Глава 27

День пролетел незаметно. Я бегала между столиками, мечтая присесть и просто перекусить. Живот сводило от голода. Раздражали запахи, идущие с кухни. Вид готовых блюд.

Звук ложек, ударяющихся о тарелки. Сытые посетители, вытирающие рот салфетками…

И поесть бы… Но всё никак не удавалось. Народ то уходил, то приходил.

Ближе к вечеру посетители и вовсе повалили.

Видя моё испуганное лицо, Амина как-то туманно намекнула на завтрашний день и уплыла, виляя задом, к столику с мужчинами.

— Кристоф! — громко позвала я повара. — А у нас завтра что?

— Пятница! Самый сложный день в неделе, — ответил за него тот самый наёмник, что появился у нас с утра.

Комнату он снял, вещи туда отнёс, а после вернулся в зал. Поменял столик на тот, что был ближе всего к кухонной стойке, и с тех пор сидел за ним.

Наблюдал за мной, постоянно лез с разговорами. И никуда при этом уходить он не собирался.

Я тяжело вздохнула. М-да. Сначала его присутствие меня раздражало, но спустя несколько часов он уже считался частью интерьера и даже не смущал.

Как бы - стол, стул, тарелка, наемник…

— А пятница в этих местах какая-то особенная? - поинтересовалась, чувствуя, что ответ мне совсем не понравится.

— Конечно, а ты думала, — в широком оконце появился наш повар. — В выходные в городе проходит ярмарка. Так что с пятницы начинает собираться люд из окрестных деревень. Кто-то едет торговать, кто-то закупаться. Кому-то развлечения подавай. И все они проходят через нас. Завтра будет с утра не протолкнуться.

Я сглотнула и мешком упала на стул.

Сложно было себе признаться в том, что я абсолютно не приспособлена к физическому труду. Но деваться мне было некуда.

— У меня щёки порвутся столько улыбаться, — простонала и уткнулась лбом в столешницу. — За что же меня вот так?

— Не страдай, невеста, — засмеялся Кристоф. — Выпей пока зелёного чая. Амина справляется и сама.

На стойке появилась красивая кружечка и блюдце с небольшим блинчиком.

- Еда! - простонала я и потянулась к тарелочке.

— Я сегодня уже третий раз слышу, как вас называют невестой, — наёмник даже не пытался скрыть, что подслушивал нас. — Мне тоже чай и пирожок с рисом. С детства их люблю. И готов поспорить, что слышу их запах.

— Ммм, ценитель, — повар высунулся из арки. — Они на завтрак, но вас угощу. А невеста она у нас потому, что в свадебном платье заявилась прямо на порог.

— А можно меня в моём же присутствии не обсуждать? — я нахмурилась и подняла блинчик. — Это невоспитанно.

— А мы чай не важные господа воспитанием блистать, — Кристоф и не подумал свернуть тему. — Это вы у нас, мамзель, аристократия. И жуй быстрее, нечего едой любоваться.

— Нет, — откусив блинчик, я прожевала. — Я более не аристократка, и мне не нравится, что кто-то вот так в открытую обсуждает мою персону. Это вопиющее неприличие.

— Что, прямо в платье и пришла? — наёмник меня не слушал. Он развалился на стуле и, кажется, посмеивался.

Лица я его так и не видела, свой капюшон снимать он и не думал. Чем слегка все же раздражал.

— Ага. Зарёванная. Уставшая. Говорит, из-под венца сбежала, — сдал меня повар.

— Выходит, молодая жена в бегах? — наёмник подался вперёд. — А муж? Не боишься, что тебя здесь найдёт?

— А вы болтайте меньше, и не найдёт! — рявкнула на них, прожевав кусочек. — И нет у меня мужа, ясно! Хватит!

Отвернувшись, я продолжила пить чай.

— Гордая? — раздалось за спиной.

— Не то чтобы, — протянул Кристоф, — скорее немного обидчивая. Всё близко к сердцу воспринимает. Чувствительная. А так девочка хорошая. На посетителей не заглядывается. Глазки всякому сброду не строит.

— Прекратите! — не выдержала я. — Нельзя так!

— А за спиной обсуждать, выходит, можно? — Кристоф, вооружившись лопаточкой, подошёл к печи. — Я о тебе, невеста, гадости говорить не собираюсь. Что думаю, и в лицо не стыдно сказать.

Выдохнув, я пожелала утопиться в этом чае. Но мужчины всё же тему свернули. На стойке появилась тарелка с пирожками. Пышные, румяные. Такие аппетитные на вид. У меня в животе заурчало.

— Присоединишься, красавица? — эти жалобные звуки не остались незамеченными.

— Я вам не красавица, а Ханна. И нет... — обернувшись, я сообразила, что он уже стоит рядом со мной и держит в руках тарелку. — Нет, пирожки ешьте сами.

Сказала и тяжело вздохнула.

— Ханна, — мужчина в капюшоне склонился ниже. — Ты же в обед ничего не съела. Я же был здесь и наблюдал за тобой. Присоединяйся ко мне. А если хозяйка появится, скажу, что доплатил тебе за компанию. Одна звонкая монета, и всё будет хорошо.

Но я покачала головой.

Поднявшись, взяла меню и направилась в зал.

— Ханна, — долетело мне в спину. — Я тебя прошу…

Да, голос этого мужчины был для меня незнакомым. Но... Интонации...

Обернувшись, всё не могла понять, что меня так смутило.

— Простите, но у меня работа, — прошептала и отправилась к столику, за который только присела пожилая супружеская чета.

... Стемнело, когда зал опустел. Последние посетители ещё тихо беседовали, но на двери уже повесили табличку «Закрыто». Как же мне повезло, что тетушка Долорес ценила репутацию своего заведения и не принимала ночных гостей.

Потому что все приличные люди в тёмное время суток по дорогам не шастали. А если уж и припозднились, то снимали комнаты.

Зевнув, я прикрыла рот рукой.

На кухне гремел котелками Кристоф. В воздухе витал приятный аромат молока и мёда. Сладкий такой.

Я улыбнулась.

— И что же вызвало такое удовольствие на твоём лице? — услышала я от первого столика.

— Господин, а вам и правда заняться больше нечем, как весь день сидеть сиднем на стуле и наблюдать за мной? — мило поинтересовалась у него.

— А может быть, я так отдыхаю? Может, у меня отпуск, в котором я желаю сидеть и ничего не делать?

— Погуляли бы. Выспались. Наверняка работа тяжёлая? — я повернулась к нему.

Но в ответ мужчина лишь покачал головой.

— Держи, бедовая. - Подойдя к стойке, Кристоф поставил стакан тёплого молока. - Чтобы выпила и спать. Завтра в это время в комнату свою уползать будешь.

— Угу, — забрав угощение, выпила залпом и поднялась.

Меня немного шатало от усталости.

— Проводить? — мужчина в капюшоне, который так и не счёл нужным представиться, отодвинул стул и встал из-за стола.

— Нет, благодарю, — покачав головой, я устало выдохнула и отправилась в комнату.