Глава 7

* * *

— Ваши покои, — без особой радости произнесла домоправительница, когда привела меня в достаточно мрачную комнату.

Тяжёлые портьеры выцветшего бирюзового цвета закрывали собой почти все внешние стены, тем самым не только сохраняя тепло, но и подавляя скромных размеров помещение своей строгостью. А минимум необходимой мебели наталкивал на мысль об аскетичных вкусах прежних хозяев. Глядя на всё это, я чувствовала себя здесь слишком… неуместной. Даже в своём плачевном виде.

Зато, как ни странно, экономка смотрелась здесь достаточно органично. Простой пучок седых волос на затылке, холодная маска на морщинистом лице, колкие как ветер за стенами синие глаза, и двухслойное платье из шерсти цвета шоколада. Украшением домоправительницы служила только увесистая связка ключей, что крепилась к специальному плетеному кушаку на её талии. А ещё свойственная скорее дворецким сдержанность.

С женщиной близкой к преклонному возрасту мы столкнулись в прихожей главного дома, когда я, пылая злостью, распрощалась с Варгом и решительно шагнула за порог новой клетки. Оказывается, люди в усадьбе всё же были. Как и в прилегающих домиках. Увидеть кого-то на улице не удалось по достаточно неуважительной причине — небольшая горста жителей крохотного поселения попросту решила не отходить далеко от тёплых очагов ради встречи с той, из-за кого усадьба и все её окрестности лишились прежнего хозяина.

Об этом мне почти сразу поведала ещё одна не менее довольная моим прибытием обитательница главного дома. Едва заслышав наш сдержано-приветственный разговор с домоправительницей, женщина, чей возраст не сильно превышал мой, вышла к нам и без особых расшаркиваний представилась Веттой, здешней кухаркой.

— Местный люд очень уважал старого лорда Горстона, — отбросив скромность, изрекла Ветта, накручивая на пухлый палец выбившуюся из-под косынки светлую прядь волос. — Да и чего уж там скрывать, все мы привыкли к его управе. Чего же ждать от безымянного господина — никто не знал. А как нам объявили, что тут будет жить не хозяин с семьёй, а его полюбовница, так и вовсе все бросились роптать. Негоже это, без брачных уз жить вместе с мужчиной…

Осуждение в голосе кухарки (на этом месте привитая гордость заставила ощутить новую волну злости) невозможно было не заметить. Однако, вместо того, чтобы тут же указать на место наглой женщине, я решила проявить сдержанность. По крайней мере, в этот раз. Для начала нужно как можно больше разузнать о месте, куда мне довелось попасть, а уже потом показывать клыки и когти, что долгие годы прятались под манерами и королевским воспитанием.

Только поэтому я без каких-либо эмоций сказала, глядя в серые глаза кухарки:

— Поверьте, о последнем мне прекрасно известно.

— Ветта, — строго вмешалась в наш разговор домоправительница, — меньше слов, больше дела. Теперь эта леди наша госпожа, и пока на её содержание выделяются средства, — нужный акцент оказался выделен короткой паузой, — наша задача обеспечивать комфорт, а не языком молоть.

На что кухарка скромно потупилась, спрятала руки за объёмным поясом, перетянутым фартуком, и прогудела:

— Так то не я, то люд судачит. Я только повторила.

— Не обращайте внимания, леди, — переключилась уже на меня экономка, тут же забыв о слишком болтливой служанке, — ваша комната ждёт.

И вот пока мы шли к, как оказалось, уже давно готовым покоям, я осматривалась вокруг, а затем всё чаще ловила себя на мысли, что… новое окружение ужасно чужое и непривычное.

