Глава 3

— Нет! — Я начинаю молотить кулаками по закрытой двери, дергать за ручку, но все без толку. — Бурак, ты не посмеешь это сделать! Не посмеешь забрать у меня сына! Бура-а-ак! Выслушай меня хотя бы! Прошу тебя! Не будь таким жестоким!

Однако в ответ уже ничего не слышу, и это разбивает мое сердце на миллион маленьких осколков, принуждая застонать в голос.

Я понимаю, что разговаривать с ним уже бессмысленно, ведь ему знатно накапали на мозги, однако с каждой последующей минутой эта мысль ломает меня все сильнее и сильнее. Такого разочарования я не испытывала никогда.

Я стараюсь идти вперед на дрожащих ногах, но по дороге не выдерживаю и падаю на холодный асфальт. Царапаю колени, но боли не чувствую, а затем зажимаю рот ладонью. Слезы так и рвутся наружу, застилая разум. Порабощая сознание. Бесконтрольной вой несется из глубины души.

Мне еще никогда не было так плохо. Я начинаю трястись, как в приступе тахикардии. Я просто не могу в это поверить! Будто не со мной это случилось… Будто все это страшный сон, в котором нет больше света.

— Лейла, с вами все в порядке? — отдаленно слышу чей-то участливый голос, но лишь мотаю головой и наконец встаю в полный рост. Охранник, наверное.

Побелевшими от напряжения пальцами смахиваю выбившиеся пряди волос и тяжело сглатываю. Слова мужа звучат в голове бесперебойным ритмом. И каждое из них режет без ножа. Разрушает до основания.

«Посмеешь приблизиться к моему сыну… уничтожу!» — Как гром среди ясного неба.

Еще с утра все было прекрасно, а уже вечером меня вышвыривает из дома собственный муж. Ну разве может поступить так родной, до боли любимый человек? Тот, с которым я прожила пять лет рука об руку. Которому когда-то вверила свою судьбу. Отдала свое сердце… А затем так легко, по щелчку, уничтожить нас… Нашу семью. Будто бы это ничего не стоит.

Отвернуться и выбросить, как ненужную игрушку? За что? Почему?! Чем я заслужила такое к себе отношение? Я всю жизнь только и делала, что жила ради мужа и сына. Своей семьи у меня много лет не было, но я всегда о ней мечтала, и поэтому моим главным ориентиром стали они. Бурак и Али… Других просто нет.

А теперь муж хочет отнять у меня сына!

Я этого так просто не оставлю. Не позволю случиться такой тотальной несправедливости.

Я шагаю абсолютно без сил, на автомате выстраиваю траекторию движения, а затем сажусь в свой автомобиль и называю адрес подруги, потому что просто не знаю, куда ехать. Не знаю даже, как жить дальше, если у меня заберут самое родное!

И еще… она единственный человек, который меня поймет.

Доезжаю я быстро. Буквально через сорок минут оказываюсь возле ее дома. А затем нажимаю на кнопку звонка и, когда дверь передо мной открывается и я вижу Дарину, просто начинаю реветь. Навзрыд.

Подруга пугается. Хмурит лицо, тревожно вглядывается в мои наверняка опухшие от слез глаза. Я стараюсь держать себя в руках, но эмоции бесконтрольно рвутся наружу, не давая мне успокоиться.

— Лейла… — испуганно говорит она. — Что случилось, родная?

— У меня семья разбивается, Дарина! — начинаю без предисловий. — Муж обвиняет в измене. Из дома выгнал, представляешь?! И сына отнять хочет!

— Что?! — Подруга неверяще мотает головой, пропуская меня внутрь. — Как это?! Вы же такая прекрасная пара. У вас сын есть и…

— Вот именно! — Я задыхаюсь от боли, вновь повторяя свои слова. — У нас есть сын, которого он хочет отнять у меня… Что я сделала не так? За что мне такие мучения?

— Рассказывай, — строго произносит она. — Рассказывай все. От начала до конца.

— Он… Я… — Язык заплетается от переполняющих эмоций. Я просто не могу сказать ни слова.

Подруга, видя мое состояние, качает головой.

— Так дело не пойдет. Умойся, Лейла, — протяжно вздыхает Дарина. — Ты выглядишь разбитой. Затем поговорим.

Я киваю и на негнущихся ногах бреду в ванную комнату. Ставлю руки по обе стороны от раковины и всматриваюсь в свое покрасневшие от слез лицо. Открываю кран и без конца начинаю ополаскивать щеки.

