Глава 29
- Аня, гости уже все в сборе… Хадижа тут, Рамазан…- заходит в комнату Азбека и оторопевает.
Я стою у окна.
Мрачно усмехаюсь.
Знаю, почему она потеряла дар речи…
- Ты… ты… мы же не для этого случая покупали…- говорит она, оглядывая меня с ног до головы…
- Он просил меня ходить покрытой? Я хожу… Покорная жена, мать его…
- Аня… Мы же обе понимаем, что смысл покрытости в…
- Азбека, нет!- мой голос тверд и решителен,- я не мрачная тень! Я не моль! И неправда! Это только у слабых мужчин хиджаб- попытка спрятать женское я! Нигде в исламе не написано, что я должна превращать себя в пустое место! Не открывать тело- да! Но и стирать свою личность я не буду! Каждая жена Пророка Мухаммада была яркой и сильной! Так зачем мужчины прикрываются религией, пряча свою слабость?!
- Ты снова играешь с огнем…
- Или он играет…- цежу я сквозь зубы и решительно иду к выходу.
Ступеньки не скрипят под моими ногами, но стук каблуков почему-то все равно привлекает внимание. А ведь в зале гул голосов… Народу и правда много…
Пышная свадебка, судя по всему…
А глаза все на меня…
Шаг, второй, третий…
В зале воцарилась гробовая тишина. Даже музыка на заднем плане, казалось, стала играть тише.
Я чувствую эти взгляды. Мужчин- вожделенные, переполненные интересом и азартом. Женские- полные зависти, возмущения, рвущегося наружу желания осудить и обсудить меня. А еще нелепого торжества. Вот видишь- сегодня не твой день… Не мой? Судя по тому, сколько на мне внимания сейчас, это большой вопрос…
Я вижу, как злостно смотрит на меня его нынешняя жена. Она должна быть сегодня королевой, в центре внимания- новая женщина в доме Рамазана Илиева, вот только... Все достается мне. Русской наложнице… Так, наверное, они величают меня за спиной?
И он смотрит... Как он смотрит- одновременно убить меня хочет и закопать... И трахнуть, конечно. Я ни с чем никогда не перепутаю взгляд алчного желания Илиева. Он на него меня и подсадил…
В три шага преодолевает расстояние между нами. Зубы сжаты.
- Ты что так вырядилась? - злобно фыркает, сжимая мой локоть.
- А что не так? Ты сказал, чтобы я одевалась закрыто, свои белые волосы платком покрыла, никого не провоцировать...
Никто же не говорил, что это «закрыто и покрыто» не может быть ярко- красным.
Пальцы грубо вцепились в локоть, но шелк платья скользит, как капля вина по хрусталю. Платье - алое, как свежая кровь, струится по полу тяжелой волной. Ткань - редкая, дорогая, словно сама ночь заплатила за нее. Высокий ворот, длинные рукава, каждая складка - вызов. И этот платок… тончайшая шаль, усыпанная бисером, блестит, как звезды. Никакой голой кожи. Но тело дышит под тканью, живет, притягивает взгляд не хуже самого откровенного мини.
Когда мы с Азбекой его выбирали, она сказала, что Рамазан точно его никогда не забудет… Да уж, не забудет…
Я точно знаю, что выгляжу сейчас настоящей королевой- ярче, эффектнее и красивее, чем в самом открытом платье. Потому что истинную русскую красоту не скрыть ничем. Она в таких вещах только ярче.
- Или к своей новоявленной жене, Рамазан. Она вот-вот расплачется, бедняжка. Сейчас и так все начнут сплетничать, что ты уделяешь слишком много внимания своей бывшей жене...
- Ведьма,- наклоняется он ко мне, прежде, всем отойти, а я словно на мгновение ловлю на его лице беглую улыбку. Странно… - сегодня ночью, Аня, я буду наказывать тебя...
- А как же молодая жена?
Его глаза пылают, как пожар. Черное пепелище.
