Глава 30

Лена – Я решила уволится, у меня семейные обстоятельства, – говорю я Косте, он настоял, чтобы я обращалась к нему только так. – М-да, думаю это правильное решение, – говорит Костя к моему удивлению. – Почему же? – спрашиваю обиженно. – Да я вот не знаю, какая кошка между вами с Ромкой пробежала, но он злой на тебя, капец, хотел уволить, как только из командировки вернется. – Да? – обида обжигает сердце и глаза, шумно втягиваю носом воздух, стараясь остановить слезы, – ну и ладно, не очень-то хотелось, я лучше место нашла! – Вот это ты молодец! – восхищенно говорит Костя, откидываясь в кресле, – а где? Если не секрет? – Пока не могу сказать, но это в другом городе. Ты сможешь мои обязанности на себя взять? – спрашиваю я с надеждой, сейчас я как никогда полна решимости уйти и больше никогда сюда не возвращаться, и чем быстрее, тем лучше, желательно успеть пока Роман с командировки не вернулся. – Хм, ну смотря как попросишь, – хитро стреляет на меня глазами. – Балабол, – смеюсь я. – Ладно, пиши заявление и в добрый путь, я буду скучать по тебе! – улыбается Костя, хороший он все таки мужик, настоящий друг, – ты мне телефончик оставь на всякий случай, мало ли что. – Хорошо, только пообещай, что Генеральному не дашь, – я записываю номер телефона на бумажку, по старинке. – Зуб даю! – скалится Костя. Я пишу заявление об увольнении задним числом, чтобы не пришлось отрабатывать положенные по договору две недели. Отдаю Косте. – Все! Свободна как ветер, сегодня подготовь все дела и проекты, завтра передашь мне. – Хорошо, – я иду в свой кабинет и до вечера занимаюсь работой. Грустно, конечно, что приходится вот так, бросив все, сжигать мосты, но я сама во всем виновата. Не следовало поддаваться влечению, даже если это самый красивый и самый лучший мужчина на свете. Я прекрасно понимаю, почему Роман злится. Задето его мужское эго. Он привык всего добиваться с легкостью, а я посмела его отшить. Ничему меня жизнь не учит? Почему я не умею, как Кристина, заводить легкие, ничего не значащие интрижки и получать от этого для себя удовольствие и пользу. Впрочем, Кристина не самый лучший пример, учитывая чего она добилась. Звонит телефон, это моя мама. Я предполагаю, что она скажет, но по привычке беру трубку. Вдруг что нибудь случилось… Мы уже разговаривали с ней пару раз и каждый заканчивался скандалом и требованием забрать заявление и обелить Кристину. – Да, мам, – устало говорю я, – подготовить все проекты к передаче, сопроводить их уточняющими записками и комментариями оказалось непростой и не быстрой задачей. – Доча, здравствуй, – голос у мамы грустный. – Что случилось? – начинаю тревожится, все таки мать. – Да ничего, дочь, ты бы заехала к нам сегодня, а то я уже стара, мало ли что может случится, сердце болит сильно. Да и Кристиночка обрадуется. Понятно, мама, отчаявшись надавить на мою совесть старается продавливать жалость. Больной притворяется, это одна из ее манипуляций, а уж что Кристина обрадуется я вообще не верю. – Мам, вызови врача, я не приеду. – Ох, Лена, ох, ну разве так можно? Вы же сестры родные! – мама снова заводит пластинку. – Мам, если что-то срочное, то говори, про Кристину я слушать не буду и заявление забирать не стану! – обрываю я, может и грубо, но не могу больше выслушивать это все. – А то что Кристину никто на работу не возьмет и мы умрем с голоду тебя тоже не касается?! – мама забывает про больное сердце и начинает орать, – ты такая эгоистка! Ты готова сестре жизнь сломать! – Все, пока, – я кладу трубку. Интересно, как все меняется, еще несколько месяцев назад я бы послушно выслушала мать и сделала все, что она просит. Спасибо измене Кирилла и подлости Кристины, у меня кажется появился характер.