Глава 21

Не задавая лишних вопросов, бросаюсь в спальню, но почти сразу же понимаю, что у меня тут нет никаких личных вещей, тем более важных. Среди разбросанной одежды и скинутого на пол постельного белья также не замечаю особо необходимых вещей для Олега. Нечаев стоит наготове оглядываясь. Видит меня и торопливо манит: – Давай руку, побежали! Мы выскакиваем из квартиры ладонь в ладони, оставляя позади разгромленный коридор и троих неподвижных бандитов. Олег подпирает сломанную дверь, хотя я понимаю: уже бессмысленно – это никого не остановит. В висках бьётся пульс, горло спирает от страха и адреналина. Мне кажется, что стены подъезда давят со всех сторон, а воздух с каждой секундой становится всё тяжелее. Пальцы дрожат, когда Олег сжимает мою руку крепче и тянет за собой. Этажом ниже, на лестничной площадке с тихим скрипом открывается дверь, и появляется старик. Лысоватый, в халате и домашних тапочках, он с беспокойством смотрит на нас поверх толстых очков. Его взгляд скользит от моего напуганного лица к Нечаеву, затем обратно. В глазах читается подозрение. – Что за шум? – Он явно недоволен, но осторожен. – Что там у вас происходит? Я замираю, но мой спаситель мгновенно берёт ситуацию под контроль. Он делает шаг к соседу и поджимает губы, изображая усталую раздражённость. – Всё в порядке, дедушка, – говорит он ровным голосом. – Пьяные гости, пришлось их выпроводить. Простите за шум. Старик хмурится: явно не верит. Тем не менее очевидно, что не хочет ввязываться. – Ну, смотрите мне, – бормочет он, качая головой, – а то полицию вызову. – Не нужно, – с улыбкой заверяет Олег и легонько подталкивает меня к лестнице. – Уже разобрались сами. Мы быстро спускаемся вниз. В воздухе пролётов тянет пылью и старой древесиной, но этот запах приносит странное облегчение – по крайней мере, здесь никого. На улице Нечаев осматривается, проверяя, нет ли слежки, а потом решительно ведёт меня к припаркованной машине. Захлопнув за мной дверь, он садится за руль, заводит двигатель, и мы срываемся с места. Некоторое время просто молча едем, не обсуждая, куда направляемся. Я смотрю в окно, пытаясь прийти в себя. Мысли скачут: что теперь? Если ищейки Сухожилова нашли нас даже тут, то смогут напасть и на дальнейший след. Ощущаю, как онемели пальцы, когда пытаюсь сжать их в кулак. – Ты цела? – Наконец, спрашивает Олег, бросая быстрый взгляд в зеркало. Я киваю, хотя понимаю, что он не видит. – До сих пор не могу понять…, – признаюсь шёпотом, – это был какой-то кошмар. Но сильнее испугалась, когда они начали искать по квартире тебя. Олег сжимает руль крепче, но молчит. Пытаюсь представить, какие эмоции сейчас отражаются на его красивом лице. Мы едем быстро, но не слишком вызывающе, оставляя позади улицы, на которых мне теперь уже не появиться. В какой-то момент Нечаев внезапно сворачивает к небольшому светящемуся придорожному кафе. Солнце уже село, и это даёт мне надежду, что нашу машину никто не заметит. Как и тех, кто выходит из неё. – Давай зайдём, перекусим, – холодным тоном произносит он. – Нам нужно обсудить, что произошло и как поступить дальше. Не возражаю. Внутри тепло, уютно, пахнет кофе и свежей выпечкой. В углу играет тихая музыка, а за стойкой женщина в кружевном фартуке улыбается нам, как и всем остальным обычным гостям, не подозревая даже, что мы в бегах. Это настолько нелепо и киношно звучит у меня в голове, – невольно улыбка озаряет лицо. Мы садимся в тёмный угол, подальше от других посетителей и окон. Такое ощущение, будто все на нас смотрят. Словно кто-то уже догадался: мы не просто пара, забежавшая на ночь глядя, и подозрительно отводят глаза. Конечно, это всё моя паранойя. Олег делает заказ: кофе и два сэндвича. Минут через двадцать я, наконец, осознаю, насколько устала. Мышцы болят от напряжения, в голове путаница. Обхватываю ладонями кружку с горячим капучино, пытаясь согреться не столько телом, сколько собраться с мыслями. – Извини, что не взяла твои вещи, – наконец произношу я. – Мы ведь теперь не сможем вернуться туда. Олег кивает, барабаня пальцами по столу. В его взгляде скользит напряжение, но он держится уверенно. – Да. Сейчас им понадобится время, чтобы прийти в себя и найти нас снова, но мы не можем давать им фору. А теперь, пожалуйста, расскажи, что, чёрт возьми произошло и как они вышли на тебя? Я испуганно вздёргиваю голову. Почему моей единственной слабой догадкой тогда, в том доме, было что именно Нечаев сдал меня? Но Олег выглядит действительно непонимающим и задумчивым. Каким образом Витя смог обнаружить эту квартиру? Она же последнее, где меня бы догадались искать. Рассказываю Олегу всё в малейших подробностях начиная с утра, когда тот уехал на тренировку и по делам. – Правда, не имею ни единого понятия, каким образом меня удалось найти. Но одно скажу точно: никто не знает про тебя, и кто ты такой. Лысый предположил, что я тут не одна, а с любовником, насколько поняла из их диалога. Они просто увидели мужскую одежду в спальне. Нечаев задумчиво постукивает кончиками пальцев по столу. Ему есть о чём размышлять. – Ладно, разберёмся, – ровно говорит он. – Значит, у меня ещё есть козыри в рукаве. Могу появляться на улицах и даже среди конкретно этих людей. Я поднимаю на него сосредоточенный взгляд. Его спокойствие заражает, заставляет верить – выход есть. Но что он задумал? – Увезти тебя из города не выйдет. Ты без документов. Но надо выяснить, насколько далеко по территории области распространяются связи твоего мужа. Меня охватывает внезапная догадка, и руки слабнут, из-за чего из сэндвича на пол вываливается помидор. Не замечаю и резко взмахиваю рукой, чуть не выронив остатки: – Камеры! Там есть люди, которые имеют доступ: милиция, детективы, хакеры. Если твоя машина попалась на территории клиники, то её можно было отследить по номерам и городским камерам на дорогах. Олег одобрительно щёлкает пальцами и улыбается: – Оставлю машину на ближайшей крытой парковке. Возьму в аренду другую. Моё имя ведь не засветилось? Значит, и не за что переживать. Будь спокойна.