Глава 57. Что может быть важного на крыше?

Спустя месяц

Ева

Я в полном недоумении поднимаюсь по лестнице на крышу нашего офисного здания.

Лев пригласил меня сюда какой-то странной, загадочной эсэмэской: «Жду тебя на крыше. Это важно».

Что может быть важного на крыше? Да еще и в такое время — солнце уже практически село.

А когда открываю дверь, у меня перехватывает дыхание. Я была тут раньше, но теперь это место не узнать.

Десятки, может быть, даже сотни маленьких фонариков висят повсюду: на специально установленных стойках, на натянутых веревках, на ограждении крыши, даже на полу. Их теплый свет создает какую-то волшебную, почти сказочную атмосферу.

В центре этой световой феерии стоит маленький столик, накрытый белоснежной скатертью. На нем — серебристое ведерко со льдом, в котором охлаждается бутылка шампанского, и два бокала.

А там, у самого края крыши, стоит Лев.

— Ты пришла, — произносит он, не оборачиваясь, но я слышу улыбку в его голосе. Эту особенную улыбку, которую я научилась различать, даже не видя его лица.

— Конечно. Разве я могла не прийти? — Мой голос предательски дрожит от волнения, и я делаю глубокий вдох, пытаясь успокоиться.

Лев медленно поворачивается, и мое сердце пропускает удар.

Свет фонариков отражается в его глазах, превращая их в два мерцающих омута.

Я еще никогда не видела его таким — серьезным, почти торжественным, и в то же время... неуверенным? Взволнованным? Это так не похоже на обычного Льва — всегда уверенного в себе, немного ироничного, знающего себе цену.

Он делает несколько шагов ко мне, и его руки находят мои, переплетают наши пальцы. У него теплые ладони, и, несмотря на прохладный вечерний воздух, я чувствую, как это тепло распространяется по всему моему телу.

— Ева, — его голос звучит мягко, почти интимно. — Знаешь, я очень долго думал над тем, как это сделать. Планировал что-то особенное, незабываемое...

Неужели это то, о чем я думаю?

— Лев... — шепчу я, чувствуя, как сердце бьется где-то в горле.

— Тсс…— Он нежно сжимает мои пальцы. — Дай мне договорить, пожалуйста. Я понял, что больше не хочу ждать, и все эти планы не имеют никакого значения. Важно только то, что я чувствую к тебе.

Его руки отпускают мои, и я чувствую внезапный холод.

Но через секунду замираю, потому что Лев достает из внутреннего кармана пиджака маленькую бархатную коробочку темно-рубинового цвета.

— Я люблю тебя, Ева. — Его голос становится хриплым от волнения. — Люблю твою сонную улыбку по утрам, даже когда ты еще не выпила свой любимый кофе. Люблю, как ты забавно хмуришься, когда сосредоточенно работаешь над очередным переводом. Люблю твой мелодичный смех и то, как ты мило закусываешь губу, когда нервничаешь... вот как сейчас.

Я действительно прикусываю губу, даже не замечая этого. По щекам катятся слезы, но я не пытаюсь их вытереть. Весь мир сужается до одной точки — до его лица и его глаз.

Лев опускается на одно колено, и мое сердце, кажется, вот-вот выпрыгнет из груди. Он открывает коробочку, и я вижу кольцо — изящное, с небольшим бриллиантом, который искрится в теплом свете фонариков.

Лев запомнил даже это — что я не люблю огромные камни-булыжники, мне по душе более скромные варианты.

Вечерний ветер играет моими волосами, где-то вдалеке слышится шум города, но для меня сейчас существует только этот момент.

— Ты станешь моей женой? — просто спрашивает он, глядя мне прямо в глаза.

— Я тоже люблю тебя, — шепчу, опускаясь рядом с ним на колени. — Люблю каждую частичку тебя…

— Это «да»? — улыбается он, и в его глазах пляшут озорные искорки.

— Да, — смеюсь я сквозь слезы. — Да, да, конечно да!

Кольцо идеально садится на мой палец, будто создано специально для меня.

Лев притягивает меня к себе, и его губы находят мои.

— Я никогда не отпущу тебя, — шепчет он чуть позже, прижимая меня к себе.

— Вообще-то, — улыбаюсь я, утыкаясь носом в его шею, — я и не собираюсь уходить.

В этот момент я точно знаю — вот оно, мое счастье. Настоящее, живое, бьющееся в такт нашим сердцам.