Глава 19. Союзник

Диана

Мир словно останавливается на несколько секунд.

Я сижу, зажатая между двумя мужчинами, и не могу поверить в происходящее. В висках начинает стучать. В голове хаос: обрывки мыслей, вопросы без ответов, злость пополам с паникой.

Откуда, черт возьми, Кирилл узнал, что я улетаю и куда именно? Кто мог его предупредить? Мысленно лихорадочно перебираю варианты. Влад? Нет, не может быть. Он же сам предложил воспользоваться билетом! Неужели он меня сдал?

Нет. Только не Влад. Он сам в такой ситуации, знает, что мне так же больно, как и ему. Он никогда не стал бы... Или все-таки стал? А вдруг Кирилл ему заплатил? Или угрожал? Господи, да что это за кошмар!

Я пытаюсь взять себя в руки, но руки дрожат. Хорошо, что они лежат на коленях и этого не видно. Дышу глубже, стараясь успокоиться. Не время паниковать. Не хочу дать Кириллу понять, насколько сильно он выбил меня из колеи.

— Как ты узнал? — шепчу еле слышно, поворачиваясь к нему всем корпусом.

Надеюсь, что Давид не слышит. Мне жутко не хочется выставлять свои семейные проблемы напоказ перед человеком, с которым только что встретилась после стольких лет.

— Дорогая, разве это важно? — отвечает Кирилл с этой своей фирменной самодовольной улыбкой. — Главное, результат.

О да, результат налицо!

Мой долгожданный отпуск, на который я так рассчитывала, превращается в кошмар еще до взлета. Значит, признаваться он не собирается.

Кирилл сидит себе с удовлетворенным видом, откидывается в кресле, устраиваясь поудобнее. Скотина!

Злость начинает вытеснять шок. Как он смеет?! Как смеет следовать за мной, портить мой отпуск, вторгаться в мою жизнь после всего, что между нами произошло? У меня есть право на личное пространство, на покой, в конце концов!

Я поворачиваюсь к Давиду. Он наблюдает за нашим немым противостоянием, и по его виду вообще непонятно, что думает. Он всегда умел держать лицо.

— Мой муж забыл упомянуть, что он почти бывший, — говорю ему с самой милой улыбкой, на какую только способна. — Я уже подала на развод, так что, считай, я свободна. И лечу отдыхать одна.

Специально делаю ударение на последнем слове и слышу, как Кирилл стискивает челюсти так, что скрипят зубы. Отлично! Пусть знает, что я не собираюсь играть в счастливую семейную пару.

— Диана... — Кирилл тянется ко мне, пытается взять за руку, но я резко отдергиваю ее и продолжаю:

— Честно говоря, я бы предпочла сменить место, не хочу весь полет портить себе настроение. Ты не против?

— Не против, — отвечает Давид с пониманием.

Я оглядываюсь в поисках стюардессы. Вот она, улыбчивая блондинка в синей форме, проходит по проходу, проверяя, все ли пассажиры пристегнули ремни.

— Девушка, — окликаю ее, — простите, а можно ли как-то пересесть? У меня... — ищу подходящие слова, — сложная ситуация.

Стюардесса подходит ближе, наклоняется ко мне с профессиональной участливой улыбкой:

— В чем проблема?

— У вас есть свободные места?

Она качает головой с сочувствующим видом:

— Простите, но у нас полная посадка, свободных мест нет. Рейс забит под завязку.

И уходит дальше по салону, оставляя меня наедине с моей проблемой.

Настроение окончательно портится. Неужели мне придется терпеть Кирилла весь полет? Сидеть рядом, дышать одним воздухом, выслушивать его попытки примирения? Этого просто не может быть!

Давид внимательно наблюдает за мной. Видит мою реакцию, переводит взгляд с меня на Кирилла и обратно. В его глазах читается понимание: он явно понимает, в каком я состоянии.

— Если хочешь, мы можем поменяться местами, — неожиданно предлагает он.

И подмигивает так, что видно только мне. Как в старые времена: тот же заговорщический взгляд, та же готовность помочь в сложной ситуации.

— Согласна! — отвечаю не раздумывая.

На секунду поворачиваюсь к Кириллу и с удовлетворением вижу, как он багровеет от злости. Лицо наливается краской, на лбу проступают вены. Но сделать он ничего не может: мы же в самолете, при людях.

Ему остается лишь бессильно наблюдать, как Давид встает со своего места и пересаживается на мое.