Глава 12 Неприятный пункт

Я человек, но в этом мире у меня открылся дар магии. Он был настолько незначительным перед магическими способностями драконов, что я даже не воспринимала это как нечто особенное.

Но сейчас я чувствовала то, чего не чувствовала никогда ранее: магия во мне росла. Росла с тех самых пор, как я осознала, что моя жизнь пошла наперекосяк. И теперь она начала отражаться на внешности. Исчезли синяки под глазами. Морщинок около глаз стало меньше. Кожа казалась более гладкой. Волосы заискрились.

Значит ли это, что чем сильнее происходит разрыв с Араном, тем лучше для меня?

Если я бы только могла сейчас просто уйти, я бы ушла. И, наверное, уже не чувствовала бы сожаления. Но Диана… Диана удерживала меня на этом пути цепко и неотвратимо.

Дерек сказал, что есть шанс забрать её себе. Шанс незначительный, мизерный. Но я должна им воспользоваться. Драконий суд позволит мне забрать дочь только в том случае, если будет доказано, что жизнь её в доме с истинной будет невыносимой и опасной.

Для этого я должна доказать безумие Мараны.

А она безумна. Я уже вижу. Коварна, расчётлива. И совершенно непонятно, каким образом она так стремительно и продуманно вошла в мою семью.

Мне нужно собрать компромат, а для этого — быть мудрой, как змея, осторожной, как гепард, и сильной… как царь зверей.

Магия всё ещё искрилась на пальцах. Я рванула к столу и открыла ящики, которые не открывала, наверное, много лет. Не хотела открывать. Боялась открывать — чтобы не вспоминать, что уже не могу магичить.

Да, где-то в глубине души это было моей болью. Но я затолкала её поглубже, чтобы не чувствовать. Ведь всё — ради семьи.

В этом ящике, запылившиеся, лежали артефакты. Многие из них были подарены ещё в академии моими друзьями. В основном — накопители. Те, которые сохраняли магический заряд и могли использоваться повсеместно. А еще защитные — с помощью которых можно было некоторое время быть неуязвимой для меча или яда. Целительские — которые исцеляли лёгкие болезни. Благословляющие — те, которые должны были развивать способности и дары.

Они были давно разряжены. И я спрятала их. Аран считал все эти вещи костылями для ничтожных. Он и сам не пользовался — и мне запрещал. И я рассталась с ними. Оставила на память и… постаралась забыть.

И вот сейчас, взяв трясущимися руками каждый из этих артефактов, я направила магический импульс вовнутрь, отчаянно желая их напитать. Искры, превратившись в жар и тепло, начали наполнять магические предметы. Я почувствовала, как из меня потянуло силу.

Волосы наэлектризовались, стали дыбом. Голова закружилась. Я никогда не чувствовала ничего подобного. Казалось, сила растёт прямо пропорционально тому, как я её выкачиваю.

Странно. Удивительно!

Наполнила больше половины артефактов. Потом почувствовала слабость — и закрыла ящик. Выдохлась. Трудно стало даже ноги переставлять. Сложилось впечатление, что внутри меня места для магии стало больше. Как будто я раскачала внутренние хранилища магии.

— Господи… Ты приходишь мне на помощь, — прошептала я, — давая силу, о которой я могла только мечтать. Значит, Ты был на моей стороне…

Я должна действовать. Идти напролом.

А для этого придётся стать экономкой…

* * *

Драконья свадьба…

Она должна была состояться ровно через три дня. А сегодня? Сегодня я должна буду подписать документы о разводе. В присутствии нескольких законников, Мараны и даже родителей моего бывшего.

Встреча с последними волновала меня больше всего.

Однажды Аран пошёл против них, отчаянно желая на мне жениться. С годами свёкор и свекровь приняли меня… если это можно так назвать. Они перестали в моём присутствии отворачиваться и даже здоровались. Я отчаянно желала им понравиться в свое время, и это желание, к сожалению, было слишком сильным во мне до сих пор. Как плохая привычка…

Мы не виделись вживую уже несколько лет. В последние годы Аран частенько летал к ним сам, без меня и иногда брал Диану.

Сердце сжималось от волнения, но я требовала от него послушания.

На развод я оделась торжественно, выбрала своё самое лучшее платье. Не хотела выглядеть траурно в такой «прекрасный» день. Платье бледно-оливкового цвета сидело на мне замечательно. Аран в прошлом его очень любил. Впрочем, я и сама любила этот наряд.

Сделала высокую причёску. Брызнула немного духов. А вот от косметики отказалась: помолодевшая — я сейчас выглядела так, будто нанесла её на себя тоннами.

Пришла служанка. Холодно сообщила, что меня ждут в кабинете.

Спустилась я не торопясь, стараясь придать лицу насмешливый, расслабленный вид.

В кабинете замолчали, когда я вошла. Свёкор и свекровь даже не повернулись, опустив глаза, будто взгляд на меня мог оказаться для них непереносимым. Аран встал мне навстречу, но не сделал ни шага вперёд. Марана сидела в кресле и смотрела на меня с такой жалостью, что мне захотелось хлестануть её по щеке, чтобы стереть с лица это противное выражение. Как же хорошо она играет! Просто изумительно.

Напротив всех сидели двое незнакомых драконов. Они были молоды, по крайней мере, казались таковыми. Выглядели равнодушно. Правда, тот, что казался помладше, мазнул по мне любопытным взглядом. Законники…

Я сделала несколько шагов вперёд, присела в лёгком поклоне, который требовался по этикету, и поздоровалась. Мельком взглянув на мужа, заметила на его лице странное выражение. Он оценивающе пробежался по моему облику и нахмурился.

— Садись! — бросил грубо безо всякой на то причины.

Так как свободных мест не было — а в этом я увидела знак того, что меня хотят унизить, — я села рядом с законниками на краешек дивана.

— Надеюсь, Виола, мы покончим с этим быстро, — продолжил муж. — Но прежде ты должна подписать бумаги о том, что вступаешь в должность экономки нашего поместья. После этого будут подписаны документы о разводе. Недвижимость я тебе дать не могу, но жалование будет баснословно высоким и сравняется с жалованием помощника министра!

Аран отвернулся, посмотрел в окно, а я по умолчанию должна была открыть рот от удивления, восхитившись озвученными перспективами. Но не открыла.

— Сейчас не самое лучшее время для нашей семьи, ты же знаешь… — продолжил муж после небольшой паузы. — Но за тобой останется комната, в которой ты сейчас находишься. Это мой тебе подарок.

Он вновь посмотрел на меня, ожидая, что ли, что я захлопаю в ладоши и буду преданно смотреть на него обожающим взглядом.

Подарил он мне, видите ли… Эта комната изначально моя! Я в неё столько всего вложила. Продала собственные украшения, чтобы сделать там ремонт — потому что Аран не хотел.

— Зачем тратить столько денег на какую-то комнату, — говорил он беспечно.

Я возражала:

— А если его величество снова посетит нас? Ведь тебе будет очень выгодно, если он оставит о нашем доме наилучшие впечатления.

— Не посетит, — хмуро отвечал Аран. — Да и королю наплевать на то, как выглядит комната, в которой он спит.

Я не могла с этим согласиться. Я слишком внимательно за ним наблюдала. Когда его величество вошёл в комнату, то внимательно осмотрел каждый её сантиметр. Аран этого не видел. А я видела. В общем, тогда я поступила по-своему. Продала драгоценности — и на вырученные деньги сделала ремонт. Поэтому по всем параметрам эта комната — моя.

Но не стала этого говорить. Начну спорить — Аран отыграется на мне и унизит в тысячу раз сильнее.

Муж — точнее, бывший — остался недоволен моей замороженностью.

— Подписывай, — кивнул одному из законников, и тот стремительно протянул мне бумаги.

Мне подали перо, уже обмакнутое в чернила. Осталось только поставить росчерк, но я не дура. Взяла бумагу и начала читать.

Прочла, наверное, пару абзацев, не больше, как вдруг раздался раздражённый голос свёкра:

— Виола! Хватит строить из себя всезнайку! — пророкотал он грубым голосом, отчего я вздрогнула и вопросительно подняла на него взгляд.

Старый дракон смотрел на меня сурово, готовый чуть ли не растоптать:

— Документы составлены на стародраконьем. Ты ни слова там не понимаешь. Не нужно делать вид, что ты можешь это читать!

Мои брови взлетели вверх:

— Но я могу это читать. И всё понимаю…

В комнате воцарилась напряженная тишина. Я перевела взгляд на свекровь — но она не двигалась с места, застыла как истукан. Посмотрела на Арана — он смотрел на меня, сжав челюсти. Раздражался. Не верил мне. Посмотрела на Марану — а она верила. Верила и удивлялась. Но ей это не нравилось.

И тогда я ещё раз повторила:

— Я умею читать на стародраконьем. И пока не прочту, что именно должна подписать — ничего подписывать не стану!

Припечатав это, начала читать дальше. Когда закончила — презрительно хмыкнула:

— Как нехорошо, господа, — ответила я, бросая документ на стол. — Как низко для драконов! Вы думали, я не умею читать — и вписали туда пункт, на который я никогда бы не пошла в здравом уме.

Я увидела, как Аран напрягся сильнее прежнего.

— Какой ещё пункт? — бросил свекр. — Подписывай, тебе говорят, глупая женщина!

Я переплела руки на груди:

— В этом пункте говорится, что в любое время, по желанию моего бывшего супруга, мне может быть присвоен статус легальной любовницы.

Марана ахнула, но тут же прикрыла рот рукой.

— Что, сюрприз? — я взглянула на неё.

Аран помрачнел. Свёкор бросил на него взгляд неудовольствия, а свекровь поджала губы.

— Я отказываюсь подписывать это. Если уж ты разводишься со мной, — я смотрела прямо мужу в лицо, — так разводись. Хочешь сделать меня прислугой? Хорошо. Я ею побуду. Но ублажать тебя после всего пережитого я не собираюсь. Больше — никогда. Переписывайте документ. Иначе у вас ничего не выйдет…

Я думала, что он просто пугал меня, предлагая однажды лечь к нему в постель после развода. Нет, не пугал. Это был не блеф. Он хотел унизить меня сполна.

Конечно, если у «дорогой истинной» будут критические дни — то я как раз восполню «недостаток». А почему бы и нет? Иметь любовницу в тайне порицается в драконьем обществе. Ходить в бордели — тоже. А тут — легальная, под боком. Никто его за это не осудит. И он будет удовлетворён. Кобель…

Марана была зла. И это единственное, что безумно радовало меня в сложившейся ситуации…