилое дерево… где это я?

Приоткрываю глаза и… ничего не вижу. Темнота. Такая густая, что ее будто можно зачерпнуть ложкой. Постепенно зрение привыкает, и передо мной появляются смутные очертания стен, потолка и маленького отверстия вверху, из которого льется слабый свет.

Я лежу на чем-то твердом и неровном. Шевелюсь, пытаюсь встать. Но… что это? Мое тело… оно как будто налитое жидким свинцом, тяжелое и неподъемное. Руки и ноги будто не мои, хотя я не связана.

Сердце начинает колотиться все сильнее и сильнее. Паника подбирается к горлу, забивая дыхание. Я здесь, в этой темноте… в каком-то подвале, и с каждой попыткой пошевелиться силы все больше меня оставляют. Слабость накатывает волнами, окутывает теплой вязкой пеленой, как будто мое тело накачали тем самым «Кордис Реликта», да только в слоновьей дозировке.

Кажется, так и есть. Меня отравили или вкололи очень сильное снотворное, которое превращает меня в овощ. Хорошо, хоть мозги немного работают. Но если поддаться, то я просто усну. А если усну ― то погибну. Ведь в этом месте меня вряд ли кто-то найдет и разбудит.

Но… как я сюда попала? Артур… да, он последний кого я видела. Гадко приставал, пытался поцеловать… от одной только мысли накатывает тошнота, хотя еще недавно я млела от его объятий. Он… он изменился. Стал прежним. Или… таким и был, просто хорошо играл роль кого-то другого…

А потом… он отнял у меня кулон. Лорд Кроуфорд говорил, что это фамильная ценность, которая защитит меня, когда я буду в этом нуждаться. Да только ни я, ни он не знали, как это работает. Надо было обратиться к артефактору, сам лорд об этом говорил… а потом как-то забыли, мне это показалось не таким уж важным, особенно когда я вся горела предвкушением перед поступлением в лучшую Академию королевства, повторяла теорию, тренировалась без устали…

Артур увлекался артефактами. Это единственное, в чем он был силен в области своих сверхспособностей. Как же я сразу не догадалась…

И странно, что он не отнял у меня кулон еще в лечебнице. Впрочем… кажется, он пытался. Но я успела его обезвредить…

Страх снова охватывает всю меня. Надо не копаться в воспоминаниях, а действовать. И скорее выбираться отсюда.

— Помогите… — вырывается у меня хриплый шепот. Кажется, я успела простудиться, лежа на холодном камне. Слабый звук глохнет в сырой темноте, не долетая до стен. — Кто-нибудь…

Бесполезно. Никто меня так не услышит. Но… что это? Стон. Слабый, прерывистый. Может, это была я? Нет, кажется, он доносится откуда-то справа, из вон того угла.

Вся напрягаюсь. Я здесь не одна. Но где я? В темнице? Тогда здесь со мной могут быть преступники… А я почти не могу пошевелиться. Не смогу себя защитить…

Стон повторяется. И я явно слышу, что это мужчина.

Собираю всю волю в кулак. Меня никто здесь не спасет кроме меня самой. Руки отказываются подчиняться, но я заставляю их двигаться. Упираюсь ладонями в холодный скользкий пол и ползу. В обратную сторону от леденящего душу стона. Каждый сантиметр дается ценой невероятных усилий, в висках стучит, в груди колет. Задыхаюсь, будто пробежала марафон. Еще чуть-чуть ― и я провалюсь в забытье. Мне хочется отхлестать себя по щекам, чтобы прийти в себя. Нет, Камилла, не спать! Нужно найти дверь. Вдруг, она открыта?

Конечно, это вряд ли… но все может быть. Надежда умирает последней.

Глаза уже почти привыкли к темноте. В отдаленном углу различаю очертания человека, согнувшегося и прижавшегося к стене.

Хорошо, что не монстр ― пролетает у меня.

Но это не точно.

