Глава тридцать восьмая

Илья

Я не сразу уезжаю от дома Ани. Жду, пока в окне ее квартиры загорится свет, и только тогда я позволяю себе тронуться с места. Я слишком сильно беспокоюсь об этой девочке.

Мысль приходит слишком быстро. Я сжимаю руль и смотрю на дорогу.

Аня не просила меня вмешиваться. Она вообще почти ничего не просит. Даже когда ей страшно, старается улыбаться и говорить, что справится. Сегодня у юриста она сидела рядом, держалась из последних сил и все равно не позволила себе расплакаться.

Антон убедил ее, что платит ипотеку. Заставлял экономить. Держал рядом, пока сам копил деньги и покупал то, о чем она даже не знала.

И у меня внутри медленно поднимается злость. Тяжелая. Холодная. Та, после которой обычно хочется не разговаривать, а делать.

Телефон вибрирует на панели. Максим: «Я в кабинете. Опаздываешь. Приезжай, пока не передумал».

Я усмехаюсь. Передумать? Поздно.

Прежде чем расстаться сегодня с Аней, я попросил ее ничего не скрывать от меня. Слишком быстро она стала важна мне.

***

Максим встречает меня с кружкой кофе в руке и выражением человека, которого вытащили из кровати в его выходной ради чужих проблем.

- Опоздал на семь минут, - говорит он вместо приветствия.

- Запиши в протокол.

- Смешно.

- Я старался.

Он отходит в сторону, пропуская меня в кабинет.

Здесь все выглядит как всегда: серые стены, папки в шкафу, холодный свет и кофе, который Максим, кажется, варит только для того, чтобы не уснуть над бумагами.

Я сажусь напротив него.

- Ну?

- Ну, твой Антон - не самый прозрачный человек на свете.

- Это я уже понял.

Максим кладет передо мной папку. Я открываю ее.

Сначала - выписки по фирмам. Потом названия компаний, которые будто выросли из одной и той же схемы. Похожая деятельность. Похожие люди. Адреса меняются. Директора меняются. Сами фирмы живут недолго. Одна закрылась два года назад. Вторая почти перестала работать. Третья существует до сих пор, но Антон уже не числится ни директором, ни учредителем.

- Он что, резко решил стать честным и уйти из бизнеса? - спрашиваю я.

- Не похоже, - отвечает Максим. - Новый учредитель - его двоюродный брат. Двадцать два года. Учится, компаний раньше не имел. Но теперь руководит фирмой, которая крутит деньги и закупает оборудование.

Я листаю дальше.

Суды с подрядчиками. Задержки оплаты. Претензии от поставщиков. Исполнительные производства. Цифры не огромные. Но их слишком много.

- Он всех понемногу кидает? - спрашиваю я.

- Я бы сказал иначе: он постоянно живет в долг и делает так, чтобы крайними оставались другие.

Я смотрю на страницу, где Антон фигурирует в материалах по одному из дел. Подписи. Переговоры. Обещания оплатить «на следующей неделе».

Мне хочется усмехнуться.

Именно так он, наверное, разговаривал с Аней. Обещал, что все наладится. Что ипотеку нужно потерпеть. Что потом станет легче. А сам просто тянул время.

- Что с кредитами? - спрашиваю я.

Максим откидывается на спинку кресла.

- Полностью мы не узнаем. Кредитные договоры и кредитная история - не открытая книга. Но я посмотрел то, что можно увидеть законно.

Он подвигает ко мне еще несколько распечаток.

- За последний год фирма несколько раз покупала дорогое оборудование. Станки, техника, грузовой транспорт. Не по мелочи.

- И все это на какие деньги?

- Вот это хороший вопрос.

Я смотрю на даты. Несколько покупок почти подряд. Потом - претензии от подрядчиков. Потом - квартира, о которой Аня ничего не знала.

- Слишком удачно совпало, - говорю я.

- Согласен. По части оборудования есть записи о залоге. Это может означать кредит, лизинг или другое обязательство. Но пока мы не знаем, кто именно брал деньги, кто поручитель и куда средства ушли.

- Может быть оформлено на Аню?

Максим смотрит на меня внимательно.

- Теоретически - может. Но я не буду угадывать и не буду добывать чужую кредитную историю по знакомству. Пусть запросит кредитный отчет официально. Тогда станет ясно, есть ли обязательства на ее имя и когда они появились.

Я резко выдыхаю. Мне не нравится эта мысль. Не потому, что Максим неправ. Потому что Аня и так едва держится.

Я поднимаю на него взгляд и откидываюсь на спинку стула.

- Я просто хочу, чтобы он перестал лезть в ее жизнь.

Я не знаю, что именно чувствую к Ане. Все произошло слишком быстро. Еще пару недель назад она была просто девушкой из кафе - тихой, красивой, с настороженным взглядом и привычкой извиняться даже за то, в чем не виновата.

Теперь я знаю, как она морщит нос, когда ей не нравится кофе. Как прячет ладони в рукава, когда нервничает. Как улыбается, когда говорит о своих курсах или рассказывает веселые рабочие истории.

И я ловлю себя на том, что хочу видеть эту улыбку чаще.

Но это еще не любовь. Наверное.

- Что дальше? - спрашиваю я.

Максим смотрит на бумаги.

- Я проверю, не пытались ли быстро продать или переписать вторую квартиру. Посмотрю, кто кредиторы по залогам, куда делось оборудование и не совпадают ли люди в его фирмах с теми, кто участвовал в сделках.

- А если совпадут?

- Тогда у твоего юриста появится больше причин действовать быстро. Но пока не строй планы мести.

- Я и не строю.

Максим усмехается.

- Конечно. Ты просто сидишь с лицом человека, который уже мысленно выбрал Антону место в бетонной плите.

Я смотрю на него.

- Он строитель. Символично.

Максим качает головой.

- Вот поэтому я и не даю тебе ничего незаконного.

Телефон вибрирует в кармане.

Сообщение от Ани: «Я закончила занятие. Конкурс запустила. Матвей сказал, что пост получился хорошим. Посмотри.» И следом ссылка на пост.

Я быстро набираю ответ: «Ты справилась. Я тобой горжусь.»

Несколько секунд смотрю на экран, прежде чем отправить.

Максим замечает выражение моего лица.

- Даже не буду спрашивать.

- И правильно.

- По уши?

Я убираю телефон в карман.

- Не выдумывай.

- Я тебя знаю двадцать лет.

- Тогда должен знать, что я не люблю, когда лезут не в свое дело.

- А сейчас именно этим занимаешься ты.

Я встаю, беру папку.

- Я занимаюсь тем, чтобы один человек не разрушил жизнь Ане окончательно.

Максим смотрит на меня внимательно.

- Не обещаю, что найду все быстро. Но одно могу сказать уже сейчас: Антон боится не развода.

- А чего?

Максим медлит.

- Того, что Аня наконец начнет задавать правильные вопросы.

Я выхожу из кабинета, сжимая папку в руке.

На улице снова начинается дождь.

И почему-то впервые за весь вечер я понимаю: Антон - не единственный человек, которому придется отвечать на вопросы.

Мне тоже.

Хотя бы перед самим собой.