8

Первый робкий солнечный луч пробивается сквозь плотно задвинутые шторы и яростно бьёт меня прямо в глаз. Невыносимо жжёт моё веко, и мне стоит огромных усилий открыть его. Голова бешено гудит и раскалывается. Я лежу в своей постели, уставившись в потолок и пытаясь восстановить все события минувшего дня. И если утро я ещё кое-как помню, то все, что происходило после восемнадцати ноль-ноль, словно утопает в плотном молочном тумане. Тут резкое воспоминание о дряни-Мие бьёт меня в сердце, как острый нож, и я морщусь от боли. Потом я припоминаю обольстительного незнакомца, который вчера подкатывал ко мне, и усмехаюсь про себя: ко мне и не такие подкатывали в своё время! Но ничего, пережила! Как хорошо, что у меня вчера хватило мозгов и силы воли гордо удалиться домой. И теперь я лежу в своей тёплой и мягкой постельке, правда, с головной болью, и рядом слышу тихое мирное дыхание своего мужа. И мне даже становится на стыдно, что я вообще могла подумать о нём что-то плохое! Он же у меня самый лучший! Ну, если не брать в расчёт его ведьму-мамашу. Но кто же без недостатков! Тут Женина рука притягивает меня к себе, нежно гладит мою грудь, вываливающуюся из корсета, который я, видимо, так и не в силах была вчера с себя снять, и низкий грудной голос, совсем незнакомый, шепчет: – Ну что, проснулась, детка? Иди ко мне… – и прижимает меня к своему накачанному мускулистому животу. И я боюсь обернуться. И голос я этот знаю. Голос вчерашнего незнакомца. Богдана. Как ошпаренная я вскакиваю на ноги, хотя секунду назад даже и не подозревала, что вообще смогу сегодня пошевелит хоть пальчиком. Я в ужасе смотрю на мужчину, разлёгшегося в моей постели. В постели моего номера. Который я сняла вчера для нас с Женей. У кровати стоит серебряное ведёрко с пустой бутылкой, свечи догорели, а моё роскошное французское платье валяется как ненужная шкурка Царевны-лягушки на банкетке. – Ммм, какая ты красивая, – тянет Богдан, нагло рассматривая меня, и я, наконец-то сообразив, что стою перед ним в одном корсете, хватаю своё платье и стараюсь прикрыться им. – Зачем, не надо, вчера ты не была такой скромницей, – продолжает он. И у меня в голове огненным факелом загорается одна единственная мысль: «У нас с ним что-то было?!» Такая пугающая и откровенная, что я боюсь даже задать этот вопрос вслух. Пытаюсь отгадать эту загадку по возможным «следам преступления» в номере, но не вижу ни использованных презервативов, ни разбросанного нижнего белья. Хотя стоп. Лёгкое одеяло, которым слегка прикрыт торс Богдана ненавязчиво сползает, обнажив его полностью. Он без трусов. И его маленький дружок вполне готов к бою. Хотя нет, он совсем не маленький. Это, мать его, самый большой и красивый член, который я когда-либо видела в своей жизни! Я стою, как полная идиотка, уставившись на его фаллос. Нервно сглатываю. – Ну что ты, крошка, иди ко мне, видишь, как он тебя хочет, – приглашает меня к себе под бочок мой случайный мужчина, пока я стою, как соляной столп посреди номера. – Нравится? – спрашивает он меня, поглаживая свой идеальный фаллос, и я наконец-то, выдавливаю из себя: – Да… Точнее.. Нет! Конечно нет! – ору я. Боже мой, что я вообще несу! Хотя, если подумать, от такого члена я бы точно вряд ли смогла бы сейчас даже встать с кровати, не то что ходить. Я прислушиваюсь к своим ощущениям. Ничего. Моё тело молчит. Да, если не считать безумного желания, которое я начинаю ощущать внизу своего живота. Надо поскорее убегать отсюда. Забыть, как страшный сон. Навсегда. Ничего не было, ничего не было, повторяю я пор себя, как мантру, как будто это мне как-то поможет. – Ну что же, я никого не принуждаю к сексу, – с улыбкой отвечает Богдан. – Все женщины сами хотят переспать со мной. Ты вправе делать то, что хочешь. И хотеть, кого хочешь, – многозначительно добавляет он. – Но можешь передать своему мужу от меня, что он полный идиот, – хмыкает Богдан. – Не смей ничего говорить о моём муже! – возмущённо пищу я. Хотя, чья бы корова мычала! Что я скажу своему Жене?! Хотя, скажу правду: что ждала его до самой ночи в отеле, а потом, так и не дождавшись, пошла спать в номер. И тут подозрение тоненькой иголкой колет меня в самое сердце. Стоп, если мой Женя так и не появился вчера, то где же он провёл ночь? С мать-её-Мией?! Так, стоп. Надо остыть и решать проблемы по мере их поступления. Скорее всего он поехал домой и сейчас досматривает свой десятый сон. Пока я тут кувыркаюсь с голым мужиком в одной кровати. Обалденным мужиком, надо отметить. Даже моему Жене до него далеко… Но я верная и порядочная жена. И не должна засматриваться на чужие стоящие члену. Пусть хоть и такие бесподобные и красивые. Так, надо выяснить, что же было, что же было… И я начинаю издалека. – Послушай, Богдан, – выдавливаю я из себя. – Всё, что произошло между нами вчера, было ошибкой. Случайностью, понимаешь? – нервно сглатываю, пытаясь по его реакции определить, что же всё-таки было. – Я вчера немного перебрала, получила очень неприятные новости, ну и… – пытаюсь сформулировать я и описать события вчерашнего вечера. Особенно если учитывать, что я ни черта не помню. – Ничего не было, детка, – вдруг отвечает мне он. И словно камень падает у меня с души. – Поверь, если между нами хоть что-нибудь было, ты бы это запомнила на всю жизнь, —многозначительно смотрит он на свой эпический фаллос, и я медленно киваю в ответ Вот дура, опять. Что я делаю?! Хотя я с ним полностью согласна. Такое я бы не смогла забыть никогда. – Поэтому мы прост вчера немного выпили, как взрослые, повеселились, а потом ты пригласила меня к себе в номер, чтобы я не садился рьяным за руль. Вот так. Я смотрю на Богдана и мне хочется расцеловать его за эти слова и прыгнуть к нему в кровать. Ничего не было! И ничего не будет. И предательская мысль-сожаление мелькает у меня в голове, как незаметная мушка. Ничего не будет. – Ты просто замечательный мужчина, Богдан, – радостно тараторю я, натягивая своё платье. – Но я, к сожалению, замужем! – и он встаёт с постели и подходит ко мне сзади, помогая застегнуть платье. И я чувствую, как его горячий алый член касается легко моей попки. – Но если вдруг решишь развестись со своим идиотом, я буду тебя ждать, – шепчет он мне на ушко, и меня словно бьёт током. От его слов. От лёгкого прикосновения его губ. От его мускусного аромата. И я, не в силах сопротивляться, поворачиваюсь к нему и целую его в изогнутые арфой губы. И выбегаю из номера, прихватив свои грёбаные туфли.