Глава 9

Гордей замер на пороге спальни, наблюдая, как Ася спит, прижавшись к подушке в форме полумесяца — единственному, что он подарил ей после скандала с Аделью. Её волосы, раскинувшиеся по простыне, напоминали реку, в которой он когда-то мечтал утонуть.

Он потянулся к ней, но пальцы остановились в сантиметре от кожи. В кармане жужжал телефон — Адель звонила в третий раз за час. Её сообщение светилось на экране: «Ты знаешь, где меня найти. Без костюма»

— Чёрт, — прошептал он, отшвырнув телефон в кресло. Шёлковый галстук, затянутый слишком туго, вдруг стал удавкой.

Ася повернулась, и её рука упала на холодную простынь с его стороны кровати. Гордей застыл, как вор, пойманный на месте преступления. Он хотел разбудить её, сказать… что? Что сегодня, видя, как она смеётся с Виталием по видеосвязи, он впервые пожалел о всех сделках с дьяволом?

Вместо этого он вышел на балкон, где ветер трепал шторы, как призраки прошлого. Налил коньяк в хрустальную рюмку — подарок Адель, — но выпил залпом, словно это было лекарство от воспоминаний.

Его пальцы сами набрали номер Асиного терапевта. «Да, завтра в десять. Нет, она не знает».

За спиной послышался шорох. Ася стояла в дверях, закутавшись в его забытый пиджак.

— Ты не спишь, — сказала она не как вопрос, а как диагноз.

— Ты носишь мою одежду, — он указал на пиджак, где ещё сохранился запах Аделиных духов.

— Мне холодно. — Она прижала ладонь к животу. — Ей холодно.

Гордей шагнул к ней, но остановился, будто между ними протянули невидимую колючую проволоку.

— Я могу… — он запнулся, как мальчишка, — …принести ещё одеял?

Ася рассмеялась, и звук был таким же хрупким, как их свадебный торт.

— Ты можешь остаться.

Он хотел. Боже, как он хотел. Но телефон в комнате замигал — Адель прислала фото. Её тень на стене отеля, изогнутая как вопросительный знак.

— Мне нужно… — он махнул рукой в сторону кабинета.

— Иди, — Ася повернулась, унося с собой тепло его пиджака. — Ты ведь всегда уходишь.

Гордей застыл на пороге, разрываясь между двумя дверьми. В кабинете ждал адреналин борьбы с Аделью — игры, где они рвали друг друга на части, чтобы почувствовать себя живыми. В спальне — тишина, пахнущая детским кремом и надеждой, которую он уже не заслуживал.

Он сделал шаг к кабинету. Потом ещё один. Но, дойдя до середины коридора, резко развернулся, сорвав с себя галстук.

Ася лежала, притворяясь спящей, когда он втиснулся за её спину, обняв так, будто хотел вдавить в себя.

— Я… — он прижал лоб к её шее, вдыхая запах шампуня вместо духов. — Не двигайся. Просто… не двигайся.

Ася почувствовала, как его рука дрожит на её животе. А телефон в кабинете звонил, звонил, звонил — пока Адель не разбила его об стену в парижском номере, поняв, что впервые за десять лет он выбрал не её.