Глава 61

Глава 61

Айдар

– Теперь она прячется у меня, - закончила Ирина.

Посмотрела спокойно, понимая, что такую информацию надо переварить. Тяжело вздохнул и скрипнул креслом Миша, но Ирина и бровью не повела.

Хотя, если честно, я прямо побаивался за ее правую половину лица. Она уже должна была загореться и осыпаться от взгляда, которым сжигал ее Михаил Юрьевич Середа. Покосился на него с беспокойством: как бы мой друг с катушек не съехал. Впервые вижу, его в таком состоянии. Даже с Малкой ничего подобного не наблюдалось.

Рука уже тянулась к кнопке переговорного устройства.

– Светлана, мне нужен на сегодня билет в Санкт-Петербург. На ближайший рейс. И… минуту, пожалуйста.

Я взглянул на Ирину.

– Вы… когда обратно? Я возьму вам билет?

Губы ее сжались – она явно собиралась возразить, сказать что-то наподобие «это лишнее», но не успела. Влез Мишка, словно почувствовал ее колебания.

– И мне возьми.

– А тебе-то зачем? – деланно удивился я.

Михаил заерзал, как школьник, пойманный за списыванием. Щеки залил бронзовый румянец, пальцы вцепились в портфель так, что костяшки побелели. Он открыл рот и… не выдавил из себя ничего вразумительного. Ого! А вот это уже серьезно.

Настроение мое стремительно поползло вверх: во-первых, скоро я увижу Анну, и на этот раз никому не позволю ее отпугнуть. Во-вторых, кажется, мне выпал редкий шанс стать свидетелем, как Мишка будет штурмовать неприступную цитадель Эйрену, которая, и была, кстати, дочерью Зевса и Фемиды. Так что не зря он с богиней правосудия ее сравнил.

– Там по кластеру же надо документы проверить… - наконец промямлил мой красноречивый в обычное время друг. – Ну и вообще… В Эрмитаже давно не был!

Ирина никак неожиданный позыв прикоснуться к культуре не прокомментировала. Но я заметил, как в ее глазах промелькнула растерянность, а щеки слегка порозовели.

– Ну-ну… - усмехнулся я и подвинул ближе микрофон. – Три билета, пожалуйста. На меня и Михаила Юрьевича. Данные еще одного пассажира сейчас скину.

Ирина, помедлив, достала из сумочки паспорт. Миша уже топтался рядом, предлагая свои услуги в качестве секретаря. Ирина спрятала в уголке рта улыбку, нахмурилась и передала документ. Миша отошел к сканеру и быстро перелистал страницы, явно желая взглянуть на графу о семейном положении. Мог бы и у меня спросить: Аня говорила, что Ира разведена. Причем уже давно.

Через пятнадцать минут у нас в телефонах появились файлы с билетами. Вылет – поздно вечером. Мысленно я подсчитал количество часов и минут, которые отделяют меня от Анны.

– Ирина, - расхрабрился, тем временем, мой друг. – Вы бывали в Казани? Хотите, я проведу вам экскурсию. До самолета еще много времени.

Ирина медленно повернула голову в его сторону. Как после этого Михаил не превратился в снеговика, я не знаю.

– Благодарю, но я предпочитаю осматривать город в одиночестве. Встретимся в аэропорту.

Последняя фраза была адресована только мне. Ирина кивнула и направилась к двери. Через мгновение она исчезла. Также быстро, как и до этого появилась.

– Ты давай, друг, держись, - похлопал я по плечу Мишку.

Он набычился, упрямо поджимая губы – совсем как тогда, в общежитии в кольце старшекурсников. И я понял – не отступит.

Пока спускался в лифте, так и тянуло немедленно набрать Анну. Но Ирина запретила – лучше застать врасплох, чтобы не успела уехать или придумать миллион доводов, почему мы не можем быть вместе.

Я старался гнать тревожные мысли. Всё в порядке, никуда Аня не денется. Я прилечу, поговорю с ней и сумею объяснить, что наши отношения любви Наташи и Тимура не помеха. Тем более, дедом скоро стану. Я улыбнулся – как так? Думал, в холодном болоте завяз на веки вечные, а шагнул в сторону и оказался в светлой чистой реке. И хочется быть в этой теплой воде, пить ее, любоваться ее прозрачностью и оберегать от всего.

О, кажется, нас с Мишкой поразил один и тот же вирус, - подумал я, подходя к машине. Прямо не культурная столица, а очаг любовной инфекции.

Только выехал из паркинга, позвонила Галия.

– Привет, братик. Как ты?

Говорила осторожно, словно боялась задеть рану. Переживает, конечно. Ничего не говорит, в этом она в отца пошла, но беспокоится.

– Всё хорошо, сестренка. Всё отлично! – я широко улыбнулся, выруливая на проспект. И не выдержав, похвастался: – В Питер лечу. К Анне.

– Ох, как хорошо, - обрадовалась Галия. Рассмеялась серебряным колокольчиком. – А я уж испугалась – неужели постарел и упрямство растерял? Как я рада, братик! Как рада!

– Ты только отцу и маме пока ничего не говори,- предостерег я, помня, как быстро распространяет новости моя сестра.

– Ладно, ладно. Отцу и маме не скажу. Счастливой дороги, братик. Напиши потом.

Закончив разговор, взглянул на часы: долго. Как же долго тянется время. Но с другой стороны, успею заехать домой, переодеться, обдумать, как лучше выстроить разговор. Перед важными сделками и то никогда так не волновался. На кону счастье – его, как деньги заново не заработаешь. Второй шанс милостиво судьба дает, нельзя его упустить.

Минуты по-прежнему еле ползли. В окна заглянули сумерки, еще час, и можно выезжать в аэропорт. Сначала хотел на такси, но, подумав, решил, что на своей машине будет удобнее. Слонялся по апартаментам из угла в угол и думал, думал… Как она меня встретит? Что скажу? Ведь дело касается не только нас, но и Наташи с Тимуром.

Тимур… Я взглянул на часы. Успею заехать к нему, поговорим по-мужски.

Тимура и Наташу я заметил, когда подъехал к его дому. Сначала даже глазам своим не поверил. Как это возможно? Она же в Питере, в клинике, с нервным срывом лежит! Раздумывать было некогда, я резко свернул в карман и припарковался.

Тимур, стоя возле распахнутой дверцы Ауди, отпихивал от себя цепляющуюся за плечи Наташу. Она, рыдая в голос, просила выслушать. От этой сцены мне стало не по себе: мой сын собирается уйти от ответственности? Я ускорил шаг.

– Тимур! – голос прозвучал резко.

Сын обернулся. Я подошел ближе.

– Здравствуй, Наташа! – встал между ними, слегка заслоняя девушку своим телом. – Что у вас здесь происходит?

С тревогой взглянул на нее: лицо совсем загнанное, тушь размазалась черными кругами, губы дрожат. Злость на сына вскипела волной – точно из-за ребенка ссора. Видимо, Наташа вернулась и решила рассказать Тимуру о беременности, а он, как трусливый щенок, прячется в кусты.

– Ну что? Давай! Расскажи всё! Что молчишь?

Тяжело дыша, Тимур шагнул к Наташе, но я молниеносно преградил ему дорогу. Сын не успокоился. Выглядывая из-за моего плеча, продолжил орать, не смущаясь соседей.

– Так что, долго ждать? Расскажи, как беременность выдумала, как в психушку улеглась, актриса хренова… Да тебя реально лечить надо!

– Что? – я не узнал своего голоса. Обернулся к Наташе. – Это правда?

Ответа можно было и не ждать. Я с горечью посмотрел на опущенную голову, на злое лицо Тимура, развернулся и пошел к машине. Теперь всё окончательно встало на свои места.