Глава 2

Катерина

Брошенная им фраза заставила меня зажмуриться. Мой муж никогда так не поступит. Я слишком хорошо его знаю. Он просто злится, что я застукала его с любовницей, поэтому говорит подобные вещи. Но отчего-то его слова заставляют меня задуматься. А вдруг все же? Нет, он не поступит так.

Я покачала головой и ощутила боль у виска.

Каков же урод!

Пальцами собрала покрывало в кулак и сжала, пытаясь унять свои эмоции. Нужно подняться, догнать Якова и поговорить с ним. Чувствуя боль, я осторожно коснулась головы и поднялась с кровати. В гостиной мужа не оказалось, я нашла его на кухне.

– Яков, – я остановилась за его спиной и едва не прикоснулась дрожащими пальцами. – Давай поговорим спокойно. Я прошу тебя.

Он резко обернулся и смерил меня ненавистным взглядом.

Внутри все похолодело. Никогда прежде он не смотрел на меня таким так.

– Что так резко тон изменился?

– Что с тобой? Ты же не такой, Яков.

– Я не такой. А вот ты по всей видимости любила не меня, а мои деньги, верно?

– Это она тебя так настроила?

– Меня никто не настраивал. Просто ты сейчас сама себя выдала.

Я свела брови на переносице и поморщилась. Кровь все еще капала, пачкая мою блузку.

– Почему ты мне изменил?

– Почему мужчины изменяют своим женам?

– Я не знаю. Раньше мне не приходилось сталкиваться с подобным.

Он сжал челюсти и громко втянул воздух через нос, затем так же громко выдохнул.

– Мне захотелось новых ощущений. Да и ты, мягко сказать не в форме.

Я нахмурилась, не понимая, о чем он говорит. У меня хорошая фигура, нет лишнего веса, а грудь идеальная для моего веса – больше двоечки. Что не так?

– Ты толстая, Кать.

– Ты ошалел? В каком месте я толстая?

– Ты видела Алиску?

– Она же тощая вылепленная силиконовая кукла. Что с тобой произошло, муж? С каких пор ты любишь скелеты?

– Не преувеличивай. Она просто следит за собой. Катя, прекрати себя вести так, словно случилось что-то непоправимое. Все живы, здоровы, а естественные потребности организма еще никто не отменял.

– Что ты говоришь, Яков? Очнись! Ты же всегда был адекватным взрослым мужчиной.

– Да твою же мать! – зашипел он и грубо схватил меня за плечи. – Я просто хочу другую бабу, понимаешь? Ты приелась уже, стала скучной.

Я прикрыла глаза и качала головой, не веря, что слышу подобное от своего мужа. От человека, который когда-то восхищался мной.

– Почему нельзя быть честным, – прошептала сквозь слезы, а он резко встряхнул меня.

– А я разве не честен с тобой?

Я сбросила с себя его руки и отошла к окну, взглядом погружаясь в темноту и вечерние огни города.

– Честность заключается не в том, что ты решил поделиться со мной после того, как я вас увидела. Яш, мы ждали тебя в детском доме. Понимаешь? – обернулась, чтобы заглянуть в его глаза.

Мужу, кажется, было все равно. Он спокойно наливал себе из графина воду, пил и раздумывал о своем.

– Ты подвел нас.

– Дорогая, – он со стуком вернул стакан на стол, – за те бабки, что я отстегиваю вашей шарашке, вы плясать передо мной должны.

Каждое его слово резало без ножа. Раньше он не позволял себе выражаться подобным тоном о том месте, в которое я вкладываю душу. Он знает, как для меня важна работа в детском доме. Как я люблю каждого ребенка и с каким трепетом к ним отношусь. А он сейчас говорит то, что ранит мою душу.

– Я, значит, тоже да, плясать должна?

– А ты чем-то отличаешься от них?

Лукьян снова перехватил меня за плечи и с силой встряхнул. А мне вдруг стало мерзко от того, что все это он делал не из любви ко мне или к детям. А просто потому, что не желал слушать мой плач. Так получается? До моих же чувств ему нет дела.

– Я хочу развод.

– Ты его получишь. Но я сказал уже свое последнее слово.

Я прищурилась.

– Значит, ты способен на подобное?

– Ты очень плохо меня знаешь, дорогая. Но у тебя есть выбор. Ты можешь остаться и обо всем забыть. Это ведь ничего не значащая интрижка.

– Забыть?

– Ты закрываешь глаза, а я остаюсь спонсором.

Он отпустил меня и вышел из кухни. Я стояла пораженная его словами, понимая, какую западню подготовил для меня собственный муж.