Глава 18

Лена – Боюсь, здесь я сделать ничего не могу. Мы конечно докажем, что ты давала ему деньги, но у него столько кредитов и долгов, что тебе придется встать в очередь, чтобы получить что-то…– говорит Иван, – но зато его можно посадить в тюрьму. – Да, но денег у меня от этого не прибавится, – уныло говорю я. Я сразу после разговора с Кириллом поехала к Соне и Ивану, чтобы обсудить ситуацию и теперь мы сидим на уютной кухне и пьем чай. – Ну да, квартира уже в залоге у банка, он ее и продать не сможет… Машина тоже в кредит. Другого имущества у него нет, если только доля в родительской квартире, – говорит Иван. – Ну что мне с ней делать? – говорю я, – не жить же с ними. – Ну ничего, Лен, – утешает меня Соня, – зато сейчас ты целый начальник отдела, заработаешь еще… – Еще бы Кирилл мне развод дал, гораздо лучше было бы, – говорю я. – Месяц не такой уж большой срок, – замечает Иван. – Скорее бы уж, – вздыхаю, – с глаз долой, как говорится… Чтоб не приходил, не просил… – Лен, ты что? Ты его жалеешь? – спрашивает Соня. Иван деликатно выходит из комнаты. Я задумываюсь, все чувства перепутались, переплелись и я уже не понимаю где жалость, аа где презрение, где обида, а где сочувствие. – Ты знаешь, если быть честной, то я так привыкла всех спасать и всем помогать, что и Кириллу в первую секунду хотела на помощь бросится, не смотря на то, как он со мной обошелся. И Кристину я с работы не увольняю, потому что жалко ее с матерью. Наверное, я тряпка, да Сонь? – Нет, Лен, ты не тряпка, – подумав отвечает Соня, – ты просто спасатель по жизни, тебя так с детства приучили, ты должна была помогать маме, Кристине, а так как Кирилл стал твоей семьей, то и ему. Это твое достоинство и беда. Жалостливая ты очень, Лена. Только…кто тебя пожалеет? Ведь ты у себя одна, ты должна о себе подумать, себя пожалеть. Твоя жизнь тоже важна! – Да кому она важна, я даже ребенка родить не смогла, – озвучиваю я свою самую большую боль. – Да ты и не родишь, пока о себе не подумаешь! – восклицает Соня, – как ты можешь свое дитя воспитывать, когда вокруг тебя куча “детей”, которым ты нянька? Нет, Лен, природа мудра! Если ты себя так разбазариваешь, не любишь себя, не уважаешь, то ребенку своему ничего дать не сможешь! Выгоришь! Я озадаченно смотрю на подругу, вот это завернула! Я ведь всегда думала, что помогать семье это святое и мать меня всегда этому учила, но вот… почему мне никто не помог? Почему насмеялись, вываляли в грязи, а потом еще и виноватой выставили? Разве я не их семья? Получается, что нет, а значит и я ничем не обязана никому. – Наверное, ты права, – говорю я. – Точно права! Я ведь курсы психолога закончила, – смеется подружка и внезапно спрашивает, – а как у тебя с Генеральным? – В смысле? С Генеральным у меня ничего нет, кроме взаимной неприязни, мне кажется, он меня ненавидит! – Так гоняет? – сочувственно спрашивает Соня. – Ага! А еще он с Кристиной…прямо в кабинете, представляешь!? Хотя знает, что она моя сестра. Назло мне, наверное. – Хм, а вот это уже интересно, – задумчиво говорит Соня. – Что интересного-то? – возмущаюсь я, – что он кобель? – Как говориться у психологов, в основе мужской агрессии против женщины всегда лежит сексуальный интерес, да еще и попытки вывести тебя на эмоции. Ты ему нравишься! – Да ну тебя с твоей психологией! – сержусь я, Соня как-то поразительно все с ног на голову переворачивает, – он меня изводит, с сестрой моей спит, издевается, а ты говоришь… – Возможно, он сам этого еще не осознает, – говорит Соня, – возможно у него какая-то травма… – Ой, все! Травма у него… ты его видела?! Он сам кого хочешь травмирует! Изверг! – Ну травмы у всех есть, но ты права, не давай ему себя в обиду! Помни, что ты личность! – Хорошо, – меня уже порядком утомили эти разборы психологические, – поздно уже, поеду я. Я прощаюсь с друзьями и еду в свою уютную квартиру, только отдохнуть у меня не получается.