Глава 9

Александр

Не знаю, что это на меня нашло, но я сорвался. Сначала Надя с её новостью, потом Лера со своим странным поведением и воровством моих денег, а вслед за этим абсурдное обвинение меня в умышленной попытке расплатиться в ресторане ненастоящими деньгами. Как будто я такой идиот, что мог так тупо подставиться.

Ну и не обошлось без участия выпитого пива, ударившего в голову. Ещё и управляющий ресторана оказался редкостным козлом. Нет чтобы выслушать меня и войти в моё положение, сообразив, что меня самого надули и я в этой истории пострадавшая сторона, он меня спровоцировал своей надменной рожей и грубым обращением, так что я с ним словесно зацепился, в конце послав в жопу и толкнув, что спровоцировало охранников заведения.

Но я не кидался на него с кулаками и, по сути, даже пальцем его не тронул, как он потом заявил в полицию, выставив меня настоящим мудаком.

Ещё и полицейские были на его стороне, и оказалось, что все деньги в моём кошельке, включая мелкие купюры, помечены надписью «Билет Банка Приколов. Не является платёжным средством».

И как я ни пытался доказать, что я не имею понятия, почему у меня оказались фальшивые, да даже не фальшивые, а игрушечные деньги, у меня не вышло оправдаться.

— Ребята, ну вы серьёзно? Я, по-вашему, что, такой идиот, что стану так свободно в таком дорогом заведении расплачиваться фальшивками? Ну это же надо быть имбецилом, чтобы провернуть такое!

— У нас в стране достаточно дебилов, которые сначала сделают хрень, а потом притворяются, что они тут ни при чём, — пробубнил управляющий, снова меня спровоцировав.

И вот знал же, что надо держать себя под контролем, чтобы не наделать глупостей, но не смог, так сильно разозлившись, что мы с мужиком снова зацепились, а потом ещё и с младшим сержантом, немного перегнув... Сильно перегнув.

Как итог, эти суки меня скрутили и увезли в участок, бросив за решётку, чтобы я, как они выразились, протрезвел до утра и успокоился.

Такого унижения я в своей жизни ещё не испытывал. И мне даже представлять не хотелось, чтобы обо мне подумали родные и друзья, узнав, что меня заперли в обезьяннике как какого-то алкаша или бездомного.

А ведь завтра в девять часов я должен быть на работе! И эти сволочи даже не дали мне позвонить родителям, хотя у меня по закону было право на один звонок.

Устало упав на лавку, морщась от зловония камеры, стараясь не думать, что это воняет мочой, я вспомнил слова любовницы: «Саша, это жесть! Я не только беременна, но у меня ещё и хламидиоз».

И вот стоило подумать об этом, как мне сразу показалось, что у меня зачесался член и появилась боль в области паха.

До сих пор не могу поверить, что Надя подцепила болячку и теперь обвиняет меня в этом!

Шлюха! По-любому с кем-то ещё трахалась!

Я-то в отличие от неё... Точно! Месяц назад я переспал с официанткой из кафе, что у моего офиса. Так может, это от неё я подхватил эту хрень? Хотя почему тогда болезнь не проявилась раньше? Или симптомы только у женщин?

Как-то всё это странно. Хотя сегодня в целом очень странный день. Не могло всё так совпасть и за раз навалиться на меня. Всё... Подстроено и спланировано? Да нет, хрень какая-то!

А то если так подумать, выйдет, что весь замес устроила Лера. А у неё бы на такое мозгов не хватило.

* * *

Эту ночь я провёл в обезьяннике и хотел бы навсегда забыть этот опыт, и только к одиннадцати часам, унижаясь перед сержантом, придумав историю, что это мой племянник в шутку подменил деньги, пытаясь как-то договориться, чтобы меня выпустили, я смог выйти из участка.

И то мне пришлось звонить маме и просить её перевести по номеру двадцать тысяч, чтобы эти продажные суки от меня отстали и не заводили дело.

— Сынок, но как же так?! — прокричала в трубку мама, когда я перезвонил ей, чтобы сообщить, что от меня отстали. — Это всё незаконно! Они просто развели тебя на деньги! Почему ты не потребовал адвоката? А почему не припугнул их прокуратурой?

— Мам, не будь наивной. Я бы ничего не добился. Разве что нажил себе врагов или заплатил бы ещё больше. Или ты не знаешь, как у нас всё устроено?

— Или ты просто струсил, побоявшись отстоять себя. На словах герой, а как дело пахнет жареным, так сразу поджимает хвост, — услышал я презрительный голос отца. — Надеюсь, хоть на этот раз ты вернёшь нам деньги. А то мы не благотворительный фонд.

Отлично! Мама снова включила громкую связь, не поставив меня в известность, хотя знает, какие у меня натянутые отношения с её мужем.

— Вова, перестань! У мальчика такой стресс...

— У какого мальчика? Нашему сыну уже тридцать два года, а он попадает в дебильные ситуации и не может выбраться из них без мамкиной помощи. Похоже, даже Лера не захотела ему помогать, вот он и позвонил тебе.

— Лера ещё та стерва...

Сбросив вызов, чтобы не слушать очередную ссору родителей, забывших, что я на связи, я вызывал такси, отдав водителю последние настоящие деньги, случайно найденные в заднем кармане брюк.

Не сразу вспомнив, что я уже давно должен быть на работе, я перезвонил начальнику. Михаил Русланович не орал, не требовал срочно приехать в офис и никак не показал своей злости, но он открыто сказал, что теперь я могу не думать о премии и отпуске ближайшие три месяца.

И чем ближе я подъезжал к дому, тем сильнее злился, уже не сомневаясь, что жена как-то причастна к вчерашним событиям.

Ну ничего, она мне за всё ответит. Я, блядь, не успокоюсь, пока не узнаю правду. Она мне всё расскажет и во всём признается.

Выскочив из машины, я взбежал по лестнице на третий этаж, только с четвёртой попытки попав ключом в замочную скважину — настолько сильно у меня дрожали от злости руки, и вошёл в квартиру.

— Лера, ты где? А ну живо иди сюда, нам надо поговорить! Лера!

Чуть не запнувшись о сумки, рядом выставленные в прихожей, я пнул одну из них и, с силой сжав руки в кулаки, забежал на кухню, тут же застыв на месте.

— Ну привет, зятёк. Так о чём ты там хочешь поговорить с моей дочкой? — угрожающе спокойно спросил мой тесть, сидя во главе стола.

И помимо Кирилла Андреевича на кухне также была моя тёща, дядя Леры со старшим сыном и сама Лера.

И как всё это понимать?