Глава 6

Поднимаюсь в спальню после ужина. Хотела было пойти в гостевую комнату, как вчера, но Айна уже обосновалась там со своими чемоданами. Слышу, как она разговаривает по телефону, рассказывает кому-то о своём новом доме. Моём доме.

Остаётся только наша спальня. Которая теперь кажется мне чужой.

Замираю у зеркала, снимая серьги. В отражении вижу, как Тамерлан расстёгивает рубашку. Привычная вечерняя рутина, которую мы выполняли тысячи раз. Но сегодня всё по-другому.

Сегодня в доме есть она.

Мои пальцы дрожат, когда убираю украшения в шкатулку.

- Злата. - Голос Тамерлана мягкий, можно даже подумать, что он извиняется за весь фарс, который был сегодня. - Как ты себя чувствуешь?

Как я себя чувствую? Так, словно мой мир раскололся пополам, и я балансирую на краю пропасти. Но он спрашивает это тоном, каким интересуется состоянием дел в офисе. Для него это очередная проблема, которую нужно решить логично и эффективно. Эмоции просто помеха в его чётком плане.

- Нормально.

Снимаю платье, вешаю его в шкаф. Надеваю шелковую ночную рубашку, ту самую, что он когда-то назвал своей любимой. Интересно, говорил ли он такие же слова ей?

- Знаю, что сегодня было тяжело, но ты молодец. Ты ведёшь себя достойно.

Достойно. Снова это слово. Как будто я актриса, которая должна играть роль доброй жены. В его понимании всё должно работать как бизнес-план: он объяснил ситуацию, предложил условия, теперь я должна их принять. Эмоции, боль, унижение - всё это мешает эффективному функционированию его новой семейной структуры.

Не решаюсь лечь рядом, хотя на коврик ложись.

Тамерлан уже лежит, читает что-то в планшете. На нём тёмные шёлковые пижамные брюки, торс обнажён. Он также красив и также притягателен.

И мне от этого еще хуже.

Если бы можно было разлюбить его по щелчку! Я бы стала самой счастливой женщиной на свете.

Ложусь на свою сторону кровати, оставляя между нами максимальное расстояние. Натягиваю одеяло до подбородка, словно оно может защитить меня от происходящего.

Сколько ночей мы провели здесь, обнявшись, планируя будущее, шепча друг другу о любви? Только теперь каждый сантиметр этого матраса напоминает мне, что он лежит здесь и думает о ней. О её теле, о том, как она отзывается на его прикосновения, о ребёнке, который растет у неё в животе. Даже когда он рядом со мной, он мысленно с ней.

- Айна неплохо устроилась. - Быстро освоилась.

- Спасибо, что не стала устраивать скандал.

Конечно, молча наблюдала, как она устанавливает свои порядки в моём доме.

Но это пока.

- Тамерлан, почему ты разрешил ей поменять дизайн в детской?

- Что тут такого? - Он кладёт планшет на тумбочку.

- Ты сказал, что она здесь временно?

- Так и есть. Но ребёнок никуда не денется. Когда он родится, далеко ходить не придется.

- Удобно. - В моём голосе слышится горечь.

- Злата, не надо.

- Что не надо? Я правду говорю.

Тамерлан поворачивается ко мне, и кровать слегка прогибается под его весом. Чувствую его движение всем телом - мы так долго спали в одной кровати, что стали чувствовать друг друга даже во сне.

- Правда в том, что жизнь идёт дальше. Что у нас будет ребёнок.

- Он у вас будет.

- У нас. - Муж протягивает руку, касается моего плеча. - Ты же помнишь, что я говорил? Ты будешь старшей женой. Ребёнок будет и твоим тоже.

Его прикосновение обжигает. Та же рука, что ласкала меня тысячи раз, теперь ласкает и её. Те же пальцы, что знают каждый сантиметр моего тела, изучают теперь и тело Айны.

Я отстраняюсь от его ласк.

- Не трогай меня.

- Злата.

- Сказала, не трогай. - Голос мой становится резче, чем я хотела.

Тамерлан замирает, потом медленно убирает руку.

- Ты моя жена. - Говорит он тихо. - Я имею право...

- Какое право? - Я поворачиваюсь к нему, и в груди вспыхивает ярость. - Право на что? Трахать меня в той же кровати, где ты думаешь о ней? Это называется изменой.

- Не говори так.

- А как говорить? - Я сажусь на кровати, натягивая одеяло до подбородка. - Как назвать то, что ты делаешь со мной? Со мной и с ней?