— Камилла…

Голос. Слабый, хрипящий, еле слышный. Но он точно назвал мое имя. Не сошла же я с ума?

― Кто… кто здесь? ― спрашиваю, хотя мне лучше бы затаиться.

В ответ ― тишина. Только шумное хриплое дыхание ее нарушает время от времени.

В то маленькое отверстие под потолком немного ярче пробивается свет, и я вижу… нет, мне это кажется.

― Артур? ― Мой собственный голос кажется чужим. Та фигура в углу принимает вполне знакомые очертания, и… сомнений больше не остается.

Разворачиваюсь всем телом и плюхаюсь на каменный пол. Ноги совсем меня не слушаются, но руки еще как-то двигаются, и благодаря им я ползу обратно.

Хотя… стоит ли оно того?

Может это очередная ловушка?

Но если бы Артур хотел мне навредить, он бы это сделал, когда я была без сознания.

Если бы сам мог встать. Кажется… он ранен.

Он полулежит прислонившись к стене. Его руки заведены за спину. Одна из них неестественно вывернута. Та самая, которую он повредил во время схватки с монстрами.

Выходит… он ее так и не вылечил? Но кто тогда тот человек, который отнял у меня кулон? Он выглядел вполне здоровым…

Всматриваюсь в Артура. Это он, нет сомнений, только измученный и избитый. Его лицо в крови и синяках. Голова безвольно запрокинута, глаза закрыты, но веки подрагивают. Его лицо бледное и влажное от испарины, даже в этом холоде. Он дышит часто и хрипло, губы полуоткрыты. Некогда безупречный камзол весь в пятнах… кажется, это тоже кровь.

Обида, боль от предательства, страх ― все как-то отходит на второй план. Подползаю вплотную к нему и дрожащей, какой-то неподъемной рукой касаюсь его лба. Горячий. У него жар.

— Артур, — зову я, вся внутренне дрожа. ― Что с тобой? Почему ты здесь? Кто… кто это сделал?

Он медленно и как-то неровно приоткрывает глаза, как будто ему больно даже веками шевелить. В полумраке его драконьи голубые глаза кажутся потускневшими, затянутыми пеленой. Он смотрит на меня, и в его взгляде нет ни надменности, ни притворной нежности. Только изнуренное понимание и что-то похожее на… вину?

— Камилла,… — его голос — хриплый шепот, — Ты… тоже здесь. Я же просил… просил уехать…

Он пытается пошевелиться, но руки, явно связанные за спиной, не позволяют ему даже отодвинуться от стены. Он только слабо дергает плечами и глухо стонет.

― Артур, кто это сделал? ― снова спрашиваю я. Моя собственная слабость отходит на второй план и будто перестает беспокоить. Нас здесь заперли с каким-то умыслом. Мы кому-то мешали… мы оба.

Но… кому?

Мирабель?

Кроме нее никого не приходит на ум.

― Это Мирабель? ― прямо спрашиваю я, хотя вряд ли мне что-то даст эта информация. Разве что какую-то определенность. И тут я замираю от осенившей меня догадки…

― Артур, где кулон? ― скольжу неповоротливой рукой по его груди, отчего он дергается, как будто ему больно. ― Он на тебе? Может, в кармане…

― Какой кулон? ― с трудом спрашивает тот.

― Как какой? Который ты меня отобрал! Перед тем, как… я потеряла сознание.

Просто кулон имеет большую силу. С его помощью мы сможем выбраться. А так как Артур разбирается в артефактах, он сообразит, как эта вещица нам посодействует.

― Я ничего не… ― начинает хрипло тот и замолкает.

― Это сделал не я, ― выдыхает он, спустя паузу.

Тяжело вздыхаю и прислоняюсь к стене. Пришли туда же, откуда и вернулись, называется.

― Ну конечно, и не ты женился на мне, не ты забрал поместье. Не ты хотел от меня избавиться…

― Не я, ― подтверждает он. ― Это мой брат, Дамиан.