Глава 8

Год спустя

— Ты мог бы и не ходить, — Марина недовольно надула свои красивые, пухлые губы.

— Не мог бы, — коротко ответил Алексей, завязывая галстук перед зеркалом, — у сестры юбилей, я не могу это пропустить. Сама понимаешь, круглая дата.

Она недовольно цыкнула и перекатилась на другой бок, повернувшись спиной к нему, а лицом к панорамным окнам с видом на море:

— Ну и иди, раз так хочешь.

— Я ненадолго. Поздравлю сестру, пообщаюсь с родней…а вечером, мы отправимся в твой любимый ресторан, — опустившись одним коленом на кровать он приник губами к мягкой женской коже. Как она пахла, мммм…Теплом, любовью и земляникой. Он был готов дышать ей круглые сутки.

— Ловлю на слове, — буркнула Марина, отпихивая его от себя.

— Ладно тебе, не злись, — не удержавшись, хлопнул ее по упругой ягодице – слишком хороша, чтобы держать руки при себе, — я скоро вернусь.

К огромному сожалению Жданова, отношения между Мариной и его семьей не задались. Что мать с отцом, что сестра напрочь отказались не то, что принимать новую жену, но и даже просто нормально познакомиться, лишая шанса наладить хоть какой-то контакт.

Поначалу он отчаянно пытался это исправить. Пытался достучаться до родных, проявивших неуместное упрямство, ругался с ними, особенно после того, как Марина горько рыдала на его плече и жаловалась на то, что они ее не любят.

Пытался даже хитростью действовать. Приглашал родителей якобы на безобидный ужин на троих, в надежде, что, когда они придут и увидят, что он все-таки привел с собой Марину – деваться уже будет некуда. Однако они просто не пришли, да еще и письмо прислали, чтобы больше не смел так делать.

Олеся и вовсе была груба в выражениях и сказала, прямо в присутствии Марины:

— Чтобы духу этой прошмандовки не было на пороге моего дома. Появится – пусть пеняет на себя, все космы повыдергиваю.

Они тогда так сильно разругали, что не общались почти полгода.

Почему-то все они были не на стороне собственного сына, брата, а на стороне его бывшей жены. Не хотели ни понимать, ни принимать.

Это ранило. Хотя Жданов и оставил попытки примирить Марину с родственниками, и вообще делал вид, что все у него под контролем, раздражение нет-нет, да и давало о себе знать.

Он, что не заслуживает счастья и нормального отношения? Или свет клином на Ленке сошелся? Почему бывшая жена осталась в глазах семьи чуть ли не божеством, а нежная хрупкая Марина превратилась в изгоя.

Было очень обидно за свою девочку, поэтому он избегал лишних встреч с родственниками, не хотел, чтобы она чувствовала себя брошенной.

Но юбилей и правда нельзя пропускать. Года шли, здоровья не прибавлялось, и каждый раз такие даты становились рубежом, на котором хотелось остановиться и что-то переосмыслить.

Пообещав Марине, что задерживаться не будет, он отправился в цветочный магазин и купил огромный букет любимых Олеськиных кремовых роз. Потом поехал к сестре.

К сожалению, самый близкий путь проходил мимо его бывшего дома.

До сих пор одного взгляда на темную крышу, выглядывающую из-за высокого забора, хватало, чтобы разозлиться. Там теперь был гостевой комплекс для отдыхающих, и от одной мысли, что его дом стал чужой собственностью, и что теперь там хозяйничает кто-то другой, Алексея начинало трясти.

Он ведь сам был готов купить его. Психанул, позвонил Лене, мол так и так, снимай с продажи, я его забираю. А бывшая жена включила суку и назвала цену на десятку выше. Он тогда знатно офигел, разозлился, разорался, потому что вообще рассчитывал, что ему она дом отдаст дешевле, чем остальным. Он ведь тоже принимал участие в его создании. Но как бы ни так! Не уступила ни копейки! Наоборот, с каждым его звонком, цена поднималась и быстро дошла до полуторного размера по сравнению с тем, что в объявлении.

Жданову тогда шлея под хвост попала. Захотело во что бы то ни стало перекупить свой дом обратно, поэтому извернулся, нашел денег, но, когда позвонил, чтобы сообщить от этом Елене, выяснилось, что дом уже продан. Она сделала это! Легко и без сожалений рассталась с их прошлым, которое было неплохим! Перечеркнула все те года, что провели в месте и светлую память об этом времени, и уехала. А Дашка, в силу неопытности и юношеского максимализма не захотела включать голову и последовала за ней, даже не попрощавшись с отцом.

