Глава 15. Хоть какой-то план

Как такое возможно? Отец не мог продать дом, он же знает, что я здесь, сам же и отослал. И дедушка, как назло, задерживается.

— Позволите? — протягиваю руку к документу, чтобы прочитать его и изучить.

— Конечно, бумага всё равно защищена магией, — ухмыляется Орин.

— Мне и в голову не приходило рвать документы, — поджимаю я губы.

Принимаю в руки бумагу и вчитываюсь. Всё так. И, судя по нашей печати, знакомой подписи отца, он и вправду отдал усадьбу и немного прилежащих земель за то, что Орин погасил его долг. Вот же… И никакой лазейки, всё составлено верно, даже заверено третьей стороной. Дедушка, скорее всего, просто не в курсе.

Беру свои слова обратно. Мне хочется разорвать эту бумажку, зря Орин подкинул идею. Но понимаю, что это ничем не поможет.

— По закону у нас есть пять дней, чтобы собраться, — сквозь зубы говорю я, возвращая документ.

— Что я, зверь какой? — поднимает брови Орин, убирая бумагу за пазуху. — Куда вы поедете? Я же знаю, что в столице вам не рады, а больше-то и некуда. Предлагаю договориться.

Холод пробирается под плащ, меня пробирает озноб. А может быть, не от холода, а от слов Орина. Что он хочет? Скрещиваю на груди руки и терпеливо жду, что он дальше скажет. Не очень рассчитываю на шанс, но если он есть…

— Попросите этого подозрительного человека уйти, его пристальный взгляд раздражает, — кивает Фарро на Эда.

— Я не вправе ему приказывать, — не могу сдержать я тонкой улыбки. Впервые радуюсь, что со мной поехал именно Эд. Орин вынужден вести себя прилично.

— Хорошо. Я предлагаю нам пережить эту зиму вместе. Я позабочусь о вашем содержании, полностью возьму его на себя, — он оглядывает дом и брезгливо кривит губы. — Ремонтом займусь, найму больше слуг. У вас подъезд не чищен.

— Жить вместе с вами? — я тоже не скрываю брезгливости.

— А что? Вы свободная женщина, а я свободный мужчина. Вам нужно утешение, а мне нужно, чтобы кто-то вечерами грел… моё сердце, — на последних словах он запинается, кинув быстрый взгляд на Эда.

— Убирайтесь вон, — твёрдо говорю я.

— Я понимаю, у вас не было шанса узнать меня получше, и вы допускаете ошибку, даже не подумав, — настаивает Орин.

Он делает шаг ближе, и делает жест, с каким обычно целуют даме руку. Только вот руку я не даю, вовремя шагнув назад. Орин досадливо сжимает ладонь в кулак.

— Леди, — низким голосом говорит он, глядя в глаза. — Мы можем помочь друг другу. Я — тот, кто вам нужен.

— Сомневаюсь, — отрезаю я. — Уезжайте. Через пять дней я освобожу дом.

— Через три, — ухмыляется Орин. — Моё предложение в силе.

Он напоследок проходится взглядом по моему телу, словно что-то может разглядеть под плащом, разворачивается на каблуках и возвращается в карету. Хорошо, что не стал настаивать и рваться в дом.

Только когда карета отъезжает достаточно далеко, я выдыхаю и возвращаюсь. Сделав пару шагов, оглядываюсь.

— Эд, ты идёшь? — спрашиваю я мужчину, который всё ещё смотрит вслед карете.

Он не реагирует, словно погружён в свои мысли и не слышит. Пожимаю плечами и продолжаю путь. Вскоре позади слышится скрип шагов по снегу.

— По закону вы можете оставить дом, если выплатите ему всю сумму. Сколько там было? Пятьсот золотых?

— Правда? — в сердце вспыхивает надежда. — Почему ты сразу не сказал?

— Не хотел вмешиваться. Да и денег у вас нет, как я понял.

— Я найду, — сжимаю кулаки и решительно смотрю на Эда. — Мне нужно в город. Нужно успеть доехать и вернуться за три дня. Ты же поможешь мне?

— Что вы собрались делать? — скептически смотрит на меня он.

— Продам вышивку, все украшения и лишние платья, что привезла.

— Их немного, — фыркает Эд.

Даже не спорю. Я и обжиться не успела, и карету нагружать не хотелось. Поэтому взяла даже не всё. Как выяснилось, нужно было брать побольше монет и заставить Рэйнгарда выписать чек. Но я в тот момент вообще об этом не думала.