Тамерлан тоже садится. В полумраке спальни его лицо кажется суровым, почти незнакомым.

- Я делаю то, что должен. То, что правильно для нашей семьи.

- Ты думаешь только о себе.

- Нет, неправда. Ты часть этой семьи. - Он наклоняется ко мне, и ощущаю тепло его тела.

- Если не захочу?

Он молчит несколько секунд.

- Тогда будет хуже. Для всех.

Угроза звучит мягко, почти нежно, но я слышу в ней сталь.

Тамерлан снова протягивает руку, на этот раз к моему лицу. Пальцы касаются щеки, и я вздрагиваю.

- Мне тебя не хватает, - шепчет он.

Мне хочется рассмеяться. Или заплакать. Или ударить его.

Лицемер!

- Как ты можешь говорить это? - Я отстраняюсь от его прикосновения. - Как ты можешь лежать со мной в кровати и говорить, что скучаешь, когда этажом выше спит твоя беременная жена?

- Ну у нас с ней нет близости и не будет. Это был всего один раз, случайный. - Поправляет он. - Айна не жена в том смысле, в каком ею являешься ты.

- Очень интересно получается. - Встаю с кровати, начинаю ходить по комнате. - Я больше сейчас похожа на прислугу и няньки для твоего ребёнка от другой женщины?

- Ты та, которая останется со мной, когда всё закончится. - Тамерлан встает следом за мной.

- Когда что закончится? - Я останавливаюсь у окна. - Беременность? Или твой интерес к ней?

- Когда родится ребёнок и мы не будем видеться - Он подходит ко мне сзади, и я вижу его отражение в стекле. - Тогда всё вернётся на свои места.

- Ничего не вернётся. Ты разрушил нас Дом, семью, любовь.

- Моя любовь к тебе никуда не делась. - Он кладет руки мне на плечи, и я не отстраняюсь только потому, что у меня нет сил. Просто всё вынужденно немного изменилось.

Изменилась! Он говорит об этом, как о реструктуризации компании - необходимые изменения для повышения эффективности. В его логике всё разумно: старая жена остаётся для статуса и стабильности, новая жена дает наследника. Простая математика. Но то, что я разрываюсь от боли в этой кровати, где он теперь лежит и мысленно сравнивает наши тела - всего лишь досадное препятствие, которое со временем устранится.

- Иди к ней. Если тебе нужна близость, иди к той, кто может тебе её дать.

- Мне нужна ты.

Его губы касаются моей шеи, того самого места, которое всегда сводило меня с ума. Но сейчас я чувствую только отвращение.

- Нет. - Резко поворачиваюсь к нему. - Не смей.

- Злата, ты моя жена...

- Не хочу больше оставаться твоей женой. Ты мне не нужен. - Кричу на него.

Тамерлан хватает меня за руки, его пальцы сжимаются сильно, почти больно.

- Прекрати истерику. - Голос его становится жёстким. - Веди себя достойно.

- Отпусти меня.

- Когда ты успокоишься.

- Отпусти, или я закричу так, что она услышит наверху.

Мы смотрим друг другу в глаза несколько долгих секунд. Потом Тамерлан медленно разжимает пальцы.

- Ложись спать. - Говорит он холодно. - И больше не устраивай сцен.

Он поворачивается и идет в ванную.

Ложусь обратно в кровать, поворачиваюсь к стене. Когда Тамерлан возвращается, притворяюсь спящей. Он ложится на свою сторону, и между нами остается пропасть холодных простыней.

Всего несколько часов назад в этой кровати была только моя боль. Теперь к ней добавилось отвращение к собственному мужу.

Лежу с открытыми глазами до самого утра, слушая его ровное дыхание и думая о том, что наверху, в гостевой спальне, спит женщина, которая может дать ему то, что не могу дать я.

Здесь мне не место.

Айна останется тут навсегда.

Нужно срочно решаться на что-то.

У меня есть сбережения. Есть незаконченные проекты, которые можно довести до конца. У меня есть собственная машина, которую купила на свои деньги. Есть банковская карта, которой пользуюсь независимо от Тамерлана. Есть портфолио с работами, которое может открыть двери в любую архитектурную студию. Есть друзья в Питере, которые помогут первое время

Мне просто нужно поверить в себя. Я ведь как-то существовала до нашего брака. Значит, буду существовать после него. Я была кем-то ещё до того, как стала женой Тамерлана: проектировала здания, выигрывала конкурсы, строила карьеру.

На самом деле есть жизнь за пределами этого дома, нашего брака.

И у меня остаётся только один выход.