Он тогда оскорбился. Сильно и от души. И решил, раз не хотят общаться – значит так тому и быть. Думают, бегать за ними будет? Как бы не так! Он пытался сделать по-человечески, и, если они этого не поняли и не оценили – что ж, тем хуже для них самих. Он больше ни навязываться, ни пытаться что-то там наладить не станет. В конце концов он тоже человек и имеет право на счастье. Не его вина, что Марина сделала его более счастливым, чем прежняя семья.

Столь знаменательную дату сестра решила отмечать дома. Но это были не скромные посиделки за одним столом. Совершенно нет!

В саду и возле бассейна были расставлены воздушные беседки и красиво сервированные столы. Играла музыка, на заднем дворе приглашенный повар готовил шашлыки и стейки. Даже официантов и тех Олеся пригласила, чтобы праздник был максимально комфортным.

Гостей было море. И друзья, и коллеги, и общие знакомые и родственники.

…И почему-то Жданову казалось, что все они смотрели на него настороженно и с любопытством, будто ждали чего-то. И только зайдя в прохладный холл дома в поисках именинницы, он понял в чем дело.

Его бывшая жена тоже приехала на юбилей.

Он заметил Лену сразу, как только переступил порог гостиной.

Она была в серо-розовом костюме, на шпильках, в окружении прежних подруг, среди которых была и его сестра.

Если честно, Алексей немного оробел. Не виделся с Ленкой уже год, не созванивался и вообще не поддерживал никаких контактов, оскорбленный ее поступком с домом. И сейчас вдруг понял, что понятия не имеет как вести себя с бывшей женой. Наверное, надо поздороваться? Что-то сказать? Она ведь ответит! Опять включит стерву и будет клевать мозг за то, что развелись. Чокнутая баба! Давно в покое пора оставить и его, и всю ту ситуацию с Мариной, а она все никак не уймется. Будто не понимает, как жалко выглядят ее потуги быть остроумной в глазах окружающих.

Жданов завелся. Внутри все вытянулась в струну от ожидания скандала, но отступать он не собирался. Поэтому перехватил свой букет поудобнее, выставил его перед собой как щит и пошел в бой.

— Всем привет! — произнес, постаравшись придать голосу максимальную уверенность и в то же время веселость, чтобы показать, что у него все отлично, и появление бывшей жены вообще никак и никоим образом его не затронуло.

— О, а вот и мой дорогой брат, — сказала Олеся.

А Лена…

Лена просто поздоровалась и снова вернулась к подругам, будто разговор с ними оказался интереснее, чем бывший муж.

Почему-то Алексея это разозлило.

Даже тут она умудрилась его обломать! Он уже подготовился отражать ее атаки, а она просто проигнорировала его. Отнеслась как к чужому маловажному персонажу.

Стерва!

Тем временем Олеся приняла цветы от брата:

— Спасибо.

Растерявшись от такого приема, он как-то невнятно пожелал удачи, любви и здоровья. Вообще-то речь должна была быть совсем другой, он по дороге очень даже складные слова придумал, но стоило увидеть Ленку и тут же все посыпалось. Вместо оригинального поздравления выдал какую-то бездарную банальщину.

Сестра конечно же не могла этого не заметить:

— Да-да, я уже в том возрасте, когда мне надо желать здоровья. А что поделать…Спасибо брат.

— Ты же знаешь, я не очень красноречив, — отмахнулся он, делая вид, что его ничуть не затронула ее ирония, — красивый праздник.

— Спасибо, я старалась. У тебя-то как дела? Давно не виделись.

Чуть было не ляпнул: а по чьей вине? Он-то был готов к общению, но при условии, что примут вместе с Мариной, это они продолжали отталкивать его новую избранницу.

Зато с Ленкой вон как сюсюкались. Прямо куда деваться, подруги, мать его.

Смолчал – все-таки у сестры праздник, не хотелось ругаться. Вместо этого пожал плечами и беспечно произнес:

— Все отлично. С Маришкой отдыхать ездили. Так прекрасно провели время – словами не передать. Отель, питание, экскурсионная программа – все на высоте.

Да, ему очень хотелось похвастаться тем, что у них с Мариной все хорошо. Хотелось, чтобы все вокруг в полной мере прочувствовали, как он счастлив со своей новой женщиной. Чтобы они поняли, как ему повезло!

