ГЛАВА 5. Атлас

Я смотрю на его телефон. Конечно, он мне показывает не сокровища со дна морского, а корабль, на котором он плавал. На некоторых снимках он стоит и машет рукой или рассматривает на палубе какую-то керамическую вазу. – Как корабль называется? – Атлас. Это довольно известное судно в нашей отрасли, оно очень хорошо экипировано. Смотрит на наши пустые бокалы. – Давайте ещё по бокалу вина, вы не против? – Я против, но вы не обращайте на меня внимания, я не пью совсем. Очень редко. Показывает официанту повторить его вино. – Мне кажется, сейчас ваша очередь, мадам. Чем вы занимаетесь? – Угадайте, – предлагаю я ему. – Вы… связаны с искусством, но что точно вы делаете, сказать не могу. – Почему с искусством? – Подсознательно как-то. Разве мы можем всё объяснить, что приходит нам в голову, или то, что мы чувствуем. Вот сейчас. Прекрасный вечер в прекрасной компании. Подарок от Вселенной. Чем больше я на вас смотрю, тем больше вы мне нравитесь. Это ничего не значит, я не прошу продолжения, я просто наслаждаюсь невероятным шансом. – Не могу сказать, что у меня тоже не было сегодня подарков, только подарки бывают разные, – я даже не улыбаюсь. Через максимум час я вернусь в свою реальность, увижу мужа, который будет врать и кривляться, мне придётся говорить что-то неприятное, трудное, тяжёлое, может быть, громкое. Я обязательно разревусь, а что будет утром, мне даже трудно себе представить. Осторожно смотрю на монитор телефона, чтобы понять, сколько уже времени. Почти десять. Рома обещал прийти к двенадцати. Не знаю, как поступить, опоздать или прийти раньше. – Всё в ваших руках, Анна. У него слабая позиция, он виновен, не забывайте об этом, и будьте смелее. Просто постарайтесь выяснить для начала, существует ли она и что он к ней чувствует. А сам факт измены…ну… с кем не бывает. – Я реставратор, – меняю я тему, потому что у меня просто сердце сейчас выскочит. Я вижу себя в гостиной, передо мной Рома, явившийся после любовного свиданья, что-то лопочет и даже улыбается, как ни в чём ни бывало. Становится всё труднее и труднее держать себя в руках. – Серьёзно? Да у нас с вами много общего! Старинные артефакты, история. А какая у вас специализация? – Влад видит, что я сейчас взорвусь, он пытается меня отвлечь, я чувствую. – Книги, документы. Я долго не работала, когда дети были маленькими. Да они и сейчас маленькие. Мысли о детях меня совсем выводят из равновесия. В памяти проносятся их образы, маленьких, начинающих ходить с сосками во рту, подрастающих, висящих у меня и у мужа на руках, смеющихся, плачущих, всё мелькает. Неужели кто-то может отобрать у меня моих детей или сделать их несчастными? Как хрупок наш мир, какие тонкие стены у нашего хрустального замка, как мне всё это сохранить… Наверное, надо идти домой, пока он не приехал. Чему быть, того не миновать. – Я выпила бы кофе и на этом мы с вами, наверное, попрощаемся, Влад. Он делает знак официанту. – Эспрессо? – Да, двойной. Звонок. Это мой телефон. Рома. – Дорогая, как ты? – голос бодрый. – Нормально. Ты? – Мы немного задерживаемся, подъехали ещё партнёры с другой фирмы. Я думаю, что немного задержусь. Не волнуйся только, у меня всё нормально. Я постараюсь пораньше. – Не надо стараться, – отвечаю я еле шевелящимся языком, – делай свои дела. Это важнее. – Целую, Бобик, прямо в носик. Отключаюсь и какое-то время не могу прийти в себя. Я понимаю, что в его ситуации надо позвонить жене и наврать ей с три короба, чтобы усыпить бдительность, сделать опоздание правдоподобным и тому подобное. Но так чувственно и естественно врать! Можно же было не называть меня Бобиком. Просто не называть из уважения к нашему прожитому счастью. Я забываю, что сижу с чужим человеком, что выгляжу некрасиво, что не очень прилично себя веду. Глаза наполняются слезами. – Это был ваш муж? – Да. Он сказал, что задержится. Представляете? Им не хватает времени. Они попросили у меня ещё время. – Я чем-то могу помочь, какой-нибудь ерундой, например? Я мотаю головой. Официант ставит передо мной кофе. Я пью. – Проводите меня до дома, если вы это имеете в виду. Тут недалеко. – Почту за честь, Анна. – Спасибо. – Жалко Бориса сегодня нет, хозяина ресторана, я бы вас познакомил. Мало ли, может, придётся устраивать что-то, они очень профессиональны. – В другой раз. Никакого другого раза, конечно, не будет, но мне сейчас не до чего. – Вы надолго в Москву? – В этом всё и дело, что до десятого сентября всего. Потом идем в Карибское море, всё уже договорено с Колумбийцами. – Сколько ещё испанских кораблей ждут своего часа в морских глубинах. Вы никогда не останетесь без работы, – поддерживаю я разговор, как могу, – сколько там изумрудов… – Не говорите! Иногда мне кажется, что всё из-за этих изумрудов. – Смешно сказать, но я ни разу не видела настоящий колумбийский изумруд воплоти, то есть живьём, то есть так, чтобы взять и положить его на ладонь. – Не поддавайтесь, Анна! Драгоценные камни – очень непростая энергия. Эта сложная энергия есть у золота, и у драгоценных камней, только у камня, если он крупный и чистый, больше и сильнее в разы. Вообще с сокровищами всё непросто. – Метафизика? – Да. Они могут подчинить себе любого. Влад говорит и смотрит мне в глаза.