- А меня хватит на вас обеих... ты же знаешь мои аппетиты, милая, как никто другой... Нежный секс с благопристойной женой… Дикая похоть с любвеобильной, сочной любовницей… Охрененная перспектива. Я бы даже сказал, что вошел во вкус… Мне дико нравится эта перспектива…
Как же меня трясет…
- Быстро же ты вошел во вкус… А я думала, что хотя бы ради приличия будешь делать вид, что тебе неприятна жена… Типа для меня… А ты, вон… И не врешь даже…
- Я всегда с тобой честен, любимая…- продолжает искрить какой-то дикой, черной энергетикой.
Меня даже слегка шатает.
Странно это.
Рамазан словно бы сам не свой.
Этот блеск в глазах…
Это хищное напряжение…
В зал входит Азбека.
Она берет меня под руку и ведет в соседнюю комнату.
Я краем глаза вижу Рамазана, к которому подходит мужчина в возрасте, голова которого покрыта тюбетейкой.
В соседней комнате теперь одни женщины. Как-то быстро все, оказывается, разошлись по полам. Нет только Дианы. Жаль… Мне сейчас ее тут очень не достает… за своими переживаниями я даже забыла навестить ее… Как она…
Комната наполнена тихим шепотом женщин. Абсолютное большинство из них я не знаю. Зато они все смотрят на меня. В углу стоит Хадижа. Ее лицо белое, как скатерть. Чего так волнуется? Торжествовала бы!
Азбека зачем-то поправляет складки моего платья, а потом вдруг накидывает мне поверх хиджаба еще одну шаль- она вся в кружевах, но полностью закрывает лицо…
Не успеваю среагировать.
Дверь приоткрывается, и в щели мелькает мужской силуэт.
Я вскрикиваю, понимая, что это Александр.
Жив и здоров. Не связан. Ему никто не мешает ходить… Никто не препятствует.
Он смотрит на меня и кивает. Мне и Азбеке. Словно бы тут был какой-то сговор и только я ничего не знаю!
Из соседней комнаты доходят низкие голоса. Женщинам нельзя находиться рядом, но мы слышим каждый звук.
Почему все смотрят на меня, а не на Хадижу? Где Луиза?! Что происходит? Дергаю Азбеку за кофту, но она лишь отмахивается.
- Молчи уже, Аня,- говорит строго, - и не чуди… Просто делай так, как нужно. Потом отношения выясните… Не при всех же…
Она тут тянет меня за руку, в соседнюю комнату.
Я не понимаю ничего… Совершенно ничего!
Имам начинает с чтения Корана - аяты о браке, о милости Аллаха, о взаимном уважении. Его голос льется плавно, заполняя тишину. Он перемежает речь на родном с фразами на арабском- языке Корана- и на русском.
- Принимаешь ли ты этого мужчину в мужья по законам Шариата? - спрашивает имам, обращаясь ко мне, и в комнате воцаряется абсолютная тишина.
Я ловлю глазами Рамазана. Он смотрит и усмехается.
Что это значит всё?!
Я делаю глубокий вдох.
- Кабул эттим,- повторяю за Азбекой, нашептывающей правильно,- Я согласна.
Мой голос звучит чуть дрожа. Потом я душу из него вытрясу, чтобы понять, что это все значит!
Рамазан тут же отвечает:
- Кабул этдим, я беру ее в жены.
Имам повторяет вопрос трижды - таков обычай, чтобы убедиться, что мы оба в здравом уме и делаем это добровольно.
Это первый наш никях…
И он…
На следующий день после ЗАГСа Хадижи.
Что за финты, Рамазан?
Имам читает дуа, и все присутствующие поднимают ладони, повторяя «Амин». Затем нам подают стаканы с водой - мы отпиваем по глотку, заедая фиником, чтобы жизнь была сладкой.
- Пусть Аллах даст вам баракат и много счастливых лет, - говорит мулла.
Кто-то ставит перед нами зеркало - «чтобы жили в мире, как отражение друг друга». Кто-то осыпает нас монетами и конфетами - садака для благополучия.
