Глава 8

Вечером Адам возвращается поздно, возможно, это и к лучшему. Дочь уже спокойно спит, и нашему разговору никто не помешает. Мужчину я нахожу в кабинете. Он сосредоточенно просматривает что-то в ноутбуке, но моё появление всё равно не остаётся незамеченным. – Проходи, Ева, раз пришла. – Я хочу поговорить с вами. Морщится от моего обращения, но не поправляет. – Говори. Достаю злополучную коробочку и кладу на стол по центру. – Я готова принять ваше предложение, только у меня есть условия. Кивает, чтобы продолжала. Делаю глубокий вдох, набираясь смелости. До сих пор не верю, что решилась пойти на это. – Вы поможете мне развестись с Максом, лишить его всего. Хочу, чтобы он сам оказался на улице с пустыми руками. Без помощи и поддержки. – В этом наши интересы сходятся. – Пуговка будет записана на вас. Не хочу, чтобы Максим был её отцом даже на бумагах. – Что ещё? – Мы заключим брачный контракт, если я захочу развестись, дочь останется со мной, а вы при любом раскладе не оставите её без поддержки. В глазах Адама появляется недобрый блеск. – Наверное, я должен буду и тебе помогать? – Нет. Мне ничего от вас не надо, только помощь Пелагее. – Хорошо, Ева, только, несмотря на выдвинутые тобой условия, наш брак всё равно будет настоящим. И продлится он не меньше пяти лет. Соглашаюсь. Не знаю, какой у Адама план, но я была готова к тому, что он установит сроки нашего брака. Пять лет – немного. За это время я должна успеть встать на ноги, подготовиться к уходу. – Завтра начнут готовить наш договор, а также документы для развода. Ева, мой брат так просто тебя не отпустит, слишком многое стоит на кону, поэтому тебе не стоит куда-либо выбираться без предупреждения. К Максу ездить одной – тем более. Утром мы съездим за вашими вещами и документами. – Хорошо. Я могу идти? – Это теперь и твой дом. Киваю и уже готова удрать в нашу с Пуговкой комнату, но мужской голос останавливает меня около двери. – И, Ева, прекращай мне выкать, ты скоро станешь моей женой. Во всех смыслах. От последнего уточнения заливаюсь краской вся, от кончиков волос до каждого ноготка на пальцах ног. Не произнеся ни слова, сбегаю в уже ставшую нашей с Пуговкой комнату и трусливо запираю дверь на замок. Будто Адам прямо сейчас может ворваться внутрь и потребовать с меня супружеский долг. А ночью меня преследуют странные сны. Вражда двух братьев. Жестокая, кровавая, которая приводит к гибели. Моей. Просыпаюсь резко, в холодном поту. С ужасной одышкой, словно всю ночь убегала, только не помню, от кого именно. От младшего брата или старшего? А может, от них двоих. Прижимаю к себе дочь, вдыхаю сладкий аромат своей малышки. Успокаиваюсь. Дыхание выравнивается, и я снова засыпаю, в этот раз без сновидений, до самого утра. Завтракаем с Пуговкой вдвоём. С одной стороны, радуюсь, потому что без внимания серых глаз гораздо спокойнее, но с другой – переживаю, что так и не получится сегодня забрать вещи из квартиры. – Адам Викторович просил передать, что через час приедет. Ему ночью срочно пришлось уехать. – Он часто уезжает ночью? – вопрос вырывается сам. Тут же жалею о своей несдержанности, но Катя не придаёт моему вопросу столько значения, сколько я. Оглядывается, будто кто-то может подслушать, и доверительным шёпотом отвечает: – Адам Викторович вообще очень много работает. Иногда мне кажется, что он вовсе не человек. Тут же хихикает над своими словами, а её щёки становятся румяными. Улыбаюсь девушке. Мне нравится её непосредственность и простота. С ней комфортно. И впервые задумываюсь, что я не против иметь такую подругу. – Ещё такой серьёзный всегда. Перво е время я не могла к нему привыкнуть. Боялась не то что разговаривать, но даж е смотреть на него . А потом привыкла. Да и поможет во всём . У моих родителей машина сломалась, хотела кредит брать под бешеный процент, он, когда узнал, от кредита отговорил и без всяких дополнительных условий одолжил денег. – А его брата знаешь? – Видела несколько раз. Мерзкий человек. В отсутствие Адама несколько раз сюда своих женщин привозил. Будто своего жилья нет. – Есть, – горько усмехаюсь, – только проблемное: к квартире жена и маленькая дочка прилагаются. – Ой! – Катя поздно спохватывается, что сболтнула лишнего, – это твой муж, да? Прости, пожалуйста, я это… Случайно. – Всё в порядке, Кать, – успокаиваю девушку. Сама при этом пытаюсь понять, почему так долго не видела истинную сущность Макса. От греха подальше Катя убегает заниматься своими делами, а я собираюсь, чтобы к приезду Адама быть готовой, и он не ждал меня. И всё равно опаздываю. Когда спускаюсь, мужчина уже ждёт меня . – Готова? Мотаю головой. Разве можно к такому быть готовой? Я безумно боюсь реакции мужа. Его злости. – Я Катю попросила присмотреть за Пуговкой, ты не против? Вдруг он не хочет, чтобы его сотрудников отвлекали от работы. – Так и правда будет лучше. Поехали, Ева, и не бойся. Тебя никто в обиду не даст. Смотрю в серые глаза и верю: Макс не посмеет меня обидеть.