Ну вот как я переживу все?! Как мне не сломаться от полного непонимания?! От такой циничности со стороны мужа?! Я просто не знаю, как пробиться сквозь эту стену вдруг появившегося полного безразличия ко мне…

Поверить всем. Но не мне.

Я ведь для него все… Все делала, любила до безумия. Жила. Дышала им! Разве этого мало? Разве мало того, что я всегда была рядом с ним?! Каким образом я могла ему изменить? Что за чушь?

А теперь… Все разбилось вдребезги. О скалы его недоверия.

Я ведь пыталась донести до него свои слова, но Бурак даже слушать не стал. Просто потащил меня к двери, вынося нам обоим приговор.

Я его никогда не прощу за это. Никогда! Не прощу такого страшного унижения перед всеми. Такого наплевательского отношения ко мне.

Перед глазами все еще стоит его семья. Насмешливые и презрительные взгляды оставляют отметины на моем сердце. Вонзают иглы в него, ковыряя раны вновь и вновь.

Они смотрели на меня так, будто я не жена их сына… не мать их внука… а грязь под ногами. А Бурак… Мой любимый Бурак… В его глазах я больше не видела себя. В них был лишь лютый пронизывающий холод.

Видимо, ему хорошо промыли мозги, раз он не дал ни малейшего шанса оправдаться. Муж просто решил все за нас двоих и лишил меня права голоса.

Но я не заслуживаю такого отношения к себе. Не заслуживаю. Я ничего плохого никогда не делала. Жила по совести и просто любила…

Глубоко вздохнув, я промокаю полотенцем лицо и возвращаюсь к Дарине, которая ждет меня в зале. Натягиваю слабую улыбку, но сама чувствую, что она выглядит натянутой. Безжизненной.

Я понимаю, что неправильно вываливать все свои проблемы на Дарину. Тем более у нее самой сложный период в жизни. Она развелась и теперь строит новую жизнь, храня под сердцем тайну от мужа. А он всю жизнь любил другую, а ее просто обманывал, ожидая момента, когда они с его любовницей соединятся вместе.

И раньше я бы не поверила, что такое вообще может случиться, но не теперь… Жизнь знатно ударила меня под дых. Поиздевалась. И как справиться совсем одной… я не знаю. Но точно понимаю: как оказалось, других друзей кроме Дарины у меня нет.

Раньше я считала дружбу чем-то ненужным, а теперь, после всего произошедшего, она стала моей спасательной шлюпкой.

Мы с Дариной познакомились совсем недавно, на одном из приемов. Деловом ужине… Но почти сразу стали общаться. Она — хороший и чистый человек. В ней нет ни капли злобы и ненависти. Дарина еще восхищалась мной и Бураком, а я в ответ лишь улыбалась, говоря ей, что у меня просто самый лучший на свете муж.

Совсем недавно все было так…

«Когда мы еще были счастливы, — шепчет мне внутренний голос. — Когда наша семейная жизнь не висела на волоске. Когда мы не стояли на грани развода…»

Или это все было игрой и Бурак никогда меня не любил? Ведь если любят по-настоящему, так не поступают. Не заставляют другого страдать, давя на самую больную точку, и не выставляют за дверь мать своего ребенка.

Я опускаюсь на диван и сцепляю пальцы в замок, а Дарина вдруг уходит. Я непонимающе озираюсь, но когда она возвращается с водой, облегченно выдыхаю.

— Сделай глоток. Легче станет. — Она протягивает мне стакан с жидкостью.

— Не хочу. — Я отрицательно мотаю головой и дрожащими пальцами начинаю искать в телефоне новость, которую увидела в интернете по дороге к подруге.

Поворачиваю экран к ней и она замирает, вчитываясь в строчки… Ведь там упомянута и она. Как раз о причине ее развода с мужем и фотографии прикрепили, где она с другим мужчиной. Точно показывая, что она тоже изменница.

Дарина поднимает на меня стеклянные глаза и возвращает телефон. А затем сама опустошает стакан с водой и говорит, что ей нужно выйти в ванную, чтобы тоже умыться.

Я вижу, как ей тяжело после этой новости, но она держится. Дарина уже более-менее отошла от предательства мужа. Начала выстраивать свою жизнь заново.