— Ну и здорово, — сказала Олеся и на этом все. Ни расспросов, где именно отдыхали и какой отель. Ни завистливого «вот бы тоже съездить». Ничего.

А Ленка так и вовсе склонилась к подругам и что-то рассказывала, понизив голос так, что со стороны ничего не возможно было расслышать, и Олеся, явно боясь пропустить что-то стоящее, тут же поспешила присоединиться к ним.

Жданова перекосило от того, что родной сестре были интереснее россказни его бывшей чем он сам, но вида не подал. Благо на горизонте появился кто-то из знакомых, и можно было притвориться, что он крайне раз встрече.

Завязалась беседа, и Алексей всеми силами изображал из себя успешного, довольного жизнью, преуспевающего мужчину. Кажется, даже смеялся громче прежнего, чтобы уж все наверняка поняли какой он офигенный и как у него все здорово, но взгляд сам возвращался к Ленке.

Жданов хотел поймать момент, когда ей надоест строить из себя холодную суку, и она начнет исподтишка подглядывать за ним.

Однако время шло, а бывшая жена так ни разу и не обернулась. Вместо этого продолжала как ни в чем не бывало общаться с Олесей и остальными, смеялась и, кажется, вообще не испытывала никакого дискомфорта, ни от присутствия бывшего мужа, ни от того, что другие гости с любопытством за ними наблюдали.

Самая настоящая стерва!

Алексей злился все сильнее. Вспомнил дом, который она так ему и не продала, как увезла Дашку вместо того, чтобы постараться нормально все объяснить дочери и сгладить конфликт, и закипал все сильнее. Даже то, что за год ни разу не позвонила и просто не поинтересовалась, как дела – ведь не чужие люди – и то вызывало раздражение.

А еще бесило, что она не выглядела, как типичная разведенка ее возраста. Не было ни потухшего взгляда, ни уныло опущенных плеч. Наоборот, бывшая жена похорошела, как будто развод благоприятно сказался на ее жизни. Поменяла стрижку на более короткую и современную, и не то, чтобы похудела – с лишим весом у нее никогда не было проблем – но как-то подтянулась что ли.

Самое неприятное, что это замечали другие. Только в его присутствии трое сделали комплименты, а одна пожилая дура и вовсе ляпнула:

— Свобода пошла тебе на пользу, Леночка. Ты прямо расцвела. Так держать!

В этот момент Жданову было отчаянно жаль, что не смог привести с собой Марину. Тогда бы ни у кого не осталось вопросов, кто на самом деле цвел!

Однако это были еще не все потрясения на этот день. Чуть позже выяснилось, что Даша тоже приехала на Олесин юбилей. Просто Алексей был так занят гневным наблюдением за женой, порхающей между гостей, что упустил из виду тот факт, что дочь тоже могла оказаться в этом месте.

Когда увидел ее – растерялся. И обрадовался. А еще ощутил что-то странное, как будто заломило за ребрами, забилось в мучительной агонии и отдалось тягучим болезненным эхо в каждой клеточке.

Соскучился. Дочь он всегда любил, и от того было особенно обидно, когда она уехала, даже не попытавшись его понять. Просто отвернулась, сделав выбор в пользу матери, а его, как отрезанный ломоть, оставила за бортом.

Разве так дочери поступают? Да, он развелся с Еленой, что поделать. В жизни взрослых бывают разные перипетии и не всегда удается пройти весь жизненный путь рука об руку. Иногда происходит что-то, что переворачивает привычное существование с ног на голову. В его случае это была встреча с Мариной. Да, возможно, он где-то поступил неправильно и некрасиво. Например, зря отдался страсти прямо в родном доме, но у него было оправдание.

Любовь!

Разве не она – та самая великая сила, ради которой совершаются подвиги и творится большинство ошибок в этом мире?

Вот и он совершил ошибку. Поторопился. Допустил оплошность.

Ведь если бы в тот вечер жена с дочерью не застали бы его верхом на Марине, увидев все своими глазами, то ситуация могла развернуться совершенно иным образом.

Они бы чинно-мирно развелись, без скандалов и истерик. Дарья бы не стала смотреть на него, как врага, и смогла бы выслушать. Возможно, ей с Мариной удалось бы сохранить хорошие отношения, а Лена бы не стала продавать дом.

