Глава 13

Как бы ни хотелось считать Даньяна сумасшедшим, самолично бросающимся в смертоносный водоворот древней как мир магии, магии, которая использовалась ещё до изобретения и освоения языков, у меня этого не получалось. Неосознанно ощутив долю уважения по отношению к настолько рискованному лорду, я задумчиво сказала:

— Вы приложили так много сил. Как и говорили, буквально жизнь поставили на кон ради возможности заполучить мою магию. Так какова же причина настолько безрассудных поступков?

— Если опустить неловкую шутку о том, — со смешком начал Даньян, — что я готов на всё, чтобы заполучить вас, то…. — Небольшая пауза развеяла любое веселье, как во внешнем виде, так и в голосе иноземного лорда. Только после этого он серьёзно сказал: — Жизни людей. Именно они стоят на кону.

— Расскажите подробнее. Пожалуйста, — вежливо попросила я в знак уважения к такой благородной цели.

При этом на самом деле надеясь, что Варг-Даньян просто пытается меня перехитрить — проверить, как он использует мои заклинания, я всё равно не смогу. И это одна из причин почему неделей ранее никто и ни при каких обстоятельствах не получил бы от меня даже под пытками Песню Чудовищ. В плохих руках она может совершить ужасные вещи. Кто не захочет усыпить десяток другой особей самой жуткой нечисти, перетащить их к врагу поближе и дождаться когда пробудившиеся монстры отправятся пировать? И руки чисты, и недруги повержены. Подвластный мне язык магии может не только спасти, но и погубить.

Правда, сейчас это не так уж сильно меня беспокоило, как должно бы. Видимо сказывалась вольность чувств — раньше сдерживая любые свои порывы, я всегда в первую очередь думала о последствиях и жертвах. Ведь именно так положено мыслить королеве. Вот только теперь снедаемая яростью я в первую очередь думала лишь о том, что осталось от моей семьи. Ну и о мести, конечно же.

Именно поэтому подобных мне опасно оставлять в живых после разрушительного предательства. Когда подавляемая боль достигнет предела, мои последние моральные барьеры рухнут, и я… могу сама стать той, чьи руки будут чисты, и чьи враги окажутся стёрты с лица земли. Очень опасно. И неотвратимо.

Поэтому мне необходимо ухватиться за что-то ещё. Или за кого-то, кто поможет найти менее кровожадный путь и подтолкнёт к чуть более светлым целям, чем те, что кипят во мне сейчас.

Вереница из мрачных мыслей пронеслась так быстро, что никто в комнате не заметил моей задумчивости. И вот, не дрогнув ни одним мускулом на лице, я слушаю лорда Даньяна из Росдона:

— С каждым годом нечисти всё больше, — первым делом озвучил Даньян весть, которая не раз обсуждалась на последних заседаниях малого совета Илруна. — И причина тому проста. Когда человеку для полного развития нужно чуть больше двадцати лет, любой из химер хватает всего года, чтобы стать взрослой особью, способной увеличить численность своего вида. К примеру, ещё каких-то пять лет назад тех же пауков нам удавалось без проблем сдерживать, а то и зачищать их гнёзда. Однако арахнидов становилось всё больше и больше, отчего даже самые натренированные отряды особых охотников на нечисть стали возвращаться с потерями. А то и вообще не возвращаться.

— Подтверждаю, — подал голос дедушка, заставляя обернуться на него. Он задумчиво погладил короткую седую бородку, свёл брови к переносице и сказал: — В гильдиях наёмников часто стали появляться слухи о пропавших торговцах и их сопровождении. Кто-то даже в черте города находил гнёзда гулей, а они обычно только на погостах и околачиваются.

Неутешительные слухи, тем более что они и до дворца доходили….