- Теперь будет оглашаться махр,- торжественно произносит имам,- свадебный дар мужа жене.
В комнату входят женщины и… внезапно появляется семья Али… Почти в полном составе. Нет только Джалила…
Вот только я вдруг замечаю, что лица у них совсем не радостные…
- Что с лицом, Али?- усмехается Рамазан, беря меня под локоть,- не хочешь поздравить родственника со свадьбой?
- Что ты творишь, Рамазан? Что за унижение?- говорит он подавленно. Его лицо сейчас цвета земли…
Публика снова замирает.
- Не грусти, Али. Сегодня прекрасный день. Я женюсь на любимой женщине, которая любит меня… Скоро начнется шумный той, с танцами, песнями и смехом. Свадьбы- всегда возможность насладиться настоящим, посмотреть в будущее и… вспомнить о прошлом… Так всегда говорил мой отец… Помнишь?
Среди собравшихся тихий ропот.
Все переглядываются.
- Я не знал твоего отца, Рамазан. Ты знаешь…
- Правда?- Рамазан вдруг смотрит в толпу и… я вдруг понимаю, куда. Там стоит Александр. Они переглядываются.
Так они не враждуют больше? Или тут даже не «больше»…
- Мне вот интересно, сколько поколений еще мы все могли жить во лжи, если бы ты и правда мог скрыть правду…
Рамазан оглядывается на присутствующих, а потом поднимает палец на Али.
- Этот мужчина убил мою мать, а попытался повесить это преступление на моего отца. Даже убедил в этом ее второго мужа…
Александр тихо кивнул, поджав губы.
В зале опять все оживленно зашептались…
- Али всегда был тем еще ловеласом... Да же, Луиза?- бросил небрежно женщине,- а когда увидел мою мать, не смог совладать с похотью… Только вот мать выбрала другого…
Все перешептывались все громче, неловко переступали с ноги на ногу. Атмосфера накалялась…
- О том, что все не так, как есть, я узнал, когда отец умирал. Он рассказал правду. А еще попросил отыскать Диану. Он узнал, что она вышла замуж за Джалила, но было слишком поздно- он был немощен, болел. С дочерью примириться они так и не успели, к сожалению… Это было для него настоящим ударом… Наверное, это одна из тех фатальных вещей, которые он не мог себе простить до самого конца…
Я нашел Диану. Мы начали общаться… А потом…
Рамазан находит глазами Хадижу.
- Появились мелкие прихвостни, решившие сыграть в свою параллельную игру… Я реально не ожидал, что ты поступишь так подло, Хадижа… С одной стороны, твой братец, игравший против меня. С другой, ты… Все-таки яблочко от яблоньки, да?
Я даже не дышу. Разоблачение сейчас слишком звонкое…
-Она слила фото тебе, Аня, наврав, что у меня отношения с девушкой, которая на самом деле мне сестра. А дальше сыграла твоя юная максималистская натура… Мне нужно было тебя оградить от проблем и держать в безопасности… Тучи на тот момент уже сгущались. Я знал, что муж моей матери одержим ненавистью, знал, что Джалил с легкостью манипулирует им, подтасовывая карты так, как хочет. Потом начались твои обиды и… желание уйти. Сердце мое скрипело, словно бы ржавое, когда я тебя отпускал, но внутри я понимал, что так безопаснее для тебя… Под присмотром Александра… Да, не удивляйся. Я попросил его сыграть роль обиженного мною, якобы помочь тебе бежать от меня… А еще он блефовал перед Али, что играет против меня… Про то, что мы сводные, мы знали, конечно… И нет, он не хотел ни войны, ни резни, ни вражды… С самого начала он прекрасно понимал, что идея- фикс его отца деструктивна и аморальна по сути. Как бы ни было, дети не в ответе за грехи родителей. До тех пор, пока сами не начинают грешить, правда же, Хадижа?
Я смотрю на Рому… Черт!
Как все закручено!
Но почему он не сказал раньше? Или реально не мог? Или реально я могла проболтаться, выдать свои эмоции?
