Глава 28

Кайс смотрел вслед леди Дейзи до тех пор, пока она не скрылась за дверью. Он даже не сразу услышал родную мать, которой пришлось повысить голос:

— Кайс, мальчик мой, да приди же наконец в себя, — раздраженно сказала она. — Ты слышал, что я тебе говорила?

Синеглазый мэр посмотрел на возбужденную матушку:

— Не все. Повтори.

Леди Савила нахмурилась и в свою очередь смотрела на захлопнувшуюся дверь.

— И повторю! Надо сказать, леди Дейзи ведет себя несколько странно для женщины, с которой развелся муж. Никакого почтения ко мне. Ты заметил? Кроме того, дверь чуть не перед носом захлопнула!

Синеглазый мэр нахмурился.

— Мама… леди Дейзи нужно накормить ребенка, она же сказала, — с выражением стоического терпения на лице ответил сын.

Леди Савила дернула плечиком:

— Для этого есть кормилица! Мы только собрались потолковать о том, о сем, — матушка остро посмотрела на мэра.

— Ну, ты же понимаешь, мальчик мой, что мне просто жизненно необходимо побывать в этом доме, а особенно в подвале! Возможно, мы могли бы с твоей протеже прийти к взаимовыгодному решению, — тут она внимательно посмотрела на сына, который вдруг после слова “протеже” ощутимо напрягся и смутился.

Леди Савила ахнула, осененная неожиданной догадкой :

— Кайс…сынок. Вот только не говори мне, что ты влюбился в эту недостойную особу!

Кайс вздрогнул, на его щеках заходили желваки. 

— Мама. Никогда, слышишь, никогда не называй ее так! — проговорил он низким, почти шипящим голосом и на щеках мужчины выступила чешуя.

Леди Савила фыркнула:

— А как еще прикажешь называть женщину, которая родила девочку.  Или ты не понимаешь, что это значит, Кайс?

— Знаешь, мама… — лорд Кайс прищурился и кадык его дернулся, — во-первых, это не твое дело.

Золотоволосая драконица задохнулась от возмущения:

— Как не мое, Кайс?! Ты мой единственный сын, между прочим! И все, что касается тебя, касается и меня в первую очередь.

Но синеглазый мэр никак не отреагировал на ее слова и упорно продолжал:

— Во-вторых. Мне очень странно слышать от тебя, именно от тебя, эти старые бредни. Ты же занимаешься магическими животными сколько уже лет? 

Леди Савила поморщилась:

— Не напоминай матери о ее возрасте, Кайс. Это неприлично.

Синеглазый мэр тихо сказал:

— Мама, не уводи разговор в сторону. Думаю, ты уже поняла, о чем я? Я прекрасно помню, как вы с леди Мареей обсуждали тот феномен, который в старых книгах обнаружили.

В глазах леди Савилы отразилось понимание и она нехотя ответила:

— Не думаешь же ты, что твоя мать полная невежда в этом вопросе. Конечно, сообразила. Редкий случай, конечно… Особенно в наше время. Хотя девочки-первенцы рождались и раньше, — она прикусила губу.

— Интересно, бывали ли подобные феномены в роду ее матери? Если так, то у леди Дейзи вполне могла проявиться кровь старых драконов… — она остро взглянула на сына.

— Да, в те далекие годы, когда драконы еще откладывали яйца, первыми на свет всегда появлялись девочки. Это факт.

Синеглазый мэр ухмыльнулся:

— Вот видишь, мама. Все объясняется весьма просто.

Леди Савила вздохнула:

— Но в любом случае, Кайс…если я еще могу как-то объяснить подобное, именно благодаря своим знаниям и опыту, то общество…общество не поймет.

— Общество так и будет считать,что лорд Шшармей заслуженно развелся с ней, и рождение девочки как раз и есть показатель неверности леди Дейзи.

Лорд Кайс прищурился не хуже своей матушки:

— Общество? О каком обществе ты говоришь? Это твое так называемое общество и ко мне относится не лучше. В конце концов, мы живем в Клавенсе. И здешнее общество меня вполне устраивает. Так же, как и тебя, не так ли?

Леди Савила поджала губки и вздохнула:

— Ты быстро вырос, мой мальчик. А я так мечтала, что в конце концов мы вернемся в столицу…

Кайс закатил глаза.

После того, как он больше не смог оборачиваться, отдав все силы и всю свою магию, защищая названного брата, лорда Шшармея, в том самом обществе он стал изгоем.

Столичное общество…

Он горько усмехнулся. В этом обществе не важна причина, по которой ты потерял способность к обороту. Важен сам факт.

Нет, первое время его чуть не на руках носили. Невеста, леди Орана, приходила в целительские покои, приносила цветы и фрукты. Смотрела на него обожающим взором. Ну как же, герой. Спаситель Верховного дракона в той заварушке, где названного братца чуть не лишили жизни прорвавшиеся фанатики.

Но ее визиты становились все реже. А когда целители развели руками и объявили, что ничем больше помочь не могут и Кайс до конца жизни останется калекой, не сможет больше оборачиваться, девушка приходить перестала. Вскоре пришло письмо с извинениями, в котором его Орана, его, как ему казалось, единственная, сообщала о разрыве помолвки.

Конечно, он ее понимал. Муж-калека это не тот муж, который был нужен блистательной драконице. 

Он все понимал.

И сразу же, как только вышел из рук целителей, пошел к Шшармею и попросил отставки. Как телохранитель он уже был мало на что годен. Уехал в самую глушь, на север, в Клавенс. Стал вот, благодаря опять же Шшармею, мэром. А чем еще он мог заняться, при отсутствии возможности оборачиваться?

Хорошо еще, что магические способности стали потихоньку возвращаться. Кайс иной раз думал, что это как раз благодаря тому, что в Клавенсе случались сильные магические бури. Таких бурь не было больше нигде в империи драконов.

Как говорится, ищи во всем хорошее.

Он хмыкнул:

— Серьезно, мам? Ты правда хочешь вернуться туда, откуда тебя не слишком вежливо попросили?

Леди Савила вздохнула:

— Почему бы и нет? Все-таки столичная жизнь не чета нашей. И там вполне могла бы найтись для тебя подходящая драконица.

Кайс нахмурился:

— Мама. Подходящую для себя драконицу я найду сам!