— Верно, — прервал мою зародившуюся мысль Даньян, — эти вести не взялись на пустом месте. — После чего мужчина прожёг меня крайне серьёзным взглядом и продолжил: — Как ты ранее и говорила, Росдон — королевство рудников. Наши горы полны жил, которые ещё несколько поколений не иссякнут, но такими темпами шахты будет некому обрабатывать. Только за прошлые полгода корпус особых охотников потерял треть бойцов, в то время как в горах пауки только больше расплодились.

Пусть меня учили оставаться равнодушной к людям чужой страны, но теперь это не имело значения. Потому услышав о чужих потерях, я испытала не только обеспокоенность ситуацией в целом, но и… жалость, как к погибшим, так и к их семьям. Оставалась надежда на то, что ради своих целей лорд чужой страны сгущает краски, пытаясь манипулировать мной, играя на том самом сострадании к чуждым несчастьям, вот только Даньян был не похож на того, кто стал бы так делать. Да и моя ситуация полностью развязывает ему руки. Сейчас он может без особых усилий, за самые мелкие услуги получить от меня камни с магией. Однако вместо этого он пошёл на разговор, рассказал о бедах в их краях и сейчас ждёт моей реакции.

Позволив себе напряжённо выдохнуть на такие неутешительные вести, я вдумчиво спросила:

— А что насчёт магии? У вас же есть те, кто изучает боевые Языки?

— Есть, — мрачно кивнул Даньян, и я почувствовала неладное. Следующие слова подтвердили мои опасения: — Вот только маги лишь усугубили наше и без того незавидное положение. Арахниды оказались не самыми простыми противниками. Их словно создали с одной целью: учиться, вырабатывать иммунитет к видам магии, которую к ним применяют, и тем самым становиться сильнее. — Новые откровения пронеслись по коже холодом, заставляя ту покрыться мурашками, и будто этого мало мужчина припечатал: — Пока мы всё поняли, под землей появилось по меньшей мере три колонии арахнидов, пожирающих огненные и ледяные заклятья. Теперь убить их может только сталь, а её трудно применить, когда тебя буквально смывает волной из гигантских пауков.

Гробовая тишина со стороны дедушки и Райши говорила громче слов. Их обоих одолел разумный страх, которому, впрочем, оказалась неподвластна лишь… я. Но это всё равно не лишило меня беспокойства.

Как же не вовремя мой род ослаб. Череда болезней и несчастных случаев сделала нас с Юджином последними, в ком течет кровь Аджарди, а меня единственным магом полной силы. Так ещё и я оказалась тупиковой ветвью некогда могучего древа. Просто какая-то крайне злая насмешка судьбы.

После долгого молчания, я всё же не выдержала, и устало потёрла переносицу. Почему-то так было легче всего думать, а так же быстрее принимать решения. Заставив мысли литься в правильном направлении, я в итоге произнесла:

— Такую весть нужно разослать во все страны. Собрать представителей и поспешить решить проблему сообща. — Снова посмотрев в сторону Даньяна и едва не утонув в тёмном омуте глаз собеседника, не дрогнувшим голосом сказала: — Сегодня огнеупорные твари только ваша проблема, созданная вами же, но уже завтра им ничто не помешает перебраться южнее или вообще за море.

— Думаешь, мы не пытались? — с заметной злобой хмыкнул Даньян. Он уже успел отставить чашку и теперь сидел, сцепив руки на животе в замок, и мерно постукивал указательным пальцем, пока говорил: — Твой… король Илруна даже не дослушал срочно отправленного к нему посла. Похоже это очень заразная черта. — Видимо из-за завозившейся в душе ярости Даньян не упустил возможность снова попенять на мой отказ. После чего вернулся к теме разговора: — То же самое касается и других правителей — никто не стал слушать. Проблема ведь не у них на пороге.

— Обычная практика, — с недовольством признала я, а затем продолжила: — Любой король первым делом укрепит свою защиту, а уже потом найдёт ресурсы для помощи другим. Если вообще станет это делать. — И пока Даньян что-то ворчал себе под нос о шубе, которая ближе к телу, я с сожалением признала всю серьёзность его пребывания здесь. Покосившись в сторону не самого желательного слушателя, решительно произнесла: — Райша, будь так добра, помоги моему дедушке расположиться. Он останется здесь на некоторое время.