А мне все только предстоит…

Когда она возвращается в зал, на ее лице больше нет эмоций. Только разочарование, которое ничем не скрыть. Впрочем, наверняка как и у меня.

Немного помедлив, я начинаю рассказывать ей все, не пропуская ничего и вновь задыхаясь от лавины новой боли, накрывающей меня с каждым словом.

— Лейла, а я ведь считала вас идеальной парой, — тревожно произносит Дарина. — Кто бы мог подумать, что Бурак так поступит с тобой…

— Я тоже. Никогда бы не подумала, что муж сможет вышвырнуть меня из дома, не дав шанса объясниться. Знаешь, у нас даже легких разногласий никогда не было, Дарин, — горько усмехаюсь я. — Как его убедили в моей измене, только черт знает… Раз он сразу поверил… Сейчас я просто не могу смириться с тем, что происходит в моей жизни. Будто страшный сон. Как человек может так быстро и так кардинально измениться? Еще вчера любящий муж, а сегодня… Сегодня между нами выстроилась огромная стена недоверия и лжи. Он поверил всем. Но не мне, Дарина. Я не прощу его за это.

— Дорогая, но у вас ведь есть ребенок. Может, не стоит рубить сплеча? Вам просто нужно поговорить. Выяснить все как есть. Это в тебе сейчас эмоции говорят.

Я отрицательно мотаю головой.

— Даже когда все выяснится и он поймет, как был неправ… Я его не прощу. В любом случае. Просто не могу. — Я откидываюсь на спинку дивана. — Он во мне сомневался, понимаешь, Дарин? Если в семье между парой нет доверия, то ничего хорошего из этого не выйдет. Рано или поздно их ждет развод. Единственное, что мне нужно и вообще держит сейчас на плаву — мой сын. Иначе я бы окончательно сошла с ума от бессилия. Хотя…

К горлу вдруг подкатывает ком.

— Лейла… — Подруга делает шаг ко мне.

— Если они заберут у меня Али, то… — Я прикладываю ладонь к сердцу и отсчитываю его биение. — Я не выдержу. Просто сломаюсь.

Я снова начинаю реветь в голос.

Дарина тут же оказывается возле меня и крепко обнимает. Я заглушаю боль, цепляюсь за ее одежду и мычу ей в живот. Боже, мне так больно от осознания полной картины!

Я задыхаюсь.

— А что, если я не смогу выстоять против них? — проговариваю вслух свои самые большие страхи. — Что будет? Как я смогу жить, зная, что мой сын там… с ними. Вдали от меня. Как?!

— Не будет такого, — уверяет Дарина. — Мать никогда не смогут разлучить со своим ребенком. Это противозаконно.

— Закон? — Я поджимаю губы. — Для них нет никаких преград. Им несложно отобрать у меня Али. Если захотят, сделают и это. А я…

— Так. Успокойся немедленно. Не надо так говорить. Слышишь? Все еще не известно.

Она успокаивающими жестами гладит меня по спине.

— Оставайся у меня, Лейла, — просит подруга. — Утро вечера мудренее. Завтра на свежую голову встанешь и подумаешь, что делать дальше. А я тебя во всем поддержку. Не оставлю одну. Обещаю. Не надо действовать на эмоциях, хорошо?

Я с благодарностью киваю, и мы еще долго так сидим, каждый думая о своем… О том, куда завела нас жизненная тропа. О том, как нелегок путь от неверия до осознания.

А уже утром, полностью собравшись и глубоко вдохнув, я настраиваюсь на нужную волну и иду к дверям, где меня встречает Дарина.

— Хочешь, я с тобой поеду, м? — спрашивает она.

— Нет. — Я прикрываю глаза. — Я сама.

Кладу ладонь на ее плечо и слегка улыбаюсь. Она и так поддержала меня вчера. А теперь мне срочно нужно увидеть сына и поговорить с мужем. Так просто я этого не оставлю. Он обязан меня выслушать.

Быстро доехав до дома, я выхожу из машины, но у входа меня вдруг останавливают.

— Бурак Османович приказал не впускать вас в дом, — ошарашивает своим признанием охранник.

— Что?! — возмущаюсь я, делая шаг вперед, но меня отодвигают, не давая ступить даже во двор. — Дайте мне пройти! Там мой ребенок!

— С сыном вам видеться запрещено, Лейла Ильхамовна. — Его слова бьют наотмашь. — Даже на метр подходить. Пожалуйста, покиньте территорию. Вы больше здесь не живете.