Глава 35

Саша не выпускал меня по дороге к машине, целовал шею, губы, ласкал, обнимал. Не помню, как подходили к гардеробу, просто в какой-то момент у меня на плечах оказалось мое пальто, а под ним уверенные руки Вяземского, изучавшие мое тело. Не успела почувствовать ночной зимний холод на коже, как оказалась на заднем сидении автомобиля, мчавшегося сквозь Питерскую снежную ночь.

Все мое внимание занимал Саша... Саша.. не Вяземский, больше нет.

- Люби меня, Саша. Не оставляй одну. Люби.. шептала ему между поцелуями, забыв, что в машине есть водитель, забыв, что где-то в Москве неверный бывший муж сейчас спит с очередной шлюхой.

- Люблю, малыш, - отвечал Саша и целовал еще глубже, яростней, нежнее, изучая мои беда алчными ладонями, крепко прижимая меня к себе.

ЕГО поцелуи обжигали кожу.

- Не оставляй.

Опаляющий, выматывающий поцелуй.

- Люблю, - горячие пальцы, проникающие под корсаж и ласкающие грудь.

Когда машина остановилась, я даже не поняла, где мы, не успела увидеть, куда Саша привез меня.

Лишь услышала, как за нами захлопнулась дверь. Едва мы оказались в доме, Саша жадно начал срывать с меня, дергая застрявшую молнию, а я никак не могла расстегнуть пуговицы на его рубашке, так сильно дрожали руки.

- По хрен, - Саша увидел, мои бесплодные попытки и рванул рубашку, пуговицы заскакали по полу, убегая куда-то в темноту незнакомого чужого дома. Не чужого -Сашиного. И на эту ночь - моего.

Я жадно припала к его груди, покрывая поцелуями, скользя губами и ладонями по мягким кудрявым волоскам, спустилась ниже, встала на колени и провела языком по дорожке волос, спускавшейся к паху. Саша глухо застонал, вцепился в мои волосы.

- Поля, иди ко мне...

Но я уже расстегивала пряжку ремня, молнию на брюках.

Спустила с него боксеры, высвободив мощный, твердый, как камень, огромный член. Во мраке блеснула вязкая капелька на головке и я припала к ней губами, облизала шелковистую головку как леденец, провела языком по стволу и, покрыла острыми, жалящими поцелуями мошонку. Саша стонал и зарывался глубже пальцами в мои волосы.

- Полина, что ты со мной делаешь? - Прохрипел Саша, а я взяла в рот его член и показала, как сильно его хочу, - Поля... остановись, я хочу в тебя, малыш.

Глупый, разве сейчас он не во мне?

Я двигала головой, с каждым толчком все, больше отдаваясь ласке. Слезы брызнули из глаз, когда головка достала до горла, но я не останавливалась. Хотела этого, между ног разгорался настоящий пожар. Саша сильнее вцепился в мои волосы, глухо стонал, а меня пьянило его возбуждение, его удовольствие было и моим. Когда во рту разлилось горячее семя, я застонала вместе с Сашей.

Саша склонился надо мной, стер слезы со щек, прошептал глухо: -Моя очередь, - поднял меня на руки и понес в спальню.

А я затихла, прижавшись к его груди и просто вдыхала запах, мужчины, моего мужчины, в эту ночь моего.

В спальне Саша положил меня на кровать, не стал возиться с застрявшей молнией и просто сорвал с меня платье. Избавился от оставшейся на нем одежды и лег рядом со мной, чтобы сразу припасть к груди, покрыть полукружия рваными жадными поцелуями, прикусывая соски, слегка, чтобы я выгибалась дугой и стонала в предвкушении большего. Я думала, что и трусики он сорвет, но нет, их Саша снимал медленно, целуя кожу, вслед за соскальзывающей с бедер тканью.

Раздвинул мои ноги и устроился между призывно разведённых бедер, и припал губами к пылающему, ноющему бугорку, изнасиловал его языком, вырывая у меня громкие бесстыдные стоны. Выписывал на напряженной точке чувственные восьмерки, рисовал кружево и беспощадно бил по нему самым кончиком языка. Не спускаясь к лону, все внимание сосредоточив на крошечной точке моего тела, в которой сейчас было все сосредоточено все мое существо.

Едва я забилась в диком, убивающем и воскрешающем одновременно оргазме, Саша быстро лег на меня и ворвался в лоно резким толчком, враз присвоив меня себе, сделав своей, поймав сладостные судороги и выпив мой крик поцелуем. Он вбивался в меня резко, жестко, как изголодавшийся по женщине за годы службы солдат. А я могла только кричать и вцепляться в его спину и плечи ногтями, оставляя на коже царапины.

Огромный, твердый и горячий член мощными толчками врывался в мое, соскучившееся по проникновению лоно, заставляя тело извиваться от сладких, обжигающих судорог. Саша резко вышел из меня, но не успела я разочарованно застонать, как он в мгновение ока перевернул меня на живот и заставил встать на колени, уперевшись руками в изголовье кровати. Ворвался в меня, резко на всю длину. Я закричала от этого наглого, уверенного вторжения, и кричала снова и снова, пока Саша проникал в меня сильными, жесткими толчками, схватив за бедра и не позволяя отстраниться.

Он не спрашивал нравиться мне или нет, просто брал то, что хотел, и так, как хотел. Брал меня, как мужчина, как мой мужчина, и ему было все равно согласна я или нет. от этой самоуверенности, от этой возможности наконец-то почувствовать себя слабой и безвольной, женщиной - добычей, нежной, трепетной ланью в лапах хищника, я захлебывалась криками удовольствия и так крепко сжала изголовье от сильнейшего оргазма, сотрясшего тело, что свело пальцы.