ГЛАВА 5

– Ну… – мямлю я, – есть немного. Но я была так занята с кофейней…

Галя вздыхает тихо.

– Вот именно! Ты настолько погрузилась в работу, что не замечаешь очевидного. А это может быть опасно.

– Я подумаю, хорошо? Просто сейчас… всё так сложно.

– Подумай, – кивает она. – Но не затягивай. Ты же знаешь, как важно вовремя начать наблюдение.

В дверях она оборачивается:

– И помни: я всегда рядом. Что бы ни случилось.

Когда за Галей закрывается дверь, я плетусь в зал, опускаюсь на диван. Её слова эхом отдаются в голове. Задержка… Признаки… Беременность…

Рука сама собой ложится на живот. А что, если она права? Что, если внутри действительно растёт новая жизнь?

Я закрываю глаза, пытаясь расслабиться. Завтра. Всё узнаю завтра. А сейчас нужно просто дожить до утра.

Утро встречает меня тяжёлым свинцовым небом. Тучи нависли так низко, что, кажется, можно дотянуться до них рукой. Они клубятся темно–сизыми массами, словно готовые разразиться дождём в любой момент. Ветер гоняет по двору опавшие листья, кружащиеся в безумном танце, пытающиеся укрыться от надвигающейся непогоды.

Я сижу на кухне, механически помешиваю кофе, вкус которого совсем не ощущается. Неужели я и правда беременная. Последняя близость с Мишей… Это было всего за пару дней до того злополучного слёта бизнесменов.

Страх сковывает внутренности.

Подхожу к окну, чтобы глотнуть свежего воздуха. Взгляд машинально скользит по двору, и тут я превращаюсь в ледяную статую. У моей машины стоит мужчина. Что–то в его фигуре, в манере держаться кажется знакомым. Слишком знакомым.

Он одет в тёмную куртку, на голове капюшон, но я узнаю эту походку, эти широкие плечи. Один из тех двоих, что приходили в кофейню. Что он здесь делает? Следит за мной?

Сердце колотится как сумасшедшее. Мысли путаются. Беременность, бандиты, Миша… Всё наваливается разом, словно хочет раздавить, уничтожить.

Я отступаю от окна, стараясь не шуметь. Нужно срочно позвонить в полицию. Но что я им скажу? Что какой–то мужчина стоит у моей машины? А вдруг мне показалось?

Но интуиция кричит – не показалось. Этот человек опасен. И он здесь неспроста.

В голове вихрем проносятся сотни мысли. Нужно срочно что–то предпринять. Но что? И как быть с возможной беременностью? Как защитить себя и… возможно, ребёнка?

Мне сложно найти ответы на эти вопросы. Знаю только одно – я должна быть осторожной. Очень осторожной.

Я еду в кофейню спустя час, сжимая в руках пакет с тестом на беременность. Что, если результат положительный? Как я справлюсь со всем этим одна?

В «Лофт-кофе» непривычно тихо. Новенькая бариста с испуганным видом протирает столики. Я проскальзываю в туалет, дрожащими руками достаю тест. Время тянется бесконечно. Две полоски… Две чётких, недвусмысленных полоски, черт возьми, вырывают из меня душу.

Мир вокруг начинает кружиться. Я прижимаюсь к стене, чтобы не упасть. Ребёнок… От человека, который разбил мне сердце. От человека, который может быть связан с этими бандитами.

Выхожу из туалета, едва держась на ногах. В зале замечаю его. Мишку. Он сидит за столиком, разговаривает с баристой. Девушка бросает на меня встревоженные взгляды, заметив моё состояние.

– Есения? – хмурит темные брови. – Ты в порядке?

Я не отвечаю. Ноги словно ватные, в голове туман. Бариста, заметив моё состояние, спешит к кофемашине, стараясь не смотреть в нашу сторону.

– Что с тобой? – Миша поднимается, делает шаг ко мне.

Я отступаю, чувствуя, как сердце колотится, где–то в горле.

– Не приближайся, – шепчу я, с трудом сдерживая слёзы.

Он опешивает, впервые за всё время увидев меня такой – сломленной, растерянной, уязвимой.

– Есения, послушай…

– Уходи. Просто уходи. Сейчас же.

Он медлит, и я вижу в его глазах что–то похожее на боль. Но сейчас мне всё равно. Сейчас есть только я и эта новость, которая перевернула весь мой мир верх дном.

Разворачиваюсь и иду к выходу. Надо остыть, осознать. За спиной слышу тяжелые шаги, но не оборачиваюсь. Не могу. Не сейчас.

На улице холодный ветер бьёт прямо в лицо, приводя меня в чувство. Я сажусь в машину, дрожащими руками достаю телефон. Нужно позвонить Гале. Она должна знать. Она поможет. Она не даст мне упасть.

Сделав глубокий вдох, я звоню Гале, и её голос, как спасительный якорь, возвращает меня к реальности.

– Галя, мне нужно к врачу… прямо сейчас, – шепчу я, едва сдерживая дрожь в голосе.

– Хорошо, я сейчас свяжусь с коллегой, – отвечает она спокойно, словно чувствуя моё состояние на расстоянии. Пару минут и я слышу: – У него есть окно через час. Сможешь приехать?

– Да, да, конечно, – бормочу я, покусывая нижнюю губу.

Дорога до женской консультации кажется мне бесконечной. Мои размышления – перепутанная пряжа, которую никак не удаётся распутать. Сердце бьётся неровно, словно старый метроном, потерявший свой ритм.

В коридоре консультации пахнет лекарствами и надеждой. Этот запах всегда напоминал мне о чём–то важном, о чём–то, что ждёт впереди. Я сажусь на кушетку, чувствуя, холод кафельного пола, пробирающийся сквозь ткань брюк.

Врач встречает меня с профессиональной улыбкой, но его глаза выдают искреннюю заботу. Он усаживает меня на стул, задаёт вопросы, и каждый его вопрос – как кусочек пазла, складывающийся в единую общую картинку.

Я не замечаю, как за окном темнеет. Не вижу, как мимо проносятся машины, как люди спешат по своим делам. Моё внимание сосредоточено только на том, что происходит здесь и сейчас.

Внезапно я чувствую чьё–то присутствие за спиной. Холодок пробегает по позвоночнику, словно предупреждая меня об опасности. Но когда я оборачиваюсь, никого нет. Только тень от занавески, похожая на силуэт человека, скользит по стене.

Миша следует за мной, сам того не подозревая. Его шаги эхом отдаются в моих мыслях, но я не вижу его. Не хочу видеть. Сейчас есть только я, мой ребёнок и будущее, которое предстоит построить заново.

Врач заканчивает осмотр, и его слова звучат как приговор и как надежда одновременно. Я выхожу из кабинета, не замечая ничего вокруг, погруженная в свои мысли, которые теперь кажутся ярче и чётче, чем когда–либо.