6 глава. Встреча

-Зайдешь? - спрашиваю Зайца.

-Нет-нет, ты что! Я... Лучше здесь посижу, - естественно, сливается он.

Причина мне известна и понятна.

Бабулю не каждый может... Как бы это правильно сказать... Выдержать? Перенести? Правильно понять?

А если уж она кого-то невзлюбила! Всё! Суши весла. Зайца она невзлюбила, поэтому его желание встречаться с моей бабулей, как можно реже, мне понятно.

-Пойдем, Нео, - открываю ей дверцу и протягиваю руку.

Она стала ещё красивее. Как говорит бабуля: "Дети растут, мужики стареют, одни мы - красавицы".

Она - красавица. Лицо, волосы, руки... Фигуры под курткой, правда, не разглядеть, но я уверен, что и там у неё все прекрасно. Ухоженная, нежная...

Только грустная, что в такой ситуации неудивительно. Но с моей бабулей это ненадолго. Что-что, а с нею точно не соскучишься и не загрустишь.

С удивлением на лице протягивает мне свои пальчики. Выражение лица такое, как будто ей никто и никогда не подавал руки, помогая выйти из машины.

И я беру. Нет, слава Богу, вспышек там всяких и электрических разрядов от прикосновения не случается. И в жар не бросает. Хоть я и думал, что нечто подобное обязательно должно случиться.

Но... Что-то такое... Словно поскользнулся и вот-вот треснешься на землю... случается. На мгновение как будто торкает куда-то в солнечное сплетение. Секунда.

И снова всё нормально.

Это всё потому, что я иногда вспоминал её.

И даже бывало думал, что было бы, если бы тогда в далеком детстве, нас не разлучили....

Потому что потом ничего хорошего у меня так и не случилось. Жизнь прошла, а вспомнить нечего.

Хорошо, что Изабелла умотала на юга. Не хотелось бы, чтобы Нео с ней здесь встретилась.

Поднимаемся на крыльцо.

-Дом не узнаю совсем, - осматривается она. - Где балкончики? Где лепнина?

-Отреставрировал. Давно уже. Когда только в город вернулся. Оно там всё на честно слове держалось. Проще было убрать, чем ремонтировать.

-И бабуля позволила?

-Трижды имитировала сердечный приступ, но в итоге... Сама видишь. Так. Сейчас заходим и сразу направо. В доме темно, значит, все спят.

Там, внутри, главное, преодолеть общую прихожую. А дальше дом разделяется на две условные части. Направо - моя. Без стука туда уже давно никто не входит. Налево - бабулина, где она обитает с хахалем. А прямо - общие помещения, куда обычно мы заселяем гостей.

Нео - не гость. Она - своя. И я хочу её поселить у себя.

Заходим, не дыша и не включая свет.

Переговариваясь шепотом, разуваемся возле двери.

Подсвечиваю ей фонариком на телефоне, чтобы не споткнулась ненароком - хахаль любит бросать свои многочисленные тапочки где попало.

И в это мгновение из глубины комнаты раздаётся характерный щелчок взводимого курка.

По спине идет холодок. Руки автоматически дергаются вверх, прочерчивая светом фонарика замысловатые светотени на стенах.

-Кто? - басит бабуля, пытаясь сымитировать мужской голос. - Наши все дома. Чужим здесь не рады.

-Ба, ты что? Это же я, Лев! - опускаю руки. Но осторожно. Мало ли, вдруг она забыла слуховой аппарат надеть? - Не бойся, Нео, в ружье нет патронов. Я давно уже вытащил.

-Ахаха! Ошибаешься! Дурошлëп купил. Вчера посылала, - загробным голосом сообщает бабуля.

-Анна Вениаминовна, здравствуйте! - вдруг вступает в разговор Нео.

-Кто это? - настораживается старушка. - Голос не узнаю. Надеюсь, Изку из санатория ещё не выперли за недостойное поведение?

О, бабуля! Вот только не надо про Изабеллу сейчас!

-Ба, я сейчас свет включу. Ты ружьё опустила?

-Изку, говорю, из санатория не выпустили? - повторяет она. - Если это она, я стрелять буду!

Глаза привыкли к темноте, и я вижу, как она одной рукой пытается поправить свой слуховой аппарат, видимо, в спешке как попало засунутый в ухо.

-Бабуль, повторяю второй раз... Можно я свет включу?

-Мне второй раз повторять не надо, - перебивает она, видимо, справившись с аппаратом. - Мне с первого по хрен!

Включаю свет.

Слышу, как рядом издаёт странный звук Нео. То ли смешок, то ли что другое.

Да, картина эпичная, я в курсе.

Бабуля стоит в дверном проёме, широко расставив ноги. В руках отцовское ружьё, направленное на нас.

Одета в длинную, до пят, кружевную ночную сорочку. На голове сетка, удерживающая несколько крупных красных бигуди, на которые намотаны пряди её сиреневатых волос.

На носу - огромные окуляры в роговой оправе, перемотанные скотчем посередине. Так-то, днём, она носит красивые новые очки, а по ночам, чтобы ненароком не разбить хорошие, надевает эти, если вдруг надо встать.

-Всем хрен, а нам два! - вдруг выдает бабуля свою любимую фразу. - Наконец-то, Лев бабу привел! А-то я уж думала, мой единственный внук гомосеком вырос! С женой не спит... Баб не водит...

Бля-я-ять! Я так надеялся, что удастся завести Нео по-тихому к себе и уложить спать. А утром, сменившись пораньше, успеть дать ЦУ хахалю и бабуле! А нет. План не удался...

-Заходи, сударыня, будем чай пить, - повернув голову в сторону своей спальни, бабуля кричит командирским громовым голосом. - Дурошлëп, вставай, к нам гости!

-Дурошлëп, это кто? - шепчет, улабаясь, Нео, практически прикасаясь к моему уху губами.

И вот тут, под дулом отцовского ружья, которое бабуля так и не удосужилась опустить, поздней ночью, после тяжкого дня и нашей неожиданной встречи, я вдруг понимаю, что да, оно все-таки есть! И электричество, и разряд, и мурашки...

И нет, я, конечно, не строю никаких планов, но... Просто так я её отсюда не отпущу!