Экономка, как и все остальные, явно поняли, зачем мне так резко понадобилось отдавать подобный приказ, но противиться она не стала. Правда, прежде чем ответить, Райша не особо скрываясь, посмотрела на Даньяна, получила его едва заметный кивок, и только тогда сказала:

— Как прикажите.

— Адри, не думаю…, — начал было дедушка, но я его прервала:

— Прости. Так нужно.

Мы какое-то время побуравили друг друга взглядами, пока он всё же не сдался.

— Ладно, — прокатилось недовольное по гостиной. — Если вдруг что, кричи погромче.

Последняя реплика заставила меня мягко улыбнуться, а вот Даньяна покачать головой. Вроде бы жест выглядел не особо одобрительным, однако стоило экономке и моему дедушке скрыться, как Даньян задумчиво выдал:

— Он очень дорожит тобой и при этом… не надеется на выгоду.

Такая проницательность заставила мои брови слегка приподняться в удивлении. Однако достаточно быстро справившись с ненужной эмоцией, я посмотрела на свои спокойно лежащие на юбке ладони и обронила:

— Не всем в этом мире подавай власть и деньги. Мой отец не раз предлагал дедушке помочь, но тот всегда отказывался.

— Поразительная преданность, — без какой либо иронии сказал Даньян.

— Верно, — подтвердила я, после чего вновь обратила взор к собеседнику и сказала, как отрезала: — Но речь сейчас не об этом. Если верить вашим словам, мы на пороге очень неприятных перемен, и чтобы снова взять ситуацию под контроль, вам нужна моя сила.

Хмыкнув на такое явное обвинение в приукрашивание действительности, Даньян усмехнулся:

— Понимаю твоё недоверие, — затем легко пообещал: — Мы можем решить его раз и навсегда.

— Клятва на крови? — тут же догадалась я, о чём речь. — Не боитесь, что моя воля окажется сильнее вашей?

В этот раз Даньян уже и вовсе в голос рассмеялся под моим непонимающим взглядом, и прежде чем я приняла его за психа, поспешил сознаться:

— Честно говоря, ты одна из троих человек, кого я разумно опасаюсь. Не всем дана такая решительность, — лорд Росдона заговорил так, будто знал меня гораздо дольше, чем те несколько минут на террасе во время его предложения. — Однако другого пути я не вижу. Двух поглотителей в нашей ситуации будет маловато.

Пока оставив странности в поведении Даньяна для размышлений на будущее, я без особо восторга ответила ему:

— Уже понятно, что вы хотите постоянный доступ к заклинанию нечисти. Ради этого вы даже готовы стать моим союзником и помочь мне… избавиться от влияния бывшего мужа.

— Всё верно, — прозвучало подтверждение сказанных ранее слов. А вот далее на меня едва ли не обрушили самые мощные аргументы пользы нашего союза: — Только с моей помощью до ушей Лиама будут доходить самые безопасные для тебя сведенья. Пока я на твоей стороне у него не будет даже шанса заподозрить всё то количество “глупостей”, что ты совершишь. И только с моей поддержкой тебе удастся хорошо подготовить для него самый неприятный сюрприз из тех, на которые ты способна.

Может Даньян, опять же, преувеличивал. Хотел как можно надёжнее вонзить в меня свои когти, тем самым не давая скрыться от его пристального внимания пока он остро нуждается в моей силе. Из него точно выйдет опасный союзник. Но, с учётом реальности угрозы нечисти и бывшего мужа, чьи оковы в одиночку мне не сбросить, именно такой союзник мне и нужен.

Потому решив поставить всё именно на это «меньшее зло», я решительно озвучила свои временные рамки:

— Через полгода мне надо обязательно перестать быть пленницей.

