Глава 18

Ольга. Никогда не думала, что мне придётся выслушивать нечто подобное. Это было настолько унизительно, словно я ничего не значащая вещь, которую можно обсуждать даже в её присутствии. Одевала дочку наспех. Решив не задерживаться и дольше минуты в компании невзлюбившей меня женщины. Только Эвелина рвалась к котёнку и не желала с ним расставаться. – Я отвезу вас, – сказал Виктор, последовавший за нами. – А как же котик? – жалобно проговорила Эва. – Забирай, – сдалась я, понимая, что по-другому нам отсюда не уехать. Дочь подхватила малыша, а Витя взял лоток и корм. Так, мы и покинули его жилище. Голодные и злые. Пока ехали в машине стояла гнетущая тишина. Никто не решался её нарушить. Даже Эвелина молча сидела, держа в руках своё сокровище. – Прости меня. Мама повела себя очень некрасиво. Мне стыдно за её слова, – всё же заговорил Виктор, паркуясь у моего дома. – Может и правда тебе стоит поискать более подходящую девушку? – Я уже нашёл самую лучшую, зачем мне другие? – улыбка едва тронула его губы, а в глазах была решимость. Он оставил маму в своей квартире и поехал с нами. Ни разу не позволил усомниться в его чувствах и намерениях. Поэтому, секунду поколебавшись, я всё же пригласила его к себе. Когда мы сумели найти место для нового жителя и разместить все необходимые ему вещи, собрались на кухне и поужинали тем, что я готовила днём. – Не ресторанный сервис, но, как говорится: чем богаты, – кивнула я, на скромную еду. – Ничего вкуснее не ел. Только ради твоей готовки я готов на тебе жениться. – Скажешь тоже, – усмехнулась в ответ, но похвала была всё же приятной. Уложив дочку спать, вернулась к ожидающему меня на кухне мужчине. Без слов мы кинулись друг другу навстречу. Словно не виделись несколько дней, а то и месяцев. Эта ночь не была страстной. Она была словно тягучий и сладкий мёд, от которого пальчики на ногах поджимались, а стоны напоминали музыку. Неспешные ласки, тихий шёпот и глаза в глаза. Тонули на дне зрачков друг друга и возвращались в мир лишь после очередного признания. Я, наконец, сказала три заветных слова, которые так долго хранила в секрете. Но оно того стоило, ведь ликующее лицо любимого на пике оргазма – это отдельный вид удовольствия. Уставшие и словно переродившиеся, мы лежали в тишине комнаты, когда Витя нарушил её своими словами: – Нас в семье когда-то было двое. Лёшка родился через два года после меня. Он был их любимчиком, хотя я не скажу, что меня в чём-то обделяли. Просто, как водится, звучало: он же маленький, – грустно улыбнулся мужчина, а я едва не затаив дыхание слушала о бурной молодости любимого человека. – Но я так понимаю, осадок-то остался. – Как ни странно, но нет. Со временем мы выросли и различия между нами стёрлись напрочь. Стали словно близнецы и не могли расстаться надолго. После окончания школы, нас отправили учиться в столицу. Там-то мы и познали все «прелести» взрослой и самостоятельной жизни. Попробовали все. До сих пор удивлён, что учёбу не бросили. – Мне кажется, все так делали. С той лишь разницей, что некоторые всё же знают меру и не принимают запрещённые препараты. – В том то и суть, что меры мы не знали. На своё двадцатилетие, – запнулся Виктор, сглотнул и уже изрядно севшим голосом продолжил, – Брат выпросил у родителей навороченную спортивную тачку. Посадив в машину красивую девушку, которую подцепил на тусовке в клубе, пьяным сел за руль, – тишина, последовавшая за его словами, позволила додумать произошедшее, но я молчала. Ему важно это сказать, а мне услышать. – Через день после его праздника у нас в семье случились похороны. Он погиб, не справившись с управлением. – Господи! Это просто ужасно! – кинулась к нему на шею и обняла что есть мочи, показывая степень своего сочувствия произошедшему в его семье горю. – Пассажирка тоже не выжила? – Нет, от машины остался лишь комок металла. – Мне очень жаль, – тихим шёпотом произнесла я, целуя его в щеку. – С трудом пережив потерю младшего сына, мама зациклилась на мне, – спустя минуту продолжил свой рассказ мужчина. – Заставила забрать документы из столичного вуза и учиться здесь. Пыталась полностью контролировать меня, хоть и прикрывала за многое перед отцом, а я позволял проявлять такую заботу. Ей это было нужно, как и мне. – Мне кажется, нет ничего хуже, чем пережить своего ребёнка, – тихо и понимающе, проговорила на слова Вити. – Когда не стало отца, она впала в депрессию, которую удалось побороть лишь благодаря хорошему психологу. Врач сумел переключить её на другое. Мама принялась активно устраивать мою личную жизнь. И здесь я потакал её капризам, понимая, что так она выживает после смерти двух дорогих людей, но я давно вырос. Мои взгляды и желания изменились, хотя для неё, по-видимому, я так и остался ребёнком, которого надо наставить на путь истинный. Не переживай, я решу вопрос с её отношением к тебе. – Зачем? Насильно мил не будешь. – Вот увидишь, она полюбит тебя. Просто она не знает, какая ты замечательная. – А так ли это на самом деле? Два моих развода говорят об обратном. – Знаешь, Оль, впервые за свою жизнь я понял, почему кавказцы раньше воровали девушек, увозя в дальние аулы. – Да? Просвети, – заинтересованно заглянула в его глаза. – Когда встретил ту, что украла все твои мысли и дыхание можно умереть, как минимум от недостатка кислорода. – Я люблю тебя. Кажется, сама вселенная поспособствовала нашей встрече. – И я ей за это очень благодарен.