Глава 1 · Где я возвращаюсь домой и нахожу «сюрприз»

— Какой ты нетерпеливый! — женский голос игриво хихикнул. Послышался звук поцелуя. Нарочито громкий, показной.

Мужской голос в ответ неразборчиво рыкнул, забормотал. Я различила шлепок, взвизг, звуки возни и томный стон. Не веря ушам, замерла у закрытых дверей спальни. Не может быть!

Любовные игрища? В нашем доме? Неужто слуги настолько обнаглели, что позволяют себе резвиться в отсутствие хозяев? В нашей спальне! На нашей постели!

Ну, ничего, сейчас им станет не до веселья!

Я рванула створку на себя и одновременно отчетливо услышала второй голос.

Это были отнюдь не слуги. Мой муж низким бархатным голосом, каким разговаривал только со мной наедине, промурлыкал:

— Хватит игр, малышка! Не хочу больше терпеть! Иди ко мне.

Я не смогла бы остановиться, даже если бы очень захотела. Ноги сами переступили через порог. Сил хватило только на то, чтобы не сделать следующий шаг. Увиденное потрясло.

Картина была настолько банальной и нереальной одновременно, что я зажмурилась, желая одного — оказаться как можно дальше отсюда. Забыть все, как страшный сон.

Потому что Виктор, МОЙ Виктор, МОЙ любимый муж, подхватил на руки какую-то полураздетую… девицу, явно очень легкого поведения, повалил ее на постель, двумя руками задрал юбку и принялся нацеловывать бедра, порыкивая от нетерпения.

— Ви-и-иктор! — грудным голосом выдохнула эта дрянь. — Мой сладкий. Так! Да! Да! О-о-о!

Из рук выпала сумочка и неожиданно звонко бахнула о пол.

Я вздрогнула. Виктор еще не успел оторваться от своего увлекательного занятия. Зато девица подняла голову, увидела меня, ничуть не смутилась, лишь довольно улыбнулась. Словно это в порядке вещей — вот так, на глазах у законной жены, с чужим мужем…

— Элиза? — Голос мужа заставил вздрогнуть повторно.

Я с трудом отвела взгляд от развратной картинки, прикрыла глаза ладонью. Не-е-ет, этого просто не может быть. Не может? Нет?

— Дорогая, это не то, что ты думаешь!

Ну, конечно! Да что тут думать? Раньше я считала, что такое бывает только пошлых в романчиках. Там все изменщики так говорят. Дорогая, это Не то! Ха! Как же! А что тогда⁈

— Дорогая!

Виктор отпихнул довольную, как мартовская кошка, девку, поспешил подняться, но запутался в спущенных брюках и едва не свалился на пол, сверкнув накачанной задницей. Именно это зрелище меня пробудило, заставило очнуться. Я не стала дожидаться, что будет дальше, подхватила с пола упавшую сумочку и ринулась прочь.

— Лиззи! — донеслось вслед. — Погоди! Я все объясню, дорогая!

Еще чего? Размечтался!

Я пробежала сначала по коридору, потом по ступеням вниз, не особо разбирая дорогу. Глаза застилали слезы, которые я даже не пыталась стереть. Лишь зажимала рукой рот, чтобы не разреветься в голос. Не здесь, не при этих…

В холле испуганные горничная и дворецкий шарахнулись в стороны и проводили меня взглядами.

Я мельком отметила — они все знали! Они были в курсе похождений моего муженька и молчали!

Прочь! Прочь из этого дома, где я считала себя счастливой. Дура!

На бегу схватила с вешалки пальто и шляпу, толкнула плечом тяжелую дверь и вылетела наружу.

Промозглый ветер тут же безжалостно проник под полы не застегнутого пальто, подхватил подол юбки, качнул на шляпе перья, взвихрил мне локоны, бросил в лицо пригоршню противной октябрьской мороси.

Я не замечала холода, движимая одной мыслью — оказаться как можно дальше отсюда. Где угодно, хоть на краю света.

