Глава 16. Как не сойти с ума?

Ольга – Ольга Алексеевна, у вас все в порядке? – спрашивает коллега. – Да, – задумчиво отвечаю я, – то есть нет… Мне только что сообщили, что Вики сегодня нет в школе. Ничего не понимаю… Она должна была отсутствовать только на первом уроке, так как была записана на прием к гинекологу. Прошу коллегу отвести к сцене детей, которые сейчас будут выступать, а сама выхожу из шумного зала и звоню дочери. Но она не берет трубку… С каждой секундой внутри все больше и больше разрастается чувство тревоги. Надеюсь с ней ничего не случилось. Она никогда не пропускала школу без уважительной причины. Если бы такая причина была, то она сказала бы об этом мне. Возвращаюсь в зал, ищу глазами коллегу, и бегу к ней со всех ног. – Тамара Вадимовна, мне срочно нужно уехать, – запыхавшись, тараторю я. – У меня дочь пропала. В школе ее нет, трубку тоже не берет. Я поехала ее искать. – В смысле вам нужно уехать? – возмущенно спрашивает она, и кивает в сторону детей, – мне одной везти их обратно в школу? Я с ними не справлюсь! – недовольно фыркает. – Я решу этот вопрос, – торопливо накидываю на плечо сумочку, разворачиваюсь, и, забыв попрощаться, быстро иду к выходу из дома культуры. Вызываю такси, затем звоню коллеге, прошу ее приехать сюда, и она, слава богу, не отказывает мне в просьбе. Прыгаю в машину и всю дорогу до дома набираю номер дочери. «Вика, ты где???» – пишу ей сообщение. «Что случилось? Ответь, пожалуйста, на звонок. Я за тебя очень переживаю». Мои сообщения она тоже игнорирует. И не появляется в сети. Сердце барабанит от страха, ладони взмокли. – Выйди на связь, умоляю, – шепчу дрожащими губами. Набираю ее парню Диме Громову, но он скидывает звонок. «Ольга Алексеевна, что-то срочное? Просто я на уроке», – пишет мне в телеграм. «Дима, ты не знаешь, где Вика?» «Не знаю. Мы вчера поссорились, теперь она не отвечает на звонки и не читает сообщения. Позвоню ей еще раз на перемене». Сижу вся как на иголках и рассуждаю: «Возможно, она не пришла в школу из-за ссоры с Димой. Тогда почему трубку не берет?! Она никогда так не делала. Знает, что я за нее очень сильно переживаю. Может, она спать легла? Наверное, расстроилась как всегда, наплакалась, и уснула». В этом мы с Викой очень сильно отличаемся друг от друга. Она все пропускает через себя, очень сильно переживает, когда у нее проблемы в школе или на личном фронте, а еще она очень долго таит обиду на людей, которые ее чем-то огорчили. Помню, как год назад Вике показалось, что ее подруга детства заигрывает с Димой. Дочь вычеркнула ее из жизни несмотря на то, что они были неразлучными подружками. Я пыталась поговорить с ней на эту тему, но она не захотела слушать. Сказала, что никогда не простит, и попросила закрыть эту тему. Раньше, когда она была маленькая, мне было гораздо проще с ней разговаривать. Но с годами она становится более замкнутой, скрытной, раздражительной. Я понимаю, что подростки очень уязвимы. Много лет с ними работаю, и чего только не повидала за эти годы. Личное с родителями не обсуждают, проблемами тоже не делятся. Нужно приложить немало усилий для того чтобы их разговорить и выяснить, что у них произошло. Вот и Вика сейчас такая же скрытная. Вчера вечером или сегодня утром она могла бы поговорить со мной о своих отношения с Димой, сказать, что ее беспокоит, и я бы обязательно помогла найти выход из положения. Но она промолчала… А сейчас, возможно, плачет дома в подушку, и в одиночку переваривает ссору с Димой. Очень надеюсь, что сейчас увижу ее. Успокою, затем увезу к озеру, и там мы с ней поговорим обо всем, что ее тревожит. Как только машина останавливается у моего подъезда, я пулей вылетаю на улицу и бегу домой. Распахиваю входную дверь, быстро обхожу все комнаты, заглядываю в туалет, в ванную комнату, на балкон, но Вики нигде нет… – Без паники, Оля, – пытаюсь себя успокоить, чтобы как следует подумать, где она сейчас может быть. Гуляет по городу? Сидит в парке на лавочке? Это в лучшем случае. А если с ней случилось что-то страшное? – Вика, девочка моя, – всхлипываю отчаянно, и снова набираю ее номер, – возьми трубку, доченька. Очень прошу, ответь на звонок, или я сейчас сойду с ума. Подхожу к ее письменному столу и открываю ноутбук. Я понимаю, что нельзя лезть в чужие переписки, но, когда речь идет о безопасности детей – можно. Вдруг я найду какую-нибудь зацепку? Но на ее ноутбуке стоит пароль… Дата рождения не подходит, номер телефона тоже… Быстро иду в спальню, снимаю блузку, юбку, и надеваю спортивный костюм, в котором бегаю по вечерам. – Так, – разговариваю сама с собой, – сбегаю в парк, в котором она любит гулять, и если ее там нет, то пойду в полицию! Только собираюсь выйти из комнаты, как мне звонит Сергей. – Оль, не переживай, Вика у меня. Он как будто бы только что услышал мои слова. – У тебя? – облегченно выдыхаю, запускаю пальцы в волосы, и медленно оседаю на кровать. Слава богу! Слава богу она нашлась! – Ты ведь дома? – спрашивает Сергей. – Точнее… ты дома или на работе? – Дома, – отвечаю я, все еще пытаясь привести себя в чувство. – Что Вика делает у тебя? И «у тебя» это где? У Киры? – Да. Вика сейчас спит у Киры дома. Я заеду через пятнадцать минут и все тебе объясню.