Или игра была слишком опасной, со слишком высокими ставками…
- Зачем ты сделал этот цирк с ЗАГСом, Рамазан?- спрашивает убитым голосом Али,- в чем смысл? Зачем ты вчера женился на моей дочери?
Рамазан хмыкает.
-Расскажем ему, Хадижа?
Она ежится и отворачивается. В этой трагикомедии сейчас ее партия.
Она так рьяно хотела на первые роли. А в итоге вон как все обернулось…
Рамазан смотрит на Александра, в руках которого папка.
- Заключение гражданского брака позволило нам параллельно подписать брачный контракт. Проблема в том, Али, что твоя дочь глупа и недальновидна. Она, как и ее мать, горазда только на пакости и интриги, а вот поработать мозгами…
- О чем ты?- он говорит совсем сипло. Шепот усиливается.
Рома раскрывает папку и показывает ее Али.
Тот чертыхается про себя.
- Дура…- шепчет он.
- Хадижа вчера подписала документы, по которым все ее акции переходят мне. Это тринадцать процентов. Вместе с моими акциями, акциями Батыра и Александра у Али и Джалила больше нет права голоса… Они были удалены из числа принимающих решение акционеров. А после начала судебного разбирательства я инициирую тендер и они потеряют оставшееся…
- Какое судебное разбирательство?- вскакивает Али, как ужаленный.
- У таких преступлений, как ты совершил, нет срока давности. Потому советую тебе пойти на чистосердечное… Кстати, Аня, ты ведь должна получить моральную компенсацию за то, что сделала Хадижа с фото… Думаю, можно передать ее акции тебе. Пусть это будет мой махр тебе, жена… На свадьбу… С тобой, Хадижа, я уже подал документы на развод. Наверное, это один из самых быстрых браков в истории. Можешь проверить- возможно, в книгу рекордов Гиннеса попадешь. Всегда же хотела быть первой...
Опять гул нарастает.
Кто-то вскрикивает от того, что Хадижа теряет сознание и ее подхватывает один из стоявших рядом мужчин.
Луиза осыпает проклятиями всех: этот дом, мать Рамазана, его сестру, меня, Али за его похотливый нрав…
Я снова оглядываю зал.
Дианы нет…
Факт того, что нет и Джалила, сильно напрягает…
Я беру за руку Рамазана, привлекаю его внимание.
- Где Ди? Почему нет Джалила?
Рома тоже обращает на это внимание.
Оглядывается, хмурится, что-то говорит тут же подоспевшей Азбеке- и она ему что-то отвечает напряженно.
Хмурится, куда-то звонит, но ответа не дожидается.
- Пора заканчивать этот цирк… Али, сегодня пришло время ответить за свои преступления, не считаешь?- как из ниоткуда возле старика появляются двое мужчин в штатском, но сомнений в том, что они из органов правопорядка нет, судя по строгим физиономиям.
- Еще поговорим с тобой…- долетает от Али, но Рамазан его уже не слушает.
Мы тоже выходим из зала. Что называется, по-английски.
Натыкаемся на озадаченную Азбеку.
- Совершенно точно, Рома. Нет Дианы нигде. Но и по камерам она словно бы не выходила из дома… Как сквозь землю провалилась…
- Не провалилась…- шепчет Рамазан мрачно,- этот урод ее выкрал, я не сомневаюсь.
Ему приходит звонок на телефон.
Батыр.
Я вижу его имя на дисплее.
Они разговаривают на родном языке.
Лаконично, обрывочно, жестко…
- Что случилось?- спрашиваю, нервно сглотнув, когда он кладет трубку. Диана пропала?
Рамазан сжимает челюсть.
- Диана утверждает, что сама вернулась к Джалилу и он ее муж, потому она остается с ним…
- Не верю…
- Я тоже…- мрачно шепчет он мне, но потом резко оборачивается на меня и прижимает к стене,- потому и попросил своих людей разобораться… А пока… есть разговор, жена…- усмехается он и находит мои губы. Целует рвано, прикусывает,- ничего не хочешь мне сказать?