— В банке дают кредиты, — заканчиваю я разговор с Эдом и иду в дом.

— Безбашенная вы женщина, — идёт он следом. — Влезать в долги за дом, который даже не ваш. Я, возможно, не так объяснил, но вы его выкупить не сможете, если сам этот Фарро не продаст. А он не продаст.

Оборачиваюсь, чтобы посмотреть на Эда. Во-первых, жду объяснений подробнее. А во-вторых, удивлена, что Эд знает фамилию Орина. Хотя он мог прочитать в документе.

— Когда из-за долгов продают имущество, за пять дней его можно вернуть обратно, если собрать всю сумму сделки. На это время он в залоге. Закон приняли, чтобы домочадцы должника меньше страдали.

Я слышала краем уха, но не вникала. Потому что была уверена, что нас это никогда не коснётся. Папа не играл, я выходила замуж за самого императора…

Не смысла сожалеть. Отбрасываю былые воспоминания и возвращаюсь к делам насущным. Надо купить ниток, я могла бы вышивать в дороге.

— Эд, спасибо за заботу. Сидеть тут не вижу смысла, мне в любом случае нужны деньги. Если бы не ребёнок, я бы съехала сама.

— Я могу решить проблему по-другому, — глуше, чем обычно, говорит Эд.

Почему-то от его голоса по спине пробегают мурашки. Это что он предлагает? Убить Орина? Но вот это точно нам аукнется, его семья не простит.

— И как? — осторожно спрашиваю я. — Сразу говорю, я против чего-то незаконного.

— Что вы обо мне думаете? — выгибает бровь Эд. — Я человек императора. У меня вполне законные методы работы.

— Вот давай обойдёмся без императора, — говорю я чуть резче, чем надо. — Это мои проблемы. Не смертельные. Я с ними справлюсь.

Эд больше не спорит, но подозрительно молчит, словно не одобряет мои действия. Я собираю все свои украшения, даже не разбирая. Там много подарков от Рэйнгарда, и я стараюсь на них не смотреть, чтобы лишний раз не трогать нарыв в душе. Когда принимала их, была счастлива и беззаботна, а теперь отвержена и не нужна ему.

Беру вышивку, все нитки. Поедем на нашей единственной лошади, а в деревне возьмём повозку. Вот тогда, надеюсь, я смогу немного повышивать.

Лэйла заверяет меня, что без проблем позаботится о малышке. Тобрин напоминает о покупке кристаллов. У меня язык не поворачивается сказать ему, что из-за проблем, от идеи с теплицей надо отказаться.

На улице Эд продолжает молчать и хмуро на меня смотреть. Не обращаю внимания, потому что не вижу другого выхода. Сначала посмотрю, сколько удастся выручить за драгоценности, а после подумаю, что можно сделать ещё. Времени в обрез, я могу просто не успеть, если останусь думать дома.

— Я вас подсажу, — бурчит Эд, когда я подхожу к лошади.

Одним лёгким толчком он подталкивает меня и помогает сесть в седло. Сам запрыгивает следом, оказавшись позади меня. Вплотную.

Только сейчас я понимаю, что выглядит со стороны это… неоднозначно. Но не заставлять же его идти пешком? Не после того, как он согласился помочь. Надо лишь дотерпеть до деревни, она совсем недалеко.

Еду с идеально ровной спиной, чтобы лишний раз не касаться широкой спины Эда. Чувствую себя в коконе тепла.

Сосредотачиваюсь на дороге впереди. Погода хорошая, снегопада нет, и на снегу остался след от кареты Орина. Смотрю на ровные полоски от полозьев и думаю о своём… пока не замечаю, что карета свернула ещё до деревни.

Позади цыкает Эд, явно тоже заметив, что Орин поехал не туда. Но, насколько помню, дорога ведёт через лесок к холмам, и она довольно узкая. НЕ уверена, что карета там вообще проедет. Орин решил пожить в лесу?

Оборачиваюсь на Эда, чтобы обсудить это с ним. Лицо мужчины предельно сосредоточено. А потом он натягивает поводья, останавливая лошадь. Через миг после этого из леса, куда свернул Орин, слышится странный свист и завывание.

— Леди, — переводит на меня серьёзный взгляд Эд. — Мы немного отклонимся от маршрута.