Глава 5

"Если мужчина хочет уйти — помогите ему собраться.

Дайте чемодан, пинок и улыбку.

Не мешайте ему выбирать счастье.

Потому что, если он останется — вы все равно будете жить рядом с трупом."

#прощайтесь_вовремя

#муж_это_мебель

#чемодан_пинок_любовь

***

Игорь выпрямляется и смотрит сверху вниз, с таким видом, будто ему наконец-то стало легче. Голос — ровный, почти пафосный.

— Только давай без сцен, ладно? Я все решил. Не унижайся. Это ничего не изменит.

Я медленно поднимаю глаза.

— Ты правда думаешь, что я собираюсь умолять тебя остаться?

Самодовольно фыркает.

— Да-да, точно! Я и забыл, ты же сегодня в образе гордой и независимой. Только мы оба понимаем, что это поза. Поэтому и прошу тебя — давай без драматических сцен и хватания меня за штаны. Веди себя достойно. Найди в себе каплю гордости, что ли. Я, честно, уже устал. Еще и этого спектакля я сегодня точно не переживу.

Он совсем уже… того?

Или это он специально, чтобы вывести меня на эмоции? А может, он и правда так обо мне думает?..

— Не переживай. У меня сегодня не тот настрой, чтобы валяться на полу и целовать тебе ботинки. Хотя, кажется, именно этого ты ждешь, да? — усмехаюсь. — Прости, не выйдет.

Он напрягается. Немного моргает, как будто сбился с текста.

— Слушай, не начинай…

— Да расслабься ты. Я не собираюсь ничего просить. Тем более у тебя.

Он хмурится. В его взгляде мелькает неуверенность.

— Ну и отлично, — говорит он нарочито равнодушно. — Так даже проще.

Я не отвечаю. Просто смотрю. И молчу.

Господи… Кто этот незнакомец передо мной? И где мой муж?

Молчание затягивается. И оно громче любых слов.

— Ну, раз все решили… может, тебе уже пора? — говорю, и зеваю — совершенно честно. — Поздновато уже. А я за сегодня устала.

Игорь бросает на меня испепеляющий взгляд.

— Ты намекаешь, что я должен уйти?

Я даже теряюсь. А он разве не должен сейчас хлопнуть дверью и уйти в закат по законам жанра?

— Хочешь — оставайся. Я все, на сегодня лимит исчерпан, — говорю и разворачиваюсь. — Пойду спать.

Просыпаюсь я поздно. Голова ватная, тяжелая.

Ночью выпила таблетку, чтобы не реветь в подушку до утра. Помогло наполовину. Слез не было, но боль все равно пульсировала где-то в висках всю ночь.

А внутри, ближе к груди, все ныло и тянуло. Уснула я ближе к рассвету.

Сегодня — просто тишина. Только сухость во рту и гул в ушах.

На часах почти полдень. Тело ломит будто отбили. Ощущение, что по мне проехал грузовик, а потом еще и сдал назад, чтобы добить.

Выхожу на кухню и я почти не верю глазам — Игорь дома.

Он и в самом деле никуда не ушел, а ночевал, скорее всего, в гостевой спальне. Это попахивает абсурдом.

А сейчас он сидит на кухне и спокойно пьет кофе. Черный, без сахара, как всегда. Запах горьковатый, знакомый, заполняет все вокруг.

— Проснулась, — говорит он буднично. — Нам надо поговорить. Я все обдумал.

Сажусь напротив, молча.

— Я купил квартиру. В новом доме, с отделкой. Дом сдан, ключи на руках. Без мебели, но это не проблема. Оформлена на маму, чисто формальность. Ты поедешь туда.

Я моргаю.

— Ты купил мне квартиру? Когда ты успел?

Он смотрит на меня, как на ребенка, которому объясняют простые вещи.

— Я купил ее раньше. Не для тебя. Но раз уж так вышло, будет твоей. Переоформлю ее на тебя. В каком-то смысле — знак уважения. И благодарности.