— Если действовать правильно, — вместо споров произнёс Даньян, — через полгода ты и это место к своим рукам приберёшь. — А когда я попыталась разузнать, что он имеет в виду, мужчина поднял руку, останавливая меня, и сказал: — Для подробностей рано. Всему своё время. К тому же ты мне ещё за первую услугу не заплатила.

Напоминание прозвучало с нотками наигранной обиды. И чтобы больше такого не слышать, я без лишних слов вытянула руку перед собой, раскрывая ладонь к верху, и коротко скомандовала:

— Камни.

Даньяну оказалось плевать на мой приказной тон. Он оперативно передал мне два поглотителя заклинаний, будто боялся, что я могу передумать — никакой договор-то мы не заключали. Всё было скреплено только честным словом. Впрочем, для меня такие серьёзные обещания даже без магии имели значимый вес, и я всегда старалась их держать.

Долгие минуты сосредоточенного колдовства, мелодичного шёпота, а так же лиловых искр со всполохами, и вот оба обсидиана стали поблескивать цветом моей магии. Теперь их достаточно было как можно сильнее сжать, чтобы активировать. После одной высвобожденной Песни на поглотителе появится трещина, после второй — ещё несколько, а за третьей он превратится в пыль.

Передав фактически бесценные камни Даньяну, я не забыла напомнить:

— И ещё карту, пожалуйста.

Великий лорд Росдона хмыкнул и… выложил на столик передо мной заготовленную им карту, а так же грифель, чтобы мне было чем нанести все сохранившиеся в памяти отметки. Смешно сказать, но с этим пришлось провозиться куда как дольше, чем с поглотителями. Пусть карты Золотых путей я проверяла и одобряла незадолго до своего низвержения, часть дат ускользнула из памяти. Однако и того, что там удалось сохранить, оказалось достаточно. Всё равно оказаться везде и сразу наёмники не смогут.

Приняв карту обратно, предварительно уже куда-то спрятав камни, Даньян не упустил возможности слегка ядовито заметить:

— Такое даже на плевок в спину не тянет. Мелковато для твоего противника.

— Мне об этом хорошо известно, — холодно бросила я в ответ. — Для весомой мести у меня ещё будет и шанс, и время. Сейчас куда важнее обзавестись своим капиталом. Я ведь могу рассчитывать, что ты, — сама не заметила, как ответно отбросила формальности, — проследишь за честностью своих… лис?

На лице предприимчивого лорда расплылась неожиданно приятная улыбка и вместо разубеждений по поводу того, кто даже под магическими контрактами шпионит для него, он подался ко мне навстречу и вкрадчиво уточнил:

— А ты меня за это вознаградишь?

— Конечно, — не моргнув глазом пообещала. После чего наблюдая, как пляшут смешинки в чёрных радужках, закончила: — Количество новых камней со свежими заклинаниями зависит от того, сколько золота принесёт мне эта авантюра.

Ничуть не разочаровавшись ответу, или, может, лишь сделав такой вид, Даньян снова откинулся на спинку кресла и довольно сказал:

— Договорились.

Что ж, раз так, тогда можно считать удачное начало положено. Как бы я не относилась к этому охотнику за даром (хотя, когда теперь пелена с моих глаз упала, Лиам казался ничуть не лучше его), он не последний человек Росдона. А что ни говори, а власть может победить только другая власть. Лишённый всех прав человек тут словно лист на ветру.

К тому же до меня часто доходили слухи о его вполне себе благородных принципах, а так же верности данному слову. Обычные сплетни, конечно, чаще всего приукрашивают действительность, но одно дело, когда шепчутся слуги, и другое когда тебе на стол ложится донесение от Серых Псов — тайной службы разведки Илруна. Их информации всегда можно было полностью доверять. И только на неё мы с Лиамом всегда полагались, чтобы избежать ловушек от тех, кто пытался воспользоваться нашим влиянием и благосостоянием.

На моё счастье у сидящего передо мной человека всего хватало с лихвой. Кроме одного конкретного вида магии. Так что мы с ним вполне себе сможем выгодно использовать друг друга и получить каждый своё.