Глава 7

Я машинально перехватываю книгу покрепче и отступаю на шаг, как бы отстраняясь не только от внезапного собеседника, но и от самой ситуации. Этот парень навскидку ненамного старше меня. Уж не знаю, чем моя скромная персона так заинтересовала его, но… Вдруг понимаю, что его внимательный и любопытный взгляд задерживается на моих запястьях, чуть прикрытых длинными рукавами рубашки, и инстинктивно прячу ладони за спину. – Извините, я вас напугал? – он слегка склоняет голову, чуть приподнимая брови, будто ожидая мою реакцию. – Нет-нет. Просто задумалась, – кручу в руках, книгу, тупо смотря сквозь неё, но сердце всё ещё стучит неровно. – Интересная вещь? – кивает он на роман в моих объятиях. Пожимаю плечами: – Не знаю. Ещё не читала. Открыла на случайной странице и стало любопытно. – Интересный способ выбирать книги. – Он усмехается, и я замечаю лёгкие морщинки у его глаз. – Надо будет попробовать так же. Переключает внимание с моего взгляда на губы, когда начинаю говорить, и обратно, когда говорит сам. Не удерживаюсь и невольно наслаждаюсь его внешней красотой. Внутренне… Он, вроде тоже неглуп и довольно грамотно выражается. – Вам должно понравиться это будоражащее ощущение неизведанного, – отвечаю я, пытаясь справиться с внезапным волнением. – Как иначе знакомиться с новыми произведениями? – Мне обычно советуют, – парень проводит пальцем по корешкам книг, задумчиво осматривая полку. – Но иногда нравится просто бродить между стеллажами. Никогда не знаешь, на что наткнёшься. Я непроизвольно улыбаюсь: – Как в жизни. Идёшь в одном направлении, а судьба уводит в другое. В то же время мне кажется, что незнакомец имеет в виду не только печатные издания. Описание напоминает и нашу встречу. Он чуть поворачивается, глядя на меня с новым интересом. Как будто моя фраза цепляет его. Словно где-то он уже слышал нечто подобное. – Согласен, – парень прислоняется плечом к стеллажу, и мой взгляд бесстыдно исследует его красивую фигуру. – Порой встречаешь кого-то случайно, а ощущение, будто знаешь человека полжизни. Вибрации его голоса заставляют меня почувствовать лёгкий укол беспокойства. Невольно провожу пальцами по обложке книги, словно ища опору или защиту. – И часто так везёт в реальности? – спрашиваю я, стараясь звучать непринуждённо. Парень сощуривает глаза, внимательно изучая мою фигуру и ноги: – Не очень. Но выстреливает, когда слышу знакомые слова от незнакомого человека. Я растерянно моргаю, ощущая себя полной дурочкой. Не понимаю, к чему он клонит. – Какие слова? – Вот эта поговорка про «Как в жизни», – он вновь прищуривается, свесив голову набок, и неприкрыто наблюдает за моей реакцией. – Её часто использовала в детстве одна девчонка, вечно подсовывающая мне записки. Я замираю. На секунду кажется, что воздух вокруг стал плотнее. Нечто из омута памяти пытается прорваться сквозь бетонную стену, воздвигнутую то ли Сухожиловым, то ли мной самой. – Записки? – не узнаю свой голос. Он чуть улыбается: – Да. В шкафчике. Или на уроке в тетради. А однажды и прямо в руки. Она казалась уверенной, будто мне это нравится. Тут меня пронзает кошмарная догадка. Горстка воспоминаний всё же находит узкую щель, сквозь которую просто ссыпается в мои мысли: школьные коридоры грязно-голубого цвета, большие деревянные окна, залитые солнцем… Высокий красавчик-старшеклассник, никогда не читающий мои послания при мне, но ни разу не выбросивший их на глазах у других. Предмет воздыханий половины девочек в школе. Зависти у многих мальчишек. И моя наглая юношеская дерзость в смеси с гормонами и надеждами. Сердце ухает вниз. Ладонь превращается в кулак. – Олег Нечаев, – его имя с шумом вырывается из моих лёгких и прокатывается по воздуху, вызывая насмешливую улыбку. – Алеся Горина… «Знайка». Не ожидал, что из той назойливой, прыщавой девчонки с растрёпанными косичками вырастет такая… – Его взгляд цепляет меня крепче, чем любой железный захват. – Такая видная и соблазнительная женщина. Глаза Нечаева соскальзывают с моего лица на грудь, обтянутую майкой под распахнутой рубашкой, и по телу пробегает дрожь. Она впитывается в кожу ноющим стыдом при мысли о том, как я тогда вела себя и позорилась на глазах у десятков одноклассников и прочих школьников. Таскалась за Олегом, как собачонка. И эта дурацкая кличка… Не могу осознать: радоваться тому, что мне встретилась хоть одна знакомая душа, или бежать отсюда без оглядки и пытаться похоронить под тонной стыда незваные воспоминания. Я запинаюсь, но всё-таки бормочу: – Мне пора. Пойду. Туда. Прости… За всё, что происходило тогда, в детстве. Дура. И зачем прошу прощения? За те глупые записки? За то, что когда-то была влюблённым подростком с разбитым сердцем? За прозвище, данное из-за любви к урокам и пятёркам? В его устах оно звучит не так… Даже как-то сексуально. Нечаев с любопытством и улыбкой в глазах наблюдает за моей растерянностью. Да какого я обязана стоять тут дальше и видеть, как он насмехается надо мной? Не дожидаясь ответа, резко разворачиваюсь и выскакиваю на улицу сквозь стеклянные двери. Холодный воздух обжигает лицо. Сердце ухает, словно совершила что-то постыдное. Дурость какая. Чепуха. Но ноги машинально несут меня подальше от книжного, от прошлого, от воспоминаний. От самого красивого мужчины, из всех, что видела за жизнь. Начиная со школьного возраста и по сей день. – Эй! – слышу сквозь туман, что голос за спиной догоняет меня, и вздрагиваю. Нечаев. Настойчивый парень, конечно. Замираю и оборачиваюсь, сжав плечи. Удивлённо вздёргиваю голову, когда вижу, как Олег протягивает мне книгу. Ту самую, что я держала в магазине. Его дыхание ровное, словно бегает каждый день по многу километров. В закатном свете его глаза похожи на лазурные глубокие переливы океана у райских островов с картинок журналов. Такие притягательные, любопытные, яркие. – Подумал, что ты хотела это купить, Знайка, – говорит он спокойно. – Держи. Считай подарком от меня в честь внезапной встречи. Я смотрю на яркую обложку. В голове проносится странная мысль: если бы у меня не оказалось в тот момент ничего в руках? Нашёлся бы у него иной повод догнать меня? Насколько он изобретателен и как сильно хотел ещё разок со мной заговорить?