Глава 15

— Вяземский, ты совсем охренел?! — Взревел Артем, но где-то очень далеко, будто и не на одной с нами планете.

Вяземский его проигнорировал, как надоедливую муху, крепче прижал меня к себе и проник языком в рот. Мне бы отбиваться, на помощь звать, по яйцам ему врезать, но от неожиданности, от такой наглости и напора я растеряла весь свой боевой задор, и просто позволяла ему себя целовать. Очень искусно, кстати. Так что у меня внизу живота сразу вспыхнул огонь и трусики промокли насквозь. Ох, Поля, какая же ты шлюха.

— отпустит мою жену! - Голос Артема вроде стал ближе, а вокруг смолкали музыка и смех. Я кожей чувствовала на себе удивленные взгляды гостей и возмущенный супруга, но все это казалось неважным, далеким. Теплые, нежные губы Вяземского значили намного больше и его язык. О боги, что он вытворял языком. Такое надо запретить Уголовным кодексом. Это слишком прекрасно.

— Полина! - На плечо легла ладонь супруга. И он потянул меня к себе, отрывая от Вяземского.

А я стояла, как пьяная. Вяземский выпустил меня, на прощание прошептав:

— Картье и Дольче тебе идут больше, «Тома», — он нагло ухмыльнулся, обжег меня взглядом голубых порочных глаз, обещавших такое, что у меня кожа запылала, соски моментально затвердели, а низ живота свело сладостной судорогой от предвкушения близости.

Не сразу вспомнила, что вообще то, мы на приеме в честь гостей из Эмиратов, повсюду друзья, партнеры, коллеги. Надо взять себя в руки, как-то спасать положение. Сегодня должна была пострадать репутация мужа, а не моя разлететься в прах.

— Что ты здесь делаешь? - Процедил Артем сквозь зубы, хватая меня за руку и притягивая к себе, словно нашкодившую собачонку. Того и гляди отшлепает.

Я прикусила губы, влажные после поцелуя с моим врагом, вообще-то. Соперничество между нашими корпорациями ни для кого из присутствующих не было секретом.

— Меня пригласили, - Вяземский бросил на меня такой взгляд, что впору провалиться от стыда, в нем горело неприкрытое желание, дикая похоть.

Внутри все сжалось от предчувствия, что он сейчас разоблачит меня, расскажет все Артему, но Вяземский кивнул на гостей из Эмиратов, довольно улыбающихся и кивающих ему в ответ.

Что происходит? Они знакомы?

Кажется, мой гениальный план провалился еще на стадии задумки.

— Мои партнеры рассказали о твоих разработках и предложениях, хотели, чтобы я обсудил их с тобой, так сказать, протянул тебе руку, забыв о распрях, — Вяземский окинул скучающим взглядом собиравшуюся вокруг нас толпу. Стервятники слетались на пир.

Завтра вся Москва будет гудеть о нашем с Артемом провале. И судя по тому, как позеленело у супруга лицо, он уже понял, что угодил в ловушку, которую расставил Вяземский.

Черт, Поля, с кем ты связалась? Он же играл с тобой, наверняка с арабами у него давно все было налажено.

Куда я вляпалась? Полезла со своими недошпионскими штучками прямо в пасть прожжённого волчары.

Надо исправлять положение. Срочно! Я обворожительно улыбнулась, хотя внутри все кипело от ярости. И сказала спокойно, голос почти не дрожал:

— Так, что нам мешает все обсудить? Здесь есть укромный кабинет, нас там не побеспокоят.

Вяземский на меня так посмотрел, что следующей фразой я подавилась. О, он бы прошел со мной в укромный кабинет, но вовсе не для того, чтобы что-то обсудить.

Поля, соберись! Он наверняка хотел ответить какой-то дерзостью, но перевел взгляд на Артема и замер с приоткрытым ртом, уставившись на его волосы. Наглое превосходство сменялось на его лице брезгливым омерзением, он прищурился, усмехнулся:

— Я, пожалуй, воздержусь, с блохастыми псами предпочитаю не общаться.

Артем чуть не бросился на него с кулаками.

Но в этот момент среди шепотков раздалось отчетливо одно слово: «Вши».

Побитая временем актриса, до этого танцевавшая с Артемом, чуть не пальцем показала на его голову. Гости, как по команде уставились на него.

Супруг поднес руку к волосам, нащупал в них что-то, поднес к глазам и с отвращением затряс ладонью. С выражением чистого ужаса на лице бросился бегом к коридору, где располагались туалеты. Гости расступались перед ним, как перед прокаженным.

Это был провал. Моя ужасная месть срикошетила и ударила по мне. Стоило Артему скрыться, как все взгляды обратились ко мне. Облив волной ядовитого любопытства.

Вяземский, утратив ко мне интерес, направился к арабам. Они пожимали друг другу руки, как старые друзья, улыбались, сыпали любезностями.

Мне хотелось провалиться сквозь землю. Кажется, я только что помогла Вяземскому отправить нашу компанию на самое дно.