Слишком много «бы». Он это понимал, и вины своей не отрицал. Произошедшее стало платой за его поспешность… Но это ведь не значит, что он не имел права общаться с дочерью? Конечно, имел! Поэтому Жданов решительным шагом направился в Дарье, которая стояла к нему спиной и, не замечая приближения дорогого родителя, неспешно потягивала лимонад из высокого бокала, а заодно что-то смотрела в телефоне.

Алексей не хотел привлекать к ним лишнее внимание гостей, как-то акцентировать внимание на их напряженном расставании, поэтому решил, что лучший выход – это подойти и заговорить с дочерью так, будто ничего не произошло. А что? Они цивилизованные люди, встретились после долгого расставания, так почему бы не пообщаться нормально? Тем более не чужие, да и она, наверняка, тоже соскучилась.

— Здравствуй, дочь. Как дела?

Она сначала замерла, потом медленно обернулась, бросила через плечо недоверчивый взгляд, как будто вообще не ожидала встретить его тут, и спросила:

— С какой целью интересуешься?

Он опешил от такого приема. Год не виделись и столько неприкрытого холода! Глаза-то какие! Как будто на чужого человека смотрела!

Лена, зараза! Не иначе как ее рук дело!

— Просто решил подойти, пообщаться, — пытаясь справиться с волнением, Алексей заправил руки в карманы брюк. Почему-то ему казалось, что так он выглядит если уж не брутальнее, то однозначно раскованнее и увереннее в себе.

— Не стоило, — сказала дочь и отвернулась.

Что у них за манера поворачиваться к нему спиной?! Оставлять его позади, будто он какой-то левый мужик.

А мимо как раз прошли две клуши из Олесиного окружения. Увидели его с дочерью и тут же зашушукались между собой, жадно перетирая подробности.

— Ты ведешь себя неприлично, — сквозь зубы процедил он.

На спокойное и, что самое главное, абсолютно справедливое замечание, Дарья отреагировала очередной колкостью.

— Ну так оставь меня в покое.

Жданов не понимал, куда делась его ласковая девочка, которая всегда считала, что круче папки никого нет. Будто подменили.

Стало очень неприятно. Чтобы ни произошло между ним и Еленой, дочь обязана всегда проявлять уважение к своему родителю! Не его вина, что она не смогла понять и предпочла уехать с матерью!

— Как ты разговариваешь с отцом?

— Никак. Он сам ко мне пристал, — с этими словами она поставила на поднос пустой стакан из-под лимонада и ушла, оставив Алексея полыхать от гнева.

Совсем от рук отбилась! Чем Ленка вообще занимается, раз до такой степени распустила дочь?

Такое поведение дочери недопустимо, и если выяснится, что Лена этому потакает, то он за себя не ручается! Все выскажет! Молчать не станет!

Решив раз и навсегда разобраться с этой пренеприятнейшей ситуацией, Алексей отправился на поиски жены, с твердым намерением серьезно поговорить.

Однако Лена была занята. Вместе с подругами дегустировала новый десерт, попутно смеялась над шутками какого-то стареющего дятла и не собиралась откладывать эти никчемные занятия ради разговора с бывшем мужем.

Как будто нарочно время тянула, выставляя его идиотом в глазах окружающих. И когда Жданов уже был готов взорваться и за руку утащить ее в какое-нибудь укромное место, она наконец отставила в сторону пустую тарелочку и обернулась к нему:

— Я тебя внимательно слушаю, Алексей.

Прозвучало так чопорно и отстраненно, что снова начало ломить зубы. Прежняя Лена была другой, а эта…эта – стерва! Самая натуральная.

— Только давай без скандалов, — он сразу поставил ее на место.

— Я никогда не скандалю с посторонними, ты же знаешь, — спокойно сказала она и улыбнулась.

И в этой улыбке не было и намека на прежнее тепло и открытость. Так смотрят на случайного прохожего, или на человека, с которым оказался в одной очереди за молоком. На того, о ком забудут, стоит только отвернуться.

В этот момент Жданов абсолютно четко понял, что теперь он и правда для нее посторонний. И почему-то осознание этого пребольно кольнуло куда-то в межреберье.

Это было так…так…неправильно! Прожить двадцать лет вместе, а потом просто взять и вот так вычеркнуть человека из жизни. Да, обидел. Да, поступил где-то некрасиво, но он же не со зла! К тому же он извинялся и не раз, признавал свои ошибки и некрасивые поступки, но Лене, кажется, было плевать.