На мое счастье, мимо проезжал магмобиль, и я отчаянно замахала руками, выскакивая ему наперерез.

— Умоляю! Помогите! Мне срочно надо уехать! — прокричала я сквозь рыдания.

— Садитесь, мадам, — приподнял шляпу возница. — Что случилось? Вам нужна помощь?

— Нет-нет, просто увезите меня поскорее отсюда, — прикрыв ладонью мокрое лицо, ответила я.

— Хорошо, — пожал он плечами. — Куда везти?

Я колебалась всего миг, назвала адрес. Был сейчас только один человек, которого хотелось увидеть. Жозефина Рибель, солнышко Жози, моя лучшая и единственная подруга. Та, которой можно, не скрываясь рассказать все.

Под мерное покачивание экипажа я вновь и вновь прокручивала перед внутренним взором отвратительную картину. И сама себе не верила. Неужели это случилось со мной? Неужели Виктор изменил мне? В собственном доме, в нашей с ним спальне?

Мой Виктор! Мой нежный дракон, что клялся вечно любить. Не понимаю.

Этого же не может быть. Просто никак не может быть. Ведь мы за три года брака даже не ссорились ни разу. Понимали друг друга без слов. Как он мог?

Память услужливо подкинула недавнюю картинку.

«Ви-и-иктор!» — как наяву услышала я голос той женщины и зажала уши руками.

Мой муж и какая-то… кто она? Как он мог предать нашу любовь, наше счастье?

Голова разрывалась от боли и вопросов, на которые у меня не было ответа.

— Приехали, — окликнул меня возница. — Вы точно в порядке, мадам?

— Да. Спасибо, возьмите, — не глядя я сунула ему какую-то монету и побежала к крыльцу.

Домик Жозефины был совсем небольшой. С нашим особняком точно не сравнить. Но мне здесь нравилось. Всегда. С самого детства. Вот и сейчас в душе хоть капельку, но стало теплее.

Я глубоко выдохнула и протянула руку к дверному колокольчику.

Через десять минут я сидела в маленькой уютной гостиной на мягком низком диванчике. Рядом, на чайном столике, красовался блестящий кофейник. На блюде горкой были выложены любимые эклеры. В чашке исходил паром кофе.

Жози крутила в руках серебряную ложечку и недоверчиво хмурилась.

— А ты что? — подруга отмерла и помешала в чашечке.

— Я? Я сперва решила, что это слуги. Что Виктора нет дома.

Жози молча уставилась на меня, ожидая продолжения. Еще бы, ведь я с порога ошарашила новостью, что ухожу от мужа. Теперь она пыталась выяснить, почему.

— И? — не выдержала она паузы.

— И… — я вздохнула, решила закусить горе эклером.

Жози едва не застонала.

— Лиззи, да сколько можно, не тяни кота за хвост. Что дальше?

— А ничего, — я вдруг странным образом успокоилась. — Романы про измены читала?

Дождалась кивка и горько усмехнулась.

— Вот так все и было.

Закатила глаза и постаралась изобразить Виктора:

— Дорогая, это не то, что ты думаешь! — выдохнула вдогонку: — Гад… Я не то думаю! Что там думать, если я все видела своими глазами?

Жози уронила ложечку на скатерть и хлопнула глазами.

— Лиззи, они что? Прямо вот это при тебе? — голос подруги слегка охрип.

Я была вынуждена признаться:

— Не совсем. Но, если бы я задержалась минут на пять, то как раз это самое и застала бы. Он уже даже штаны успел расстегнуть.

— О-о-ох…

Жози не глядя схватила чашку и выпила кофе залпом.

— Вот же подлец!

Подняла ложечку, покрутила в пальцах, положила обратно, скривила рот. Сказала задумчиво:

— Я одного не понимаю. Зачем он это сделал?

— Кобель потому что, — припечатала я.

— Это да, — согласилась подруга. — Но я о другом. Зачем он это сделал сегодня и именно в это время?

