13

— Да это… Длинная история, если честно, — неловко улыбнулась я.

Да и рассказывать мне не хотелось. О чём? Что у меня в жизни сейчас чёрная полоса? К чему бывшему однокласснику знать о моих бедах? Ему вряд ли это будет интересно, своих забот наверняка хватает, чтобы ещё я его «грузить» начала. Коля спросил как дела ради приличия, и только, и сейчас побежит дальше по делам как ни в чём ни бывало, с легкостью забудет обо мне и моих проблемах, переключившись на свои.

— Так давай в кафе зайдём, кофе попьём. Поболтаем… Сто лет уже не виделись, — вдруг предложил он.

В школьные годы мы неплохо общались, и даже, кажется, симпатизировали друг другу. Но я не ожидала, что он пригласит меня продолжить беседу… Мы не виделись в самом деле много лет и говорить нам, если так рассудить, и не о чем. У каждого была своя жизнь, и друг о друге мы мало что знали. Но я не видела причин ему отказать. Тем более что выпить кофе после такого нелёгкого морально для меня похода в ломбард я была не против. Кафе радостно мигало огнями всего через пару десятков метров, а ветер задувал в тонкое пальто, не предназначенное для долгих прогулок по ветру и морозу.

— Идём, — кивнула я, и мы синхронно двинулись к заведению, из которого вкусно пахло кофе и булочками.

Заняли столик у окна. Коля как воспитанный мужчина помог мне снять пальто. Про себя я отметила, что мой муж уже давно так не делает, хотя по первости — делал.

Интересно, почему сейчас перестал. Забыл, что надо помогать женщине снять пальто? Разучился быть вежливым? Или просто…разлюбил, и желание ухаживать за мной само по себе по этой причине атрофировалось?

Скорее, последнее, учитывая, что он стал гулять на стороне.

О какой любви и каком уважении можно говорить, когда происходят измены?

Может, и не одна. Просто эта нашлась наглая, пришла и всё выложила. А другие могли просто молчать.

— Даш, что ты делала в ломбарде? — спросил достаточно прямо Николай, когда мы сделали заказ и нам принесли по чашке капучино и свежему синабону.

До этого мы говорили о школьных годах. Вспоминали учёбу, одноклассников. Но вот Коля почему-то сменил тему беседы и спросил меня о ломбарде.

Значит, он видел, как я вышла именно оттуда.

В такие места редко ходят те, кто счастлив и не имеет проблем.

Весёлое настроение тут же улетучилось…

— Это невесёлая история, Коль, — честно сказала я. — Ничего там интересного нет.

— Я не рассчитывал на весёлые истории, Даша. Я просто понимаю, что в ломбард идут тогда, когда очень нужны деньги. Ты в беде? Что случилось? Может я тебе помочь могу?

— Мне может помочь только хороший адвокат.

— В какой области?

— По семейному праву.

— А ещё точнее?

— Разводы и споры насчёт детей.

— Даша, я и есть адвокат по семейным спорам, — посмотрел он на меня внимательно. — Не слышала, что у меня своя юридическая контора?

— Нет… — опешила я.

— Рассказывай. Я попробую тебе помочь.

— И ты готов работать против Всеволода Реброва?

— Ну… Персонаж непростой. Однако если уметь обращаться с законами, то многое можно повернуть в свою пользу.

— Значит, ты возьмёшься за это дело?

— Да.

— Но… У меня не очень много денег, если честно… Я потому в ломбард и понесла сдавать украшения: мне нужны деньги на жильё, пусть и арендованное, на еду для себя и дочки и на адвоката, чтобы остудить право проживания ребёнка с мамой.

— Даш, я разве что-то про деньги говорил? — улыбнулся он. — Рассказывай. Всё подробно и честно.

* * *

Я рассказала Коле всё, как было. Не утаила ничего. Он хмурился, но слушал внимательно. Смотрел на меня и вдумывался в каждое моё слово.

Я поймала себя на мысли, что мой муж уже давно так не слушал меня и ни во что не вникал… А практически посторонний человек из прошлого сейчас слушает. И не обесценивает мои переживания, сводя их на ноль фразами «ты утрируешь», «ты преувеличиваешь», «ты виновата сама», «это твои проблемы» и прочее.

С чего я решила, что у нас была с Володей настоящая семья?

Мы давно уже чужие, судя по всему… В семьях так не поступают друг с другом, как это делает он.

— Сложно всё достаточно, — подрезюмировал он мой рассказ жизни.

Я неопределённо повела плечом — мол, увы, но вот так.

— Но решаемо. Я думаю.

— Правда? — впервые улыбнулась я с момента, как узнала о предательстве мужа, а потом услышала мерзкий шантаж общим ребёнком…

Не до улыбок было точно. А теперь у меня появилась хоть и очень призрачная, но надежда.

А вдруг Коля сможет мне помочь?

Я, честно сказать, боялась идти по адвокатам. Точнее, не самих походов к ним боялась, конечно, а того, что они будут отказываться браться за дело один за другим. Ведь тут замешан сам Ребров! Почти пуп земли, никто не захочет с ним связываться и наживать себе врага в его лице… Если только за очень, очень большие деньги.

Я была готова к таком повороту событий и поэтому пыталась найти способ сбыть очень дорогие гарнитуры. Мне понадобилось много, много денег на помощь юриста в этом вопросе…

А тут мне словно с неба упал Коля, бывший одноклассник, с которым у нас были, в общем-то, неплохие отношения, и мы, получается, не совсем уж и чужие… Кое-что нас-таки связывало.

Я нравилась ему. Он даже пытался неловко, по детски за мной ухаживать. Но как-то не прониклась к лохматому, угловатому парнишке. Он такой забавный был: худенький, ботаник, в очках. В общем, далёк от идеала всех молодых девушек…

Я не ответила ему взаимностью. Меня интересовали совсем другие парни.

Коля не получил моей взаимности и пропал после девятого класса…

С тех пор мы и не виделись, потому что на встречи выпускников я не ходила: муж был против.

Кто же мог знать, что он словно гадкий утёнок потом превратится в прекрасного лебедя. Лебедя, который отлично зарабатывает, стал акулой в сфере юриспруденции и может, хочет мне помочь.

Да и выглядит он достаточно симпатичным мужчиной…

Наклонив голову я изучала знакомо-незнакомое лицо бывшего одноклассника.

Да, возраст ему к лицу. Парнишка он был нескладный, а мужчина из него вырос — что надо. Может, подкачался, спортом занимался? Тогда всё окупилось сторицей.

Надо же, как иногда складывается жизнь неожиданно. И как тесен мир — в который раз убеждаюсь в этой старой, как мир, истине.

— Правда, — уверенно кивнул он. — Самое главное для тебя что?

— Отставить за собой дочь, — ответила я.

— И это же самое трудное.

— Да. Потому что муж манипулирует ребёнком. Угрожает забрать её, и я Соню просто не найду.

— Не переживай. Мы не дадим ему отнять у тебя дочь.

— Если ты это сделаешь, — не отдавая себе отчёта в том, что делала, я накрыла его руку, лежащую на столе, своей и сжала. — Я тебе буду благодарна всю жизнь. Бери потом всё, что хочешь. Только отвоюй мою дочь.