— Для кого ты ее покупал? — спрашиваю тихо.

Он делает глоток, отводит глаза.

— Для себя.

— А-а-а … для себя и той девушки? — доходит до меня. — Любовное гнездышко?

Он ничего не отвечает. Только отводит глаза, делает глоток. Кадык дергается на его шее.

— Хватит, Настя. Это просто квартира, — добавляет. — Так что… тебе будет удобно. Дом приличный, район хороший, метро рядом. Я же для себя выбирал. Я даже готов помочь с деньгами на мебель, обстановку, все такое. Что скажешь — оплачу. Ну и тебя не обижу тоже. Я же все понимаю, ты без работы. Так что, не переживай, стартовая сумма будет неплохая. Машину еще оставлю.

— Великодушно, — говорю я.

Может, он думает, что я ему должна за это ноги целовать?

— Настя, не начинай, — раздражается он. — Я не должен тебе ничего. Дом оформлен на маму. Ты ведь знаешь, она помогала при покупке, я не имею право его делить. Бизнес тоже — на мне и брате, ты к нему никакого отношения не имеешь. Если начнешь "выеживаться" и устроишь дележку и беготню по судам — на фирме "вдруг" окажутся лишь долги, которые тебе же потом и придется выплачивать. Так что, не советую. Будешь упорствовать — будет только хуже, вообще без денег останешься. Я же предлагаю нормально, по-человечески.

Вот это поворот.

— По-человечески — это когда не выкидывают из дома.

Смотрит на меня, в глазах холод.

— Не драматизируй. Я тебя не выгоняю. Я тебе даю. У тебя будет своя квартира. И деньжат еще подкину. Это, между прочим, больше, чем получают девяносто процентов женщин после развода.

Я киваю. Молча.

Смотрю на чашку перед собой — пустую, с коричневыми разводами от старого чая. На свои руки — пальцы чуть дрожат. На его лицо — спокойное, как будто он решает, куда поехать в отпуск.

Все. Вот так все и заканчивается.

В голове звенит. Пусто. Тело онемело. Только где-то внутри — тяжесть, будто камень положили.

— А Ксюша?

Он бросает взгляд в окно и делает глоток кофе.

— Что — Ксюша?

— Она остается со мной. Это не обсуждается.

Он фыркает.

— Она не маленькая. Пусть сама решает.

Меня передергивает.

— Ты хочешь сказать… она может выбрать остаться с тобой?

— Я ничего не хочу сказать, — отвечает он холодно. — Я уважаю ее выбор. В отличие от тебя, я не собираюсь ее тянуть за руку в одну из сторон.

— То есть, если она выберет жить с той женщиной?..

Он резко ставит чашку на стол.

— Настя, не начинай. Не строй из себя жертву. Я делаю все, чтобы было без крови. Но ты, как всегда, тянешь в драму.

Я встаю.

— Не беспокойся, я не начну. У меня нет на это сил.

Он откидывается на спинку стула, будто доволен собой. Потягивается, словно сытый ленивый кот, а потом встает. В глазах мелькает удовлетворение.

Вид у него такой, будто все сделал правильно и может гордиться собой.

— Ладно. Я поехал. У меня встреча.

Конечно, встреча.

Наверняка очень важная.

Он идет в прихожую, берет пиджак, достает из кармана ключи и бросает мне.

— Вот. Держи. Адрес вышлю смс-кой. Деньги — переведу. Полную сумму и документы — после официального развода. Чтобы без сюрпризов. Все по-честному.

Я сжимаю в руках холодный металл. Он смотрит на меня снисходительно.

— Если что, я на связи. Не истери тут сильно, ладно?

— Я очень постараюсь, — отвечаю я тихо.

Он хлопает дверью.

И как будто вакуум остается вместо него. Все вокруг замирает.

Я подхожу к окну и опираюсь на холодный подоконник. Гляжу в пустоту. Дышу.

Через несколько минут слышу, как поворачивается ключ в замке.

Кто-то открывает дверь.