— Давай прогуляемся в саду, — внезапно осипшим голосом предложил он.

Она подозрительно посмотрела на окно, за которым ласково припекало солнышко, потом на Жданова, потом снова на окно, словно оценивала «а стоит ли», но в итоге все-таки согласилась:

— Ну пойдем.

Пока добрались до крыльца, Алексей шел так, будто швабру проглотил, и конец палки уже выглядывал из выхлопного отверстия, зато Лена спокойно здоровалась с теми, кто шел навстречу, улыбалась и вообще вела себя так, как будто все в полном порядке.

Дашка, увидев их вместе, нахмурилась и спросила:

— Мам, все в порядке? — как будто опасалась, что драгоценная матушка попала в дурную компанию и нуждается в помощи.

— Все отлично, милая.

Жданов снова испытал приступ глухого раздражения от того, что напрочь перестал понимать этих двух женщин. Есть такая фраза «человек, как открытая книга». Так вот дочь и бывшая жена стали для него самыми что ни на есть закрытыми книгами! Просто гримуарами, запертыми на замок от посторонних.

Они вышли за дом, по узкой дорожке добрались до старинного сада, в котором как специально не оказалось ни души.

— Дальше не пойдем, — сказала Лена, останавливаясь в тени раскидистой яблони, — ты хотел поговорить? Говори.

Он кашлянул и строго произнес:

— Речь пойдет о Даше.

— А что с ней? — темные глаза бывшей жены предупреждающе блеснули, но Жданов проигнорировал этот блеск.

— Она ведет себя неподобающим образом!

Лена озадаченно почесала бровь, а потом спросила:

— Устроила стриптиз на столе?

— Что?! Нет, конечно…

— Напилась до поросячьего визга и пошла таскать за волосы проституток?

— Нет, но…

— А может, устроила конкурс матерных частушек в местной филармонии?

— Она разговаривала со мной как последняя хамка! — рявкнул он.

— Но ведь разговаривала, — усмехнулась бывшая, — … хотя и не собиралась.

— Тебе кажется это смешным? Дочь относится к отцу, как к какому-то проходимцу, а ты забавляешься?

Его негодованию просто не было предела, а Лена тяжко вздохнула и спросила уставшим голосом:

— Леш, скажи честно, чего ты от меня хочешь?

— Чего я хочу? Нормального отношения! Не скотского!

— Боюсь, что мне вообще никакого отношения к тебе не хочется иметь. У тебя для этого есть новая жена.

Вот! Вот оно! Снова упреки!

Жданов моментально завелся:

— Сколько еще раз мне еще надо повторить, что это любовь?! Она же не спрашивает, когда придти, просто приходит, занимает свое место в сердце, перечеркивая все остальное.

— Лешенька, — мягко улыбнулась стерва-бывшая-жена, — я тебе открою страшный секрет. Ненависть с равнодушием поступают точно так же. Приходят, занимают свое место и запросто перечеркивают все, что угодно. Вот скажи честно, ты счастлив со своей мартышкой?

— Больше, чем когда-либо! — тут же выпалил он.

— Так живи и радуйся. А нас оставь в покое. Договорились?

— Мы еще не обсудили, что делать с Дашиным поведением!

— У меня такое чувство, что ты просто никак не наговоришься на эту тему, — холодно отреагировала она, — давай как-нибудь сам, ладно? Без меня. Найди себе другого собеседника и наслаждайся.

С этими словами она снисходительно похлопала его по плечу и ушла, отбивая звонкую дробь каблуками.

Стерва!

К гостям он не вернулся, потому что стоило только выйти из сада, как снова в него полетели любопытные взгляды, а за спиной начало раздаваться шушуканье.

Да пошли они все!

Сестру поздравил, отметился, можно сваливать, все равно ему здесь не нравилось и было нечего делать.

Он ушел, не прощаясь. Поехал домой, и там на вопрос Марины «как все прошло?», коротко ответил «скучно».

Марина очень ревниво относилась к любым упоминаниям его бывшей семьи. При чем не важно о ком заходила речь – о Лене или о Даше – она злилась одинаково. Поэтому он не стал рассказывать о том, что повстречался с ними у сестры. Незачем прошлому омрачать безмятежное настоящее.

Только ночью почему-то никак не мог заснуть. Лежал, уставившись в потолок и, против воли думал об этом самом прошлом, не в силах совладать с болезненными спазмами в груди.