Но весь масштаб катастрофы стал очевиден только на следующий день. Акции стремительно рухнули в пропасть, и акулы Вяземского скупали их по дешевке. От заключенных контрактов отказались три крупные компании, для одной мы уже начали вести работы. Неустойка, которую они должны были выплатить, не покрыла бы и трети убытков. Фотографии Артема, несущегося в туалет, в сети стали мемом. А я была женой посмешища. Хотела разрушенной репутации - кушай, Поля, не обляпайся. Хотела лишить Артема компании - получай! Телефон с утра разрывался от звонков и сообщений, друзья, знакомые, даже родители хотели узнать, что вчера произошло. Поживиться сочными подробностями, чтобы потом перемыть нам кости за коктейлем между обсуждением нового ресторана и скандальной выставки.

Только Артему было наплевать на то, что наша жизнь летела в пропасть. Да, в том числе по моей вине. Он с самого утра не вылезал из ванной, под чутким руководством специалиста выводя вшей.

В доме тошнотворно пахло средством от насекомых.

Санобработка прошла с утра. Вещи все пришлось сдать в химчистку. Я забилась в самую дальнюю спальню, накрылась одеялом с головой и тихо умирала от злости на Артема, на Вяземского, на себя. На звонки перестала отвечать час назад, сообщения просматривала мельком, чтобы быть в курсе, насколько глубока яма, из которой придется себя выковыривать.

Мобильный булькнул. Смотреть не хотелось, но неимоверным усилием воли я заставила себя открыть и прочитать: «Не грусти, Тома. Машина ждет у ворот».

Нет, ну каков наглец! Отшвырнула телефон в дальний угол, закусила губу, заскулив от ярости. Понимала, не удержусь.

Пойду. Я ему кое-что задолжала и, похоже, это единственный шанс вернуть долг.

Черный майбах ждал не у ворот, а напротив. Мигнул фарами, когда я показалась на подъездной аллее. Охранники проводили меня сочувственными взглядами. Да, дела совсем плохи, если мне даже подчиненные сочувствуют.

Ехали недолго, оказывается, мы с Вяземским были почти соседями, только его участок раз в двадцать больше и дом напоминал дворец.

НУ, разумеется, потомственный аристократ может себе позволить все, что захочет.

От обработки уцелело только одно платье, то самое трикотажное пастельное, облегающее фигуру, как вторая кожа.

Вяземский ждал меня в прихожей, размером с небольшой коттедж. Ухмылялся такой выбешивающей, такой притягательной ухмылкой.

— Я знал, что ты придешь, — сказал он, окинув меня наглым взглядом, будто я прямо сейчас упаду на колени и сделаю ему приветственный минет. хрен он угадал. Очаровательно улыбнулась, подплыла к нему, выписывая бедрами изящные восьмерки, и отвесила пощечину. Нормально так приложила, от души. Не дожидаясь его реакции, развернулась на каблуках и пошла прочь.

— Не так быстро, Полина! - Крикнул Вяземский, подбежал ко мне и схватил, поднял за талию и перекинул через плечо, как дикарь, звонко шлепнул меня по ягодице. Я вскрикнула от возмущения и неожиданности. Он потащил меня куда-то вверх по лестнице, волосы упали налицо, и я ничего не видела.

Вяземский занес меня в спальню и бросил на кровать как пушинку. Не успела я опомниться, как он навалился сверху, подмял под себя и зашарил алчными ладонями по моему телу.

— Пусти! - Я вырывалась, брыкалась, царапалась, но его мое сопротивление только забавляло.

Вяземский покрывал обжигающими поцелуями мою шею, жадно стискивал грудь и шептал.

— Ты же отомстить хотела мужу, так давай отомстим. Полина, я хочу тебя. Ты хочешь меня, я же вижу. Зачем ты еще ко мне пришла? Зачем весь этот цирк устроила?

Я выворачивалась, пыталась отпихнуть его от себя, не хотела я так мстить Артему, но тело мое хотело. Ох, еще как хотело.

Вяземский опытный совратитель знал, где поцеловать, где погладить так, чтобы женщина потеряла над собой контроль, тая в его руках, умоляя о ласке. Когда он задрал мою юбку и проник в трусики, уверенно погладив нижние губки, как назло, уже влажные, я не смогла сдержать сладостный стон. С Артемом я давно такого не испытывала, чтобы вот так, как спичка зажигаться.

Бедром чувствовала полную готовность Вяземского. И эта готовность. ох. К аристократу природа была щедрее, чем к моему неверному супругу.

Намного щедрее, так что я даже испугалась, что вся эта щедрость для меня слишком.

Вяземский не отступал, проник пальцем в мое лоно:

— Какая ты крошечная, Поля. Павлов идиот гулять от такой женщины, - хрипло простонал он и потянулся к ремню.

Но его слова меня отрезвили. Не этого я хотела. Не просто секса. Если отдамся Вяземскому сейчас, буду ничем не лучше Артема.

Я уперлась ему в грудь и твердо сказала: - Нет.