Глава тридцать четвертая
Сейчас не время выяснять отношения с Оксаной. Не время доказывать, что я не принимала бронь. Передо мной стоят люди, которым я испортила важный вечер, даже если на самом деле не виновата.
Я быстро прохожу на кухню.
- Свет, мне нужны самые красивые пирожные, какие у нас есть, - говорю кондитеру. - И свечи. Много свечей.
- Что случилось?
- Потом расскажу. У нас юбилей, который чуть не сорвался.
Света смотрит на меня несколько секунд, потом молча открывает холодильник.
- Есть эклеры, тарталетки и чизкейки. Сейчас соберу.
Я достаю коробку с праздничным декором, нахожу тонкие золотистые свечи и маленькую табличку с надписью «С днем рождения». Руки все еще плохо слушаются, но я заставляю себя сосредоточиться.
Через несколько минут на большом двухъярусном блюде появляется композиция из пирожных, ягод и шоколадных завитков. Света расставляет свечи по краю блюда.
- Красиво, - выдыхаю я.
- Еще бы, - усмехается она.
Когда я возвращаюсь в зал, Матвей уже пересадил гостей за большой стол у стены и разговаривает с именинником. Официант разливает по бокалам шампанское и советует остальным гостям за столом попробовать наше фирменное блюдо.
Я подхожу ближе.
- Еще раз простите за эту ситуацию, - говорю я женщине в красном пальто. - Мы очень хотим, чтобы этот вечер был для вас наполнен только хорошими эмоциями. После горячего мы подготовим для вас небольшой сюрприз, - обращаюсь я к имениннику.
Обстановка заметно разрядилась, и я возвращаюсь к своей работе. Время летит незаметно, и уже через час мы бережно несем к праздничному столу блюдо с пирожными.
Я киваю Маше, и она приглушает свет в зале. Несколько сотрудников собираются рядом. Мы зажигаем свечи и начинаем петь поздравление.
Мужчина сначала хмурится, будто не знает, как реагировать. Но потом дочь обнимает его за шею, и его лицо смягчается. Девочка с воодушевлением смотрит на пирожные и тут же тянется к свечам.
- Мам, смотри, как красиво.
Женщина беззвучно говорит мне: “Спасибо” - и улыбается.
Когда он задувает свечи, гости за соседними столиками хлопают. Я выдыхаю только после того, как мы возвращаемся за стойку.
Матвей проходит мимо меня и тихо говорит:
- Через десять минут зайди ко мне в кабинет.
Я киваю.
Оксана стоит у кофемашины и делает вид, что занята чашками. Я чувствую ее взгляд, но не смотрю в ее сторону. Если сейчас я скажу хоть слово, то сорвусь.
Через десять минут я стучу в дверь кабинета Матвея.
- Входи.
Он сидит за столом, перед ним открыт ноутбук. На экране - система бронирования.
- Покажи, где эта запись, - говорит он.
Я подхожу ближе и открываю карточку брони.
Столик на восемь человек. Семь вечера. Юбилей. Торт, свечи, поздравление. У окна.
Матвей прокручивает страницу вниз.
- Время создания - шестнадцать сорок три.
Я замираю.
- В это время я принимала поставку. С Машей. Мы были на складе.
Матвей поднимает на меня взгляд.
- Ты уверена?
- Да. Привезли десерты и напитки. Я сверяла накладную, Маша помогала переносить коробки. Она видела меня все это время.
Он молчит, затем нажимает на несколько кнопок.
- Запись создали из-под твоей учетной записи.
Сердце неприятно проваливается.
- Я оставила планшет на стойке, когда пошла на склад.
- Пароль был сохранен?
Я опускаю глаза.
- Да.
- Аня, так делать нельзя.
- Я знаю.
Мне хочется оправдываться. Сказать, что раньше никто не пытался использовать мои данные. Что я не думала, что Оксана может сделать что-то подобное. Но это прозвучит глупо.
Матвей откидывается на спинку кресла.
- Время и учетная запись - это еще не доказательство. Технически бронь могла внести и ты, а потом просто забыть.
- Я не забывала, - тихо говорю я.
- Я не говорю, что ты врешь. Я говорю, что мы должны разобраться спокойно.
Он берет телефон и набирает номер.
- Маша, зайди ко мне, пожалуйста.
Через минуту в кабинет осторожно заглядывает Маша.
- Ты была с Аней в шестнадцать сорок три?
Маша хмурит лоб.
- Это когда поставка приехала?
- Да.
- Да-а-а. Мы еще два ящика воды чуть не уронили.
Я благодарно смотрю на нее.
Матвей кивает.
- Хорошо. Спасибо, Маш.
Когда она выходит, я чувствую, как немного ослабевает напряжение в плечах.
- У вас с Оксаной был конфликт?
Я медлю. Можно рассказать все. Про Илью. Про странные намеки. Но мне почему-то неловко. Будто это я создаю проблему. Личная жизнь не должна иметь отношения к работе. Но Оксана, похоже, так не считает.
- Ты думаешь, это она? - спрашиваю я, уходя от ответа.
- Я думаю, что пока рано кого-то обвинять. Но я проверю камеры у стойки, историю входов в систему и записи звонков. До конца смены ничего не обсуждай с ней. Поняла?
- Поняла.
Когда я выхожу из кабинета, Оксаны нигде нет.
Я возвращаюсь в зал и продолжаю работать. Улыбаюсь гостям, проверяю брони, отвечаю на звонки. Но теперь каждую минуту чувствую, что кто-то может стоять у меня за спиной.
Я не забываю сделать несколько фотографий праздника и получить у гостей разрешение опубликовать их в соцсетях кафе.
К закрытию кафе я устала так, будто отработала не одну смену, а целую неделю.
Перед уходом я захожу в кабинет к Матвею.
- Ты успел посмотреть камеры?
- Да. - отвечает он.
Я замираю, ожидая, что сейчас все наконец проясниться. Матвей поворачивает ко мне экран ноутбука.
- Камера, которая должна была снимать стойку, сдвинута в сторону зала. В нужный момент она почти ничего не записала.
Я смотрю на размытое изображение пустой стойки. Внутри медленно поднимается холод.
Кое-кто очень не хотел, чтоб мы узнали правду.