Глава 5

— Где там моя беглянка и бунтарка, — слышу голос Георгия. Не могу понять, который час. И телефон, как назло, сел. За окном темно, но в доме напротив в окнах горит свет.

— Гош, домой иди. — голос мамы. По интонации она не терпит возражений. — Ульяна спит. Не знаю, что там между вами произошло, но я тебе очень не советую сейчас ее трогать.

— Она — моя жена и должна ночевать рядом со мной.

Представляю, как сейчас Гошка скрипит зубами от злости и сжимает руки в кулаки. Он привык, что все в этой жизни происходит по его воле и так, как он хочет. А сейчас я ослушалась.

— Гош, — мама включает свои “женские энергии”, - ну спит ребенок. Перенервничала, плакала полвечера, успокоительного ей дала. Ты же старше, должен быть умнее, зачем над ней издеваешься?

— Я вообще не понял, что произошло. Улька меня обвинила во всех смертных грехах, а я и знать ничего не знаю. В моем кабинете все раскидала.

Ах так, ничего не знает он. Как же.

Выскакиваю в коридор. Руки трясутся от ненависти и несправедливости.

— Ничего не знаешь? Ты наш загородный дом превратил в бордель! Мы его строили. чтобы детей там растить, а ты... - реву, в самое неподходящее время эмоции решают показаться.

— Ты с ума сошла? Я в доме последний раз с тобой был.

Ах, это я сошла с ума, возвращаюсь в комнату, ставлю телефон на зарядку, что ткнуть в лицо ему адрес, куда ассистент приглашает моделей.

— Вот. Проспект Богдана Хмельницкого, семьдесят четыре. Знаешь, что там находится, — распыляюсь и топочу ногой. Сейчас мне больше всего хочется, чтобы он признал вину. Не для того, чтобы простить, чтобы не выглядеть даже в своих глазах сумасшедшей.

Гошка спокойно смотрит в телефон. Ухмыляется, на лице появляется едва заметная улыбка.

— Ребят, ночь на дворе, не время отношения выяснять. Зачем оно сейчас? — мама сглаживает углы.

— А нечего выяснять. Я жду, когда Ульяна оденется, и мы поедем домой.

— Ты меня предал, я с тобой никуда не поеду, — стараюсь говорить тише, иначе сейчас все бабушки-соседки прибегут на помощь. А потом месяцами будут перетирать, как Ленькина дочка с мужиком поцапалась.

— Может, твоя мамаша тебя не чаем напоила. — не замечает взгляда мамы. Я знаю, что он считает ее немного не в себе. — Собирайся, поехали, дома поговорим.

Смотрит немного исподлобья. От взгляда не по себе.

— Я устал и хочу спать. Давай, у тебя есть пять минут. Время пошло.

— Кто тут раскомандовался. Это мой дом, и мне решать, кто куда уйдет, а кто здесь останется, — из спальни выходит заспанный отец. — Ты чего тут шумишь? Утром приезжай, и будем решать, что делать дальше.

— Ульяна, — показывает пальцем на часы. — Время идет.

Не хочу скандалов и ругани. Проще собраться и поехать, а дома прибить его сковородкой. И сдать вид, что случайно.

— Я никуда не поеду, но готова выйти с тобой поговорить.

— Не заставляй меня применять силу, — стоит, как самодовольный индюк, которому море по колено. — Мы с моей женой, сами все решим. Нам советчики в семейных делах не нужны. Маменька и папенька, — голос ехидный, — можете отправляться спать. Ульян, у тебя полторы минуты.

В такие моменты, у меня ощущение, что мир сужается, а меня загоняют в клетку. Начинаю внутренне метаться, как загнанный зверек с бешеными глазами. Больше всего я боюсь, что начнется драка. Мой папа прекрасный мужчина, но Гошка его крупнее и сильнее. Не думаю, что “еще пока муж” может покалечить моего отца, но даже намек на проигрыш сильно унизит папу.

Приходится включать “женские энергии”, будь они неладны.

— Я домой не поеду, мало ли кого ты там на нашей кровати раскладывал.

— Ульян, не играй с огнем. Я тебе хоть раз врал? — Гошка психует. Он вообще не любит приезжать к моим родителям. А сейчас, когда его ткнула в его же лужу, принципиальность поперла изо всех ушей.

Вот так он в чем-то прав, я ни разу не ловила своего мужа на лжи. До сегодняшнего дня. Просто я слепая, любовь... Но то, что произошло в загородном доме, перекрывает все плюсы за столько лет семейной жизни.

— У тебя тридцать секунд, — делает шаг ко мне.

— Георгий, ну перестань! Иди уже домой! — отец повышает голос, сжимает кулаки.

— Пап, пожалуйста, не надо, — показываю рукой, чтобы он замолчал.

— Твое время закончилось, — Гошка делает шаг ко мне, хватает под коленками. и закидывает меня себе на плечо. Разворачивается к вешалки, одним движение срывает мою шубку вместе с петелькой.

— Поставь ее на место, — отец бросается с кулаками. Мама визжит на весь дом. Вселенная, зачем этот опыт мне?

Гошке все равно.

— Поставь мне ня место, — шиплю, колочу кулаками по огромной спинет.

— Милая, — голос грубый и раздраженной. — Рот закрой, все обсудим дома.