Я замерла с надкусанным эклером в руке. И правда, зачем?

Жози вслух озвучила мысль, только что меня озарившую:

— Он прекрасно знал, когда ты возвращаешься с вокзала. Знал же?

Я молча кивнула.

— Знал, но специально не поехал тебя встречать. А вместо этого притащил домой девку. Зачем он это сделал?

Мы уставились друг на друга. Ни у нее, ни у меня не было ответа. Разве что…

— Думаешь, Виктор все это устроил специально? — На душе стало совсем гадко.

— Не знаю, Лиззи. Но по всему выходит, что так.

Жози подорвалась с кресла, пересела на диванчик, сжала мою ладонь, погладила по плечу.

— Ты прости, Элизабет, но, кажется, он решил с тобой развестись.

Если честно, в этот момент мне казалось то же самое. Другого объяснения произошедшему попросту не было.

— И что теперь делать? — беспомощно спросила я.

Жози вздохнула:

— Это тебе решать, дорогая. Но я бы после такого не смогла простить.

Она бы не смогла. А смогу ли простить я? Не знаю. Но пока точно не готова.

Остаток разговора почти не отложился в моей голове. Все мысли были не здесь. Память услужливо крутила мерзкую картинку. В ушах звучал томный голос: «Ви-и-иктор!»

Поэтому у Жози я надолго не задержалась. Распрощалась и вышла в сырость осеннего вечера.

Мобиль слегка покачивался на плитах мостовой. Ожидание неприятного разговора с Виктором, страх и боль рвали душу на части. Я все никак не могла принять увиденное. Было сложно поверить, что это произошло со мной.

Наверное, Жози сильнее меня. И мудрее. Она бы не колебалась.

Я задумчиво смотрела в окно магмобиля. Вечерние улицы были пусты. В такую погоду горожане сидели по домам, и я их понимала. Мерзкий холодный дождик никак не унимался. На стекле перед глазами зависли мелкие капельки.

Я провела по окну пальцем и отвернулась.

Жози была права. Нельзя жить с тем, кто однажды предал. Но я не могла просто так перечеркнуть все. Мне нужно понять — почему Виктор так поступил.

Неужели нельзя было просто поговорить, объясниться. Если уж я так надоела ему, сказал бы прямо. Для чего была нужна эта отвратительная сцена?

Экипаж беззвучно подвез меня к двери уже не моего дома и остановился.

— Приехали, мадам.

Я встрепенулась, спросила:

— Вы не могли бы задержаться? Я, скорее всего, надолго не задержусь.

— Конечно, мадам, — возница замялся, — оплата вперед.

— Конечно, — я даже обрадовалась, опуская в протянутую ладонь две монеты. Я быстро.

— Жду час, потом уезжаю, — честно предупредил мужчина.

А мне больше было и не нужно. На объяснения с Виктором хватит и полчаса. А оставаться в этом доме я не собиралась, как бы меня не уговаривали.

Я решительно поднялась по ступеням, не раздумывая дернула ручку. Закрыто. Даже так? Потянулась к колокольчику звонка. Хватит! К чему сомнения. Нужно все решить раз и навсегда. Чуть посторонилась, услышав звук засова.

Мысленно я заготовила целую речь, жаль, она не пригодилась.

Дверь открыл Виктор, оглядел неприязненным взглядом, скривился так, словно от меня смердело. Бросил одно слово:

— Явилась?

— Я… — все умные и такие правильные слова моментально испарились из головы.

Внутрь меня никто и не собирался пускать.

Виктор вышел сам, вытащил за собой чемодан, подтолкнул его ко мне, больно попав по колену.

— Бери и выметайся. И постарайся без этих своих истерик. Я не намерен их выслушивать.

Истерики? О чем он? Когда это я истерила? Да я даже не ссорилась с ним ни разу.

Виктор решил добить:

— Ты получила, что хотела, Элизабет. Можешь радоваться. О разводе я сообщу отдельно.