Глава 25

Мария

Никогда прежде я не чувствовала себя так беспомощно и противоречиво…

Жадно и грубо терзая мои губы, Руслан не давал мне сделать вдох и, сжимая в объятиях почти до боли, словно наказывал меня за что-то.

Одна часть меня ликовала и тянулась к нему, прижимаясь, кусаясь в ответ и постанывая в унисон. Плавясь в руках любимого мужчины, я теряла контроль, желая продолжения.

А гордость кричала, что так нельзя, что забыть измену не получится и у нас нет шансов наладить отношения. Нельзя прощать предательство, невозможно вернуть доверие и начать всё с нуля!

Не в силах остановить это дурманящее безумие, вырваться или оттолкнуть Руслана, я царапала ногтями его шею и затылок, но, похоже, эта боль распаляла его ещё больше.

Понимая, что друзья не примчатся сию секунду, а, возможно, и вовсе не смогут попасть в коттедж до самого вечера, я боялась, что муж не остановится лишь на поцелуях.

Одновременно боялась, но всё же ждала и хотела этого...

От желания, накопившегося за время разлуки и усиленного дичайшим притяжением, меня заметно трясло, волоски на теле вставали дыбом, а кожа покрывалась мурашками.

Задыхаясь от страсти и нехватки воздуха, мы прерывались лишь на мгновение, и, уткнувшись лбами, тяжело дышали. А потом снова судорожно искали губы друг друга, будто боясь не успеть.

К моему удивлению и разочарованию Руслан отстранился первым. Поставив руки на тумбу по обе стороны от моих бёдер, он опустил голову и, стиснув зубы, тяжело дышал.

— Какая же ты дрянь, — немного успокоившись, прошептал он сипло и, посмотрев исподлобья, выпрямился и, пригладив волосы, взъерошенные мной в порыве страсти, быстро вышел из кухни.

Вот так... Жестоко и больно… Отомстил так отомстил. Только за что?!

От обиды и жгучего желания по моим щекам потекли слёзы. Подняв плед, свалившийся с плеч во время недавнего безумства, я плотно укуталась и, закрыв лицо руками, тихо заплакала.

Нестерпимо захотелось домой, а ещё чего-нибудь выпить и... Чтобы меня никто не трогал, не искал, не расспрашивал, не пытался помочь, не лез с дурацкими советами.

Скорей всего, устраивая нашу встречу, друзья действительно хотели как лучше, но почти утихшие эмоции всколыхнуло с новой силой, и мне было невыносимо больно.

Теперь я видела, что всё напрасно, чувствовала, как Руслана раздражает моё присутствие, видела, как отстранённо он себя ведёт, с какой неприязнью смотрит. Своим напором и поцелуем, почти бывший муж как будто пытался проверить что-то или… например, поставить жирную точку.

Злясь на подруг, я мечтала наорать на Янку и Дашку, нагло обманувших меня, или парней, хитро заманивших Руслана на вечеринку. А возможно, все они просто пошли на поводу его желания. Кто знает…

Но, обвинив меня в подстроенной встрече, свою причастность к сговору Руслан отрицал. И жутко злился, что я подозревала именно его. Я это видела, чувствовала…

Сидя на тумбе, как птенец на насесте, я смотрела в одну точку невидящим взглядом и, кусая губы, всхлипывала и дрожала от медленно отступающего возбуждения и естественных реакций всё ещё продрогшего тела. Чай немного помог, но мне хотелось лечь в горячую ванну и…

Вернувшись, Руслан вошёл на кухню, а я вздрогнула и вскинула на него заплаканный взгляд.

— Как ты? — забрав бокал с недопитым чаем, спросил Руслан, а я пожала плечами и поморщилась.

— Неважно, — отозвалась осипшим голосом, имея в виду, что в том, как я себя чувствую, разницы нет, но Руслан воспринял мою фразу по-своему.

— Вижу, что неважно, — вздохнул он и, выпутывая меня из пледа, проворчал: — Надо бы согреться, иначе заболеешь.

— Я этим и занимаюсь, — огрызнулась я, не понимая, зачем он отбирает у меня единственный источник тепла.

— Так не пойдёт. Раздевайся, — скомандовал Руслан и, отойдя на пару шагов, стянул через голову свитер, рубашку и отшвырнул всё это в сторону.

Потом взялся за ремень и, расстегнув ширинку, решительно снял брюки вместе с бельём. Глядя на неожиданный стриптиз, я округлила глаза, гулко сглотнула и, с трудом отвернувшись, начала сползать с тумбы, придерживая спасительный плед.

— Не смешно, — пробурчала с укором, но мою попытку к бегству бесцеремонно пресекли.

— Маша, я вовсе не шучу, — отчеканил Руслан и, отобрав у меня плед, отшвырнул его подальше и настойчиво повторил: — Раздевайся, я нам сауну подготовил. Надо хорошенько прогреться и попариться.

— Иди первым, раз уже разделся, — фыркнув, невозмутимо произнесла я, но уловка не сработала.

— Не будь ребёнком. Мне некогда спорить и уговаривать, — прорычал муж и, протяжно вздохнув, пробормотал: — Хотя кому я это говорю… Давно пора привыкнуть, что ты всегда первым делом говоришь нет прежде, чем подумать.

Шагнув ближе, Руслан подхватил меня на руки и, прижав к себе, куда-то понёс. Мои возмущения и попытки высвободиться он стойко игнорировал. Хмурясь, глядел он строго перед собой и, стиснув зубы, возмущённо сопел, а на его скулах перекатывались желваки.

— Пусти! Куда ты меня тащишь? — вертя головой, верещала я, а когда мы начали спускаться на цокольный этаж, запаниковала не на шутку: — Руслан, я серьёзно! Ты сдурел?! Какая ещё сауна?!

— Самая обыкновенная сауна. Не дёргайся, — раздраженно процедил Руслан.

Спустившись по ступенькам, быстро пересёк просторный зал с бильярдным столом посредине и, толкнув ногой какую-то дверь, внёс меня в небольшую комнату, судя по всему, приспособленную под раздевалку.

Стены здесь были декорированы панелями из натурального дерева, в дальнем углу располагался небольшой диванчик, перед ним стоял стол, а в углу холодильник. У входа красовалась рогатая вешалка с двумя махровыми халатами, а на нескольких полках лежали стопки с чистыми полотенцами и простынями.

— Иди первый, а я потом, — понимая, что Руслан не шутит, произнесла я примирительным тоном, но этот упрямец усадил меня прямо на стол и начал раздевать.

— Маша, прекрати капризничать и спорить, — протяжно вздохнув, попросил он устало и, криво усмехнувшись, напомнил: — Чего я там не видел? Раздевайся…

— Мы чужие. Бывшие… Понимаешь? — прикрываясь руками, прорычала я, а Руслан вздрогнул и, склонившись вплотную, вынудил меня замереть.

— Через три дня Новый год, — буравя меня прищуренным взглядом, напомнил муж и, вздёрнув брови, отчеканил: — Надо согреться. Хочешь встретить праздники с соплями по колено?

— Мало ли чего я хочу, — шмыгнув носом, едва слышно отозвалась я и, с трудом сдерживая слёзы, прошептала: — Чёрт с ней, с простудой. Слышишь? Не хочу быть одна. Понимаешь? Никогда бы не подумала, что этот Новый год мы…

— Ш-ш-ш, тихо, Маша. Ты только не плачь, — перебив, сбивчиво прошептал Руслан и, посмотрев на мои губы, хрипло пообещал: — Одна ты не останешься. Я не допущу…