Мы с Юстианом росли в особняке, где одна только бальная зала была больше всего этого дома вместе взятого. Помимо этого здесь не оказалось ни высоких потолков Аджардхолла, ни его бесчисленных галерей, ни просторных покоев. О наполненных чистым воздухом пространствах тоже можно было забыть. Здесь повсюду меня ждали только узкие коридоры, которые из-за тёмно-коричневого дерева на полах, стенах и потолках, будто хотели задушить своих обитателей, да тяжёлый и отчего-то влажный воздух. Вместо более привычных высоких окон, кои в нашем родовом поместье часто занимали целые стены, тут можно было увидеть только небольшие проёмы, что сейчас оказались наглухо закрыты деревянными щитами. За свет в моём вынужденном доме отвечали масленые светильники. Из-за них аромат гари то и дело забивал ноздри, мешая дышать полной грудью — наблюдая за экономкой, я поняла, что она совсем не замечает таких мелочей. Зато во мне всё отторгало это место.

Но меня трудно в этом винить. Когда ты после без малого пятнадцати лет в Аджардхолле почти десять лет живёшь ни где-нибудь, а в самом настоящем дворце (сразу после помолвки с Лиамом, меня забрали из отчего дома ради положенного обучения), в разы превосходящими моё родовое гнездо, то незаметно для себя становишь придирчивым и вполне себе избалованным.

Вот и сейчас оглядев покои, больше похожие на комнату в скромном охотничьем домике, я испытала гнев. Видимо слишком часто мне твердили, что последняя дочь дома Аджарди достойна самого лучшего, и теперь во мне нет намеренья отказываться от блистательного будущего. Да, в нынешнем положении будет трудно склонить чашу весов в свою сторону, однако надежда ещё есть.

Я жива и это главное. Пока Варг исполняет свою часть сделки и ищет того единственного, кому я готова полностью довериться, нужно сосредоточиться на составлении дальнейшего плана (надо хорошенько подумать над тем, кому и какую информацию продать, какие торговые союзы пошатнуть, а какие укрепить), попутно делая это место наиболее комфортным для себя.

Раз откровенной опасности нет, то какой смысл пытаться сбежать? Бояться мне нечего — самые ужасные вещи бывший муж уже совершил. Принудит к близости? Опустится до физического насилия? Тогда у меня лишь прибавится причин разрушить его королевство до самого основания. Попытается убедить в необходимости своего поступка? Даже слушать не стану — уже не раз задетая гордость просто не позволит так низко пасть и добровольно сменить роль официальной жены на амплуа скрытой ото всех глаз любовницы.

Если будет нужно, я вырву любые отголоски чувств к Лиаму вместе со своим сердцем. Сколько бы времени не прошло, мне не забыть всю боль от его предательства.

Так что я с удовольствием дождусь того чудного мига, когда Лиам явится сюда, в самое отдалённое от дворца место, которое ему так преждевременно удалось найти, со своими объяснениями. Если они, конечно, будут. После чего выслушаю бывшего мужа, чтобы… точно знать, насколько жестоко ему мстить. Иного он от меня больше не дождётся.

А чтобы подготовить первый сюрприз (он же страховка на случай, если Варг солгал и мой главный похититель никак не король Илруна) необходимо начать с налаживания контакта с местными жителями. Или хотя бы с одной отстранённой домоправительницей.

Проглотив все недовольства по поводу, возможно, не такого уж и временного пристанища, добавила в свой взгляд тепла и, уже с большим интересом оглядываясь, сказала:

— Какая уютная комната. Видно, что вы постарались на славу.

— Мы сделали не больше, чем требовалось, — сухо ответила домоправительница. А затем с тем же тоном поинтересовалась: — Изволите посетить купальни перед ужином?

— С превеликим удовольствием, — ничуть не солгала, чтобы снова попытаться завоевать чужое доверие, используя ненавязчивую лесть: — Дорога была долгой, но глядя на красоты вашего края, я утвердилась в мысли — всё не зря.

— Да, видимо путь и, правда, вышел непростой, — протянула экономка глядя на… мои тапочки. Похоже, она очень некстати вспомнила, что ещё у порога сама предоставила их, когда увидела мои босые ноги.

Вежливо улыбнувшись на собственную оплошность, я постаралась сделать вид, будто не заметила намёка, а затем спросила:

— Как долго нужно будет подождать, пока нагреют воду в купальне?

— Можем идти хоть сейчас, — сказала домоправительница и, увидев искреннее недоумение на моём лице, добавила: — Вода в купальнях всегда горячая. Сейчас сами всё увидите.

После этих слов экономка зашла в крохотную гардеробную, достала оттуда чистые полотенца, какой-то сверток и, попросив оставить тёплое покрывало прямо на полу, повела меня за собой. Моё слишком простое платье возможно и смутило женщину, но вида та не подала.

И снова нам пришлось блуждать по узким коридорам, а затем углубиться в… вырубленный прямо в скале проход.

— Усадьба, как и поселение, — гулко из-за эха начала просвещать меня домоправительница, — не просто так примыкают к скале. Каждый дом имеет такие вот туннели. Они ведут прямиком к природным пещерам с небольшими бассейнами горячих источников, которые люди используют, чтобы поддерживать чистоту тела и домов. Так же помимо личных купален, имеется целая сеть туннелей с общими залами. На данный момент именно там кипит жизнь, если так можно выразиться насчёт нашей усадьбы. Всё же жителей здесь не так много.

Про себя поражаясь неожиданно сложной структуре с первого взгляда, казалось бы, обычного поселения, я чуть не выдала свой восторг от бесспорной лазейки в магическом ограничителе. Раз у меня нет возможности покинуть разрешенную заклинанием территорию и найти “защитников”, то будет сподручно, если они сами придут ко мне. На самом деле практичная мысль по поводу использования ближайшей нечисти пришла мне в голову, как только Варг заговорил об обитателях гор. Так что маскирую свой интерес за волнением, я спросила:

— Помещения прямо внутри скалы? А как же арахниды? Разве они не станут в таком случае проблемой?

— Чудовища обитают гораздо ниже, — скучающе ответила экономка, — в скальных глубинах. Потому тоннели поселения находятся на уровне с плато — камень, на котором оно стоит, куда прочнее прочего в округе, и его пауки-переростки не проломят.

— Какое удивительное место, — искренне отметила я, потому как впервые слышала о подобных способах обустройства селений. И раз оно так надежно защищено придется найти другой способ приманить союзников. Простой путь, как оказалось, ускользнул. Хоть немного расстроиться по этому поводу я не успела.

Наконец мы с экономкой вышли из узкого прохода и оказались в небольшой пещере, где журчала вода. Женщина поднесла лампу, которой всё это время освещала наш путь, к некому выступу прямо на стене и он вспыхнул дорожкой подожжённого масла. В небольшой купальне сразу стало светло. Теперь можно было рассмотреть и неглубокий бассейн, куда прямо из стены рядом лилась парующая вода, и явно рукотворно созданное отверстие, куда уходил пар.

— Да, наш дом прекрасен…, — начала с нотками ностальгии экономка, а затем поджала покрытые глубокими морщинами губы, и продолжила, — был прекрасен, до тех пор, пока дорога, ведущая к Росдонскому замку, не обрушилась.

— Здесь имелся тракт, прямиком ведущий к Ледяному морю? — не переставала удивляться я новым подробностям об этом месте.

— Верно, — последовал ответ, — но около пятнадцати лет назад часть скалы, по которому он проходил, буквально рассыпалась. Рисковать и восстанавливать тракт бывший лорд не стал, заложив окружную дорогу. Как оказалось, зря. Его решение привело наш удел к краху — без торговцев, держащих свой путь в главный порт Росдона, мы лишились основного заработка.

Желая узнать как можно больше об этом месте, я стала ненавязчиво задавать вопросы, пока экономка, наконец, назвавшаяся Райшей, совершенно спокойно, со знанием дела помогала мне купаться.

В итоге Райша рассказала мне о том, как много мехов, полезных трав, ягод и ингредиентов в своё время продавали здешние люди. Так же с её слов земли лорда Горстона славились своими ювелирами, которые после исчезновения кратчайшего пути в Росдон разъехались кто куда. Даже здесь, в усадьбе, носящей славное имя Фирузен, осталась мастерская одного из уехавших мастеров.

И чем дольше я слушала Райшу, тем больший потенциал видела в этом месте. Да, сейчас усадьба скорее походила на увядающий сад, однако при должном подходе его ещё можно будет оживить.