Глава 2

Следующий день проносится на автомате. Утренние проводы мужа, завтрак, быт. Витя заезжает домой в обед, и с ходу несётся в свою гардеробную. Белая рубашка и тёмно-коричневый пиджак летят в сторону стула. Украдкой наблюдаю, как он переодевается в другой костюм: светло-зелёная футболка и чёрный пиджак поверх неё. Значит, сегодня официальных встреч больше не будет. Витя может менять одежду по нескольку раз в день в зависимости от рода занятий или заведения, куда собирается. Благо выбор шмоток у него просто громадный, иначе бы пришлось бесконечно стирать и гладить. Я с любопытством заглядываю в спальню: – Особые планы на вечер? Сухожилов безмятежно оборачивается и бросает на меня беззлобный взгляд, попутно заправляя футболку в брюки. – Вечером собираюсь со старыми друзьями по бизнесу. Давно не виделись – их раскидало по всей стране. Пара ребят вообще за бугор свалили. Вот и решили посидеть. Он ловит мой недоумённый взгляд, и попытки что-то сказать. – Да, сам не ожидал. Внезапно получилось, что они все одновременно в городе оказались. Даже времени не было что-то забронировать заранее. Тут посидим. И ты волноваться не будешь, правильно? Витя подходит ко мне и смачно целует в щеку. Я давно не ощущаю в его прикосновениях никаких чувств, хотя знаю, что он любит меня. Отбрасываю навязчивые мысли и мягко улыбаюсь в ответ: – Где будете сидеть? В игровой, наверное, да? Мне приготовить что-то на толпу? Муж спокойно машет рукой, направляясь к выходу: – Не заморачивайся. Закажем доставку. А то они привередливые: кому суши подавай, кому омаров с лобстерами, кому шашлыки. Он издаёт смешок, и у меня моментально появляется нехорошее сосущее ощущение. Будут потом говорить, что его жена даже готовить не умеет. Хотя… Ну и хорошо, что одной заботой на сегодня меньше. Киваю вслед тому, за кем замужем вот уже как пять лет. Иногда я вспоминаю день нашей скромной свадьбы и никак не могу взять в толк, почему именно этого человека отец мне прочил в мужья? Нам обычно совсем не о чём с ним поговорить, но когда Витя смотрит в мои глаза с обожанием и нескрываемым желанием, то вспоминаю родителей, рассказывающих, как сильно Сухожилов влюбился в меня и как хочет сделать счастливой… И прогоняю эти мысли, сеющие сомнения в наполненности моей жизни. Витя взял меня в жены, как только я окончила университет. Говорил, что образование – это важно. Папа познакомил нас раньше, где-то за полгода до этого. Витя часто приходил в наш дом, где мама накрывала гостю на стол, с каким-нибудь очередным замороченным горячим. За ужином все вели себя расслабленно и, казалось, никого не смущает, что девятнадцатилетняя девушка сосватана за не особо симпатичного мужчину лет так на пятнадцать её старше. Родительскую волю нельзя нарушать, я была так воспитана. Тем более, Виктор полностью содержит меня, не жалеет денег ни на что. Правда… Есть одно «но». В юности, студенчестве, ещё до этого странного знакомства, мне нравилось рисование, зачитывалась книгами и часто общалась с друзьями, сокурсниками, знакомыми. После рождения нашей «семьи» Витя стал негативно реагировать на мои попытки продолжить заниматься своими хобби. – Книжки? Пустая трата времени. Не забивай свою симпатичную головку такой ерундой. И твои картинки не принесут тебе денег, а мне удовольствия. Когда же дело доходило до моих встреч с друзьями, муж как-то умело всё поворачивал так, что у меня резко возникали отложенные дела, для которых именно сейчас пришёл час. В итоге постепенно все отдалились от меня и перестали приглашать на обеды или вылазки за город, прозвав меня за спиной «одичавшей». Так и стали жить: Витя возложил на меня некоторые обязанности по хозяйству и обучал ласкам в постели так, как ему нравится. В силу своего возраста, я досталась ему совсем неопытной и не ведающей. Хотелось мне того или нет, Сухожилов взял на себя роль первого мужчины и путеводителя по различным интимным маршрутам. Со временем перестала сопротивляться. Приняла как данность. Привыкла. Даже несмотря на то, что иногда мне становилось жутко или тревожно, приходилось продолжать играть свою уже сформировавшуюся роль. Родителям поплакаться не могла: они, по всей видимости, были на Витиной стороне. *** Стрелка часов показывает десять вечера, когда я собираюсь переодеться и поваляться на кровати с развлекательной брошюрой. Глаза ищут по прикроватным столикам, но не находят ничего. Тут вспоминаю, что в последний раз видела стопку журналов внизу, в небольшом коридорчике при входе в бильярдную или просто «игровую» комнату. Отложив ночную сорочку в сторону и иду на звук прилично захмелевших мужских голосов и тянущийся запах дыма. Взгляд находит в полутьме искомое и уже развернувшись обратно, замираю у двери. Витя и его друзья смеются, негромко и весело беседуют, но слышно каждое слово. В их голосах скользит особое довольство. Судя по нити разговора, речь зашла о воспоминаниях своих "подвигов". – Да, копец. Откуда тебе, троечнику, вообще пришла тогда та идея с чужими документами? – смеётся один из мужчин. – Помню, как меня Ржавый позвал. Тема от братка, говорит, есть. Так, когда в первый раз вылазку делал с ним, чуть не обоссался от страха. Когда тот бедолага отбиваться начал пытаться. Документы-то я уже схватил, но убежать не мог. Застыл как вкопанный. Думал, сейчас ментов вызовет, мразь. В разговор подключается ещё один голос, по всей видимости, того самого «Ржавого»: – Да-да, помню это, блин. Вот сколько бы лет ни прошло, а тот первый раз навсегда запомнился. Как ему рожу в месиво превратил. Заткнул, типа. А потом Рыба такой, мол: Сухой не сказал за такие риски, пусть доплачивает. Вся компания взрывается хохотом, а я заинтересованно прижимаюсь к стене, спрятанная в полутьму коридора. Он не затрагивал при мне тему своего прошлого и того, с чего начался его бизнес. Да и не интересовалась. Считала, что, как и сейчас, он держал свою небольшую